15 фраз Евгеного Астахова для статуса

Евгений Астахов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 15 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Рано или поздно смерть придёт за каждым из нас, но что может быть достойней, чем пасть в бою со страшным врагом за своих любимых, за пепел своих предков и храмы своих богов?

   Рано или поздно смерть придёт за каждым из нас, но что может быть достойней, чем пасть в бою со страшным врагом за своих любимых, за пепел своих предков и храмы своих богов?

   — Егор «Егерь» Стрельцов · книга
2. «

   Как сказал один мудрец: «Людей пугает человек, который действует, не обращая внимания на последствия. Веди себя так, будто ты неприкасаем, и никто не посмеет коснуться тебя».

   Как сказал один мудрец: «Людей пугает человек, который действует, не обращая внимания на последствия. Веди себя так, будто ты неприкасаем, и никто не посмеет коснуться тебя».

   — Виашерон 6. Обретение Силы. Том I · книга
3. «

   Ай да пьянь, ай да сукин сын!

   Ай да пьянь, ай да сукин сын!

   — Олег Борисович Бессонов / «Гвинден» · книга
4. «

   Если Бог за нас, кто против нас?

   Если Бог за нас, кто против нас?

   — Мэттью «Гидеон» Тройер · книга
5. «

   Хлеб год растят, да час едят.

   Хлеб год растят, да час едят.

   — Саша Токсик · книга
6. «

   Как говорил один мудрый капитан: «Можно не совершить ни одной ошибки и всё равно проиграть. Это не слабость, это жизнь».

   Как говорил один мудрый капитан: «Можно не совершить ни одной ошибки и всё равно проиграть. Это не слабость, это жизнь».

   — Виашерон 8. Перо Демиурга. Том I · книга
7. «

   Капитан Донован играет в Капитана Очевидность: — Если мы не прихлопнем эту тварь, тонны воды прихлопнут нас. — Повышаю тебя до Адмирала Ясенхера, — сминая пустую банку, говорю я.

   Капитан Донован играет в Капитана Очевидность: — Если мы не прихлопнем эту тварь, тонны воды прихлопнут нас. — Повышаю тебя до Адмирала Ясенхера, — сминая пустую банку, говорю я.

   — Капитан Донован · книга
8. «

   Ладно, дарёной ракете в дюзы не смотрят.

   Ладно, дарёной ракете в дюзы не смотрят.

   — Егор «Егерь» Стрельцов · книга
9. «

   — Вы убьёте его? Просто так? Без разговора? — обеспокоенно спрашивает Исайя. — Тебе станет легче, если я расскажу ему пару анекдотов перед смертью?

   — Вы убьёте его? Просто так? Без разговора? — обеспокоенно спрашивает Исайя. — Тебе станет легче, если я расскажу ему пару анекдотов перед смертью?

   — Исайя (амиш) · книга
10. «

    Секунду стоит тишина, а потом у меня в ухе раздаётся низкий хриплый голос рыжебородого скандинава. — Не люблю, когда мои игрушки ломают, — тянет Гарм. — Тогда не нужно их раскидывать, — спокойно отвечаю я. — Забавно, — усмехается собеседник. — Ты мне ещё на Конклаве понравился, парень. Яйца — это то, чего не хватает большинству выживших. Тем обиднее будет тебя убивать. — У меня график плотный, — равнодушно отмахиваюсь я. — Запишу тебя на май.

    Секунду стоит тишина, а потом у меня в ухе раздаётся низкий хриплый голос рыжебородого скандинава. — Не люблю, когда мои игрушки ломают, — тянет Гарм. — Тогда не нужно их раскидывать, — спокойно отвечаю я. — Забавно, — усмехается собеседник. — Ты мне ещё на Конклаве понравился, парень. Яйца — это то, чего не хватает большинству выживших. Тем обиднее будет тебя убивать. — У меня график плотный, — равнодушно отмахиваюсь я. — Запишу тебя на май.

    — Видар «Гарм» Ульфрссон · книга
11. «

    Общество процветает тогда, когда люди сажают деревья, в тени которых им не придётся сидеть.

    Общество процветает тогда, когда люди сажают деревья, в тени которых им не придётся сидеть.

    — Егор «Егерь» Стрельцов · книга
12. «

    Ко мне торопливо приблизился невысокий темноволосый целитель из свиты князя. Его руки затрепетали над моими ожогами, пальцы засветились мягким изумрудным светом. - Держитесь, маркграф, — пробормотал он, пот покрывал его лоб от напряжения. — Ожоги третьей степени, повреждение мышечных тканей и рёбер… как вы вообще стоите? - Злость — отличное обезболивающее, — с иронией в голосе ответил я. — Рекомендую.

    Ко мне торопливо приблизился невысокий темноволосый целитель из свиты князя. Его руки затрепетали над моими ожогами, пальцы засветились мягким изумрудным светом. - Держитесь, маркграф, — пробормотал он, пот покрывал его лоб от напряжения. — Ожоги третьей степени, повреждение мышечных тканей и рёбер… как вы вообще стоите? - Злость — отличное обезболивающее, — с иронией в голосе ответил я. — Рекомендую.

    — Саша Токсик · книга
13. «

    В памяти всплыли строчки одного пирожка: «Висит на сцене в первом акте Бензопила, ведро и ёж. Заинтригован Станиславский - Боится выйти в туалет».

    В памяти всплыли строчки одного пирожка: «Висит на сцене в первом акте Бензопила, ведро и ёж. Заинтригован Станиславский - Боится выйти в туалет».

    — Олег Борисович Бессонов / «Гвинден» · книга
14. «

    На сердце боль, в душе тоска, второго нет нигде носка, — съязвила девушка.

    На сердце боль, в душе тоска, второго нет нигде носка, — съязвила девушка.

    — Аврора Павловна Гордеева / «Фурия» · книга
15. «

    Любая женщина кажется красивой в темноте, издалека или под бумажным зонтиком, — не поднимая глаз от еды, парирует Николай.

    Любая женщина кажется красивой в темноте, издалека или под бумажным зонтиком, — не поднимая глаз от еды, парирует Николай.

    — Николай «Тай» Морозов · книга