Эрнест Хемингуэй: 467 фраз, которые разошлись на цитаты

Эрнест Хемингуэй — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 467 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Да наплевать на это везенье! – сказал мальчик. – Я тебе принесу счастье.

   — Да наплевать на это везенье! – сказал мальчик. – Я тебе принесу счастье.

   — Мальчик · книга
2. «

   Теперь, когда война кончилась и мертвые мертвы, для нас настало еще более трудное время, когда долг человека — понять мир. В мирное время обязанность человечества заключается в том, чтобы найти возможность для всех людей жить на земле вместе.

   Теперь, когда война кончилась и мертвые мертвы, для нас настало еще более трудное время, когда долг человека — понять мир. В мирное время обязанность человечества заключается в том, чтобы найти возможность для всех людей жить на земле вместе.
3. «

   — От себя все равно нельзя убежать. — Да, но зато от других можно.

   — От себя все равно нельзя убежать. — Да, но зато от других можно.

   — Острова в океане · книга
4. «

   Хотел бы я купить себе немножко счастья, если его где-нибудь продают.

   Хотел бы я купить себе немножко счастья, если его где-нибудь продают.

   — Сантьяго · книга
5. «

   Не обманывай, да не обманут будешь.

   Не обманывай, да не обманут будешь.

   — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
6. «

   Когда человека поднимают со сна рано утром, у него бывает ощущение томящей пустоты внутри, похожее на ощущение неминуемой катастрофы, и сейчас такое чувство охватило его с десятикратной силой.

   Когда человека поднимают со сна рано утром, у него бывает ощущение томящей пустоты внутри, похожее на ощущение неминуемой катастрофы, и сейчас такое чувство охватило его с десятикратной силой.

   — По ком звонит колокол · книга
7. «

   Я говорю о тех двух типах дураков, которые встречаются в России. — Карков усмехнулся и начал: — Первый — это зимний дурак. Зимний дурак подходит к дверям вашего дома и громко стучится. Вы выходите на стук и видите его впервые в жизни. Зрелище он собой являет внушительное. Это огромный детина в высоких сапогах, меховой шубе и меховой шапке, и весь он засыпан снегом. Он сначала топает ногами, и снег валится с его сапог. Потом он снимает шубу и встряхивает её, и с шубы тоже валится снег. Потом он снимает шапку и хлопает ею о косяк двери. И с шапки тоже валится снег. Потом он ещё топает ногами и входит в комнату. Тут только вам удаётся как следует разглядеть его, и вы видите, что он дурак. Это зимний дурак. А летний дурак ходит по улице, размахивает руками, вертит головой, и всякий за двести шагов сразу видит, что он дурак. Это летний дурак.

   Я говорю о тех двух типах дураков, которые встречаются в России. — Карков усмехнулся и начал: — Первый — это зимний дурак. Зимний дурак подходит к дверям вашего дома и громко стучится. Вы выходите на стук и видите его впервые в жизни. Зрелище он собой являет внушительное. Это огромный детина в высоких сапогах, меховой шубе и меховой шапке, и весь он засыпан снегом. Он сначала топает ногами, и снег валится с его сапог. Потом он снимает шубу и встряхивает её, и с шубы тоже валится снег. Потом он снимает шапку и хлопает ею о косяк двери. И с шапки тоже валится снег. Потом он ещё топает ногами и входит в комнату. Тут только вам удаётся как следует разглядеть его, и вы видите, что он дурак. Это зимний дурак. А летний дурак ходит по улице, размахивает руками, вертит головой, и всякий за двести шагов сразу видит, что он дурак. Это летний дурак.

   — Карков · книга
8. «

   — Ты коммунист? — Нет, я антифашист. — С каких пор? — С тех пор как понял, что такое фашизм.

   — Ты коммунист? — Нет, я антифашист. — С каких пор? — С тех пор как понял, что такое фашизм.

   — По ком звонит колокол · книга
9. «

   Но умному человеку иной раз приходится выпить, чтобы не так скучно было с дураками.

   Но умному человеку иной раз приходится выпить, чтобы не так скучно было с дураками.

   — Пабло · книга
10. «

    Революция, — подумал мистер Фрэзер, — не опиум. Революция — катарсис, экстаз, который можно продлить только ценой тирании. Опиум нужен до и после.

    Революция, — подумал мистер Фрэзер, — не опиум. Революция — катарсис, экстаз, который можно продлить только ценой тирании. Опиум нужен до и после.

    — Дайте рецепт, доктор · книга
11. «

    Каждый должен делать, что может, и делать так, чтоб это было правильно.

    Каждый должен делать, что может, и делать так, чтоб это было правильно.

    — Пабло · книга
12. «

    Да брось ты. Женщина сама ждала этого, как шлюха ждет выгодную добычу.

    Да брось ты. Женщина сама ждала этого, как шлюха ждет выгодную добычу.

    — По ком звонит колокол · книга
13. «

    Самое интересное в лыжном спорте — забраться в горы как можно выше, где никого нет, где никто не прокладывал лыжню, и переходить из одной хижины в другую через высокие перевалы и ледники.

    Самое интересное в лыжном спорте — забраться в горы как можно выше, где никого нет, где никто не прокладывал лыжню, и переходить из одной хижины в другую через высокие перевалы и ледники.

    — Вальтер Лент · книга
14. «

    Жизнь свою он прожил, она давно кончилась, а он всё же жил...

    Жизнь свою он прожил, она давно кончилась, а он всё же жил...

    — Снега Килиманджаро · книга
15. «

    Любой черновой набросок сам по себе ничего не стоит.

    Любой черновой набросок сам по себе ничего не стоит.
16. «

    Мир — хорошее место, и за него стоит драться, и мне очень не хочется его покидать.

    Мир — хорошее место, и за него стоит драться, и мне очень не хочется его покидать.
17. «

    С тех пор как появилось радио, все только и делают, что слушают Би-би-си. А для совести уже нет ни времени, ни места.

    С тех пор как появилось радио, все только и делают, что слушают Би-би-си. А для совести уже нет ни времени, ни места.

    — мистер Бобби · книга
18. «

    Ты знаешь, папа, что женщине поплакать — все равно, что ребенку пописать?!

    Ты знаешь, папа, что женщине поплакать — все равно, что ребенку пописать?!

    — Бамби · книга
19. «

    — Я никогда не видел вас пьяным. — Не видели? — сказал Ник. — Никогда? А в ту ночь, когда мы ехали из Местре в Портогранде, и я улегся спать, и укрылся велосипедом вместо одеяла, и все старался натянуть его до самого подбородка?

    — Я никогда не видел вас пьяным. — Не видели? — сказал Ник. — Никогда? А в ту ночь, когда мы ехали из Местре в Портогранде, и я улегся спать, и укрылся велосипедом вместо одеяла, и все старался натянуть его до самого подбородка?

    — Ник Адамс · книга
20. «

    Нет, мы не родня, — сказал Томас Хадсон. — Просто мы жили в одном и том же городе и часто делали одни и те же ошибки.

    Нет, мы не родня, — сказал Томас Хадсон. — Просто мы жили в одном и том же городе и часто делали одни и те же ошибки.

    — Томас Хадсон · книга