21 цитата Евгении Барбуцы — подборка на все случаи

Подборка из 21 цитата Евгении Барбуцы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Что это? — чуть повысив голос спросил Мэл. — Атака! — Змей. — Война, — я — Что значит война? — попыталась встать Мэла. — Без предупреждения? Без поводов и ультиматумов? — Именно так войны и начинаются, — мой спокойный ответ наемников изумил. — Ранним утром, темной ночью, жарким днем, в мирной тишине, за чашечкой чего-нибудь вкусного, во время сладкого сна малыша, или любовной прелюдии.

   — Что это? — чуть повысив голос спросил Мэл. — Атака! — Змей. — Война, — я — Что значит война? — попыталась встать Мэла. — Без предупреждения? Без поводов и ультиматумов? — Именно так войны и начинаются, — мой спокойный ответ наемников изумил. — Ранним утром, темной ночью, жарким днем, в мирной тишине, за чашечкой чего-нибудь вкусного, во время сладкого сна малыша, или любовной прелюдии.

   — Мэл · книга
2. «

   Нет ничего страшнее материнского инстинкта. Мы ведь не от блажи бабьей коней на скаку останавливаем, да горящие избы посещаем. Мы за детей своих да мужчин любимых боремся.

   Нет ничего страшнее материнского инстинкта. Мы ведь не от блажи бабьей коней на скаку останавливаем, да горящие избы посещаем. Мы за детей своих да мужчин любимых боремся.

   — Тёща Тёмного Властелина · книга
3. «

   Слушай, сюда продукт нетрадиционной любви гоблина и зомби, ты сейчас быстро соскребешь свой мозг со стенок черепа в кучку, и четко и ясно дашь мне ответы! Все понял, летун недомерок?! — обычно я не хамлю настолько открыто, но обстоятельства того требовали.

   Слушай, сюда продукт нетрадиционной любви гоблина и зомби, ты сейчас быстро соскребешь свой мозг со стенок черепа в кучку, и четко и ясно дашь мне ответы! Все понял, летун недомерок?! — обычно я не хамлю настолько открыто, но обстоятельства того требовали.

   — Шая · книга
4. «

   — А как это — влюбиться? — решила я воспользоваться случаем и узнать наконец какого это. Рин аж ушами шевелить начал, прислушиваясь к нашей беседе. Яська же после такого моего вопроса глазки закатила, и с видом умудренной жизнью женщины принялась объяснять. — Это когда сердце вместо тук-тук делает БУХ-БУХ-БУХ. В глазах все темнеет и звезды витают. А голова кружится. Колени дрожат, а ноги подкашиваются. А еще кожа от прикосновений огнем горит. Мдя... то что она мне описала... — Это же симптомы отравления ядом болотной скархи (змеи такой большой и ооооочень ядовитой), — недоверчиво сообщаю я прописную истину. Что-то я как-то не хочу уже про любовь ничего знать. Яська некрасиво вылупила глаза. Рин сдавленно застонал.

   — А как это — влюбиться? — решила я воспользоваться случаем и узнать наконец какого это. Рин аж ушами шевелить начал, прислушиваясь к нашей беседе. Яська же после такого моего вопроса глазки закатила, и с видом умудренной жизнью женщины принялась объяснять. — Это когда сердце вместо тук-тук делает БУХ-БУХ-БУХ. В глазах все темнеет и звезды витают. А голова кружится. Колени дрожат, а ноги подкашиваются. А еще кожа от прикосновений огнем горит. Мдя... то что она мне описала... — Это же симптомы отравления ядом болотной скархи (змеи такой большой и ооооочень ядовитой), — недоверчиво сообщаю я прописную истину. Что-то я как-то не хочу уже про любовь ничего знать. Яська некрасиво вылупила глаза. Рин сдавленно застонал.

   — Шая · книга
5. «

   За десять лет сознательной жизни я поняла простую истину. Важно лишь настоящее. И частично будущее. Прошлое делает нас такими, какие мы есть сейчас, но прошлое, которого ты не помнишь, просто не существовало. Так я решила для себя.

   За десять лет сознательной жизни я поняла простую истину. Важно лишь настоящее. И частично будущее. Прошлое делает нас такими, какие мы есть сейчас, но прошлое, которого ты не помнишь, просто не существовало. Так я решила для себя.

   — Шая · книга
6. «

   Дети проще воспринимают реальность и ее неожиданности, они просто принимают это как данность, верят и приспосабливаются. Взрослые зачастую сходят с ума. Они начинают выяснять причины и следствия. Не верят, пытаются бороться, что их и ломает. И только редкие индивиды с нестандартной психикой и восприятием мира не ломаются, а продолжают жить и получают от этого выгоду.

   Дети проще воспринимают реальность и ее неожиданности, они просто принимают это как данность, верят и приспосабливаются. Взрослые зачастую сходят с ума. Они начинают выяснять причины и следствия. Не верят, пытаются бороться, что их и ломает. И только редкие индивиды с нестандартной психикой и восприятием мира не ломаются, а продолжают жить и получают от этого выгоду.

   — Тёща Тёмного Властелина · книга
7. «

   — На чем мы остановились? — вернулся старый тан за стол. Я не теряла даром времени и уже умяла половину своей порции. — На пюрешечке, — пожала плечами, уплетая за обе щеки пюре из неизвестного мне овоща. — Ох, подкидыш, подкидыш, — покачал старик головой. — Вроде и девка ничего, но, когда вижу, СКОЛЬКО ты жрешь, весь страстный порыв уходит.

   — На чем мы остановились? — вернулся старый тан за стол. Я не теряла даром времени и уже умяла половину своей порции. — На пюрешечке, — пожала плечами, уплетая за обе щеки пюре из неизвестного мне овоща. — Ох, подкидыш, подкидыш, — покачал старик головой. — Вроде и девка ничего, но, когда вижу, СКОЛЬКО ты жрешь, весь страстный порыв уходит.

   — Ина · книга
8. «

   Дорога. Как много и как мало в этом слове. Для кого-то дорога — это бесконечное движение, неосознанное стремление вперед, возможность выбора, бесконтрольное познание окружающего мира и себя самого. Дорога — это жизнь. Дорога — это борьба. Путь, проложенный кем-то другим, но открытый заново. Дорога — это кровавый закат, душная звездная ночь, румяный рассвет и, наконец, новый день, несущий с собой сюрпризы. Дорога — это попутчики, и чужая жизнь. Дорога — это поворот, знаменующий собственный выбор.

   Дорога. Как много и как мало в этом слове. Для кого-то дорога — это бесконечное движение, неосознанное стремление вперед, возможность выбора, бесконтрольное познание окружающего мира и себя самого. Дорога — это жизнь. Дорога — это борьба. Путь, проложенный кем-то другим, но открытый заново. Дорога — это кровавый закат, душная звездная ночь, румяный рассвет и, наконец, новый день, несущий с собой сюрпризы. Дорога — это попутчики, и чужая жизнь. Дорога — это поворот, знаменующий собственный выбор.

   — Шая · книга
9. «

   Бледный диск ночного светила, отражался в темной глади воды, в центре не большого озера. Рядом грустно мигали звезды. Мерно покачивались редкие камыши, растущие по берегам. Теплый ветерок играл листвой на кронах высоких деревьев. Вдалеке ухнула сова. Музыкой лились звуки ночного леса. В самом центре отражения ночного диска, посреди озера, стояла хрупкая обнаженная беловолосая девушка. Черная вода омывала ее бедра и струилась сквозь ладони. Белизна волос укутывала плечи, рассыпавшись по обнаженной груди, и струясь по алебастровой спине к воде. Девушка пристально вглядывалась в ночное небо и тихо напевала тягучую мелодию...

   Бледный диск ночного светила, отражался в темной глади воды, в центре не большого озера. Рядом грустно мигали звезды. Мерно покачивались редкие камыши, растущие по берегам. Теплый ветерок играл листвой на кронах высоких деревьев. Вдалеке ухнула сова. Музыкой лились звуки ночного леса. В самом центре отражения ночного диска, посреди озера, стояла хрупкая обнаженная беловолосая девушка. Черная вода омывала ее бедра и струилась сквозь ладони. Белизна волос укутывала плечи, рассыпавшись по обнаженной груди, и струясь по алебастровой спине к воде. Девушка пристально вглядывалась в ночное небо и тихо напевала тягучую мелодию...

   — Про то, как вредно спасать драконов · книга
10. «

    Удел молодых — борьба. Удел стариков — наблюдать и оберегать.

    Удел молодых — борьба. Удел стариков — наблюдать и оберегать.

    — Тёща Тёмного Властелина · книга
11. «

    Врет тот, кто говорит, что смерть не пахнет. У нее потрясающий аромат. Он вызывает невероятное отвращение, но его хочется вдыхать вновь и вновь. Парадокс.

    Врет тот, кто говорит, что смерть не пахнет. У нее потрясающий аромат. Он вызывает невероятное отвращение, но его хочется вдыхать вновь и вновь. Парадокс.

    — Шая · книга
12. «

    Теща – она как Хаос. Приходит, когда ее не ждешь, разрушает все, что строилось годами, а потом просто исчезает, – обреченно бурчит отец, глядя на приходящую в себя мать.

    Теща – она как Хаос. Приходит, когда ее не ждешь, разрушает все, что строилось годами, а потом просто исчезает, – обреченно бурчит отец, глядя на приходящую в себя мать.

    — Тёща Тёмного Властелина · книга
13. «

    Нари, не беги от боли, — говорил он. — Боль — твой главный помощник. Она очищает разум и придает силы…

    Нари, не беги от боли, — говорил он. — Боль — твой главный помощник. Она очищает разум и придает силы…

    — Вселенная не по размеру · книга
14. «

    Дай человеку то, о чем он мечтал, и тогда ты легко поведешь его к новой мечте, но уже своей.

    Дай человеку то, о чем он мечтал, и тогда ты легко поведешь его к новой мечте, но уже своей.

    — Тёща Тёмного Властелина · книга
15. «

    В молодости гормоны управляют нашей жизнью, подчиняя голос разума зову тела. В старости, когда телу не так уж много надо, остаются характер и рассудок, хотя, пожалуй, молодежь с этим бы поспорила, но вот вечно спешащим молодым невдомек, что как раз старикам открыто то, что так хотят постичь они сами. Кажущаяся наивность и недалекость старости есть ни что иное как чистый разум, достигший того, к чему стремился, но открывший для себя новую истину. А что характер со временем портится, так это от бессилия перед глухотой и слепотой молодости. Маразматиков и склеротиков в расчет не берем.

    В молодости гормоны управляют нашей жизнью, подчиняя голос разума зову тела. В старости, когда телу не так уж много надо, остаются характер и рассудок, хотя, пожалуй, молодежь с этим бы поспорила, но вот вечно спешащим молодым невдомек, что как раз старикам открыто то, что так хотят постичь они сами. Кажущаяся наивность и недалекость старости есть ни что иное как чистый разум, достигший того, к чему стремился, но открывший для себя новую истину. А что характер со временем портится, так это от бессилия перед глухотой и слепотой молодости. Маразматиков и склеротиков в расчет не берем.

    — Тёща Тёмного Властелина · книга
16. «

    «Рад, что ты такая». Какая? Жестокая? «Ты — зверь. Живешь по нашим законам. Достойная. Не оставляешь за спиной врагов. Живешь сегодня. Сильная. Гордая». — мотнул он хвостом.

    «Рад, что ты такая». Какая? Жестокая? «Ты — зверь. Живешь по нашим законам. Достойная. Не оставляешь за спиной врагов. Живешь сегодня. Сильная. Гордая». — мотнул он хвостом.

    — Шая · книга
17. «

    Хрум. Хрум, хрум. – Ина, ты можешь не жрать в такой момент?! – возмутился Змей. Хрум, хрум, хрум. – Нет, Змей, она на это не способна! – развеселился Лай. – А что такое? – надулась я. – Хорошо же сидим. – Мы в засаде, а не на пикнике! – рявкнул Змей. Хрум, хрум, хрум. – Ина! – Это не я! – Это я, – отозвался Шин-Рен. – Время еще есть, – заступился за нас молчаливый хорог. Хрум, хрум, хрум.

    Хрум. Хрум, хрум. – Ина, ты можешь не жрать в такой момент?! – возмутился Змей. Хрум, хрум, хрум. – Нет, Змей, она на это не способна! – развеселился Лай. – А что такое? – надулась я. – Хорошо же сидим. – Мы в засаде, а не на пикнике! – рявкнул Змей. Хрум, хрум, хрум. – Ина! – Это не я! – Это я, – отозвался Шин-Рен. – Время еще есть, – заступился за нас молчаливый хорог. Хрум, хрум, хрум.

    — Змей · книга
18. «

    Опустила руки в золотистую жидкость, благо раны не до конца зажили, и погрузилась в душу корабля. Я — это корабль, корабль — это я. Девушки, сидящей в кресле пилота, нет, вместо нее я — сильный, мощный, дикий. Впереди угроза, рядом слабые, странные и неповоротливые, похожие на меня. Они не интересны. Хочу вперед, к звездам, которых не видно из-за сплошной стены камней. Я не люблю камни, они больно жалятся. Но и это не важно. Внутри меня жизнь, горячая, дышащая, будоражащая. Ради нее я существую.

    Опустила руки в золотистую жидкость, благо раны не до конца зажили, и погрузилась в душу корабля. Я — это корабль, корабль — это я. Девушки, сидящей в кресле пилота, нет, вместо нее я — сильный, мощный, дикий. Впереди угроза, рядом слабые, странные и неповоротливые, похожие на меня. Они не интересны. Хочу вперед, к звездам, которых не видно из-за сплошной стены камней. Я не люблю камни, они больно жалятся. Но и это не важно. Внутри меня жизнь, горячая, дышащая, будоражащая. Ради нее я существую.

    — Ина · книга
19. «

    Остановившись, я стянула с головы капюшон и подняла лицо к солнцу. Вдыхая полной грудью, свежий морской воздух я просто радовалась тому, что настал еще один прекрасный день. Что вижу это синее небо. Что еще дышу, и дышу воздухом свободы, а не сыростью казематов.

    Остановившись, я стянула с головы капюшон и подняла лицо к солнцу. Вдыхая полной грудью, свежий морской воздух я просто радовалась тому, что настал еще один прекрасный день. Что вижу это синее небо. Что еще дышу, и дышу воздухом свободы, а не сыростью казематов.

    — Шая · книга
20. «

    — В вашей поганой жизни, вам предстоит увидеть еще много такого, от чего будет судорожно сжиматься мочевой пузырь, — вещал тан. — Наша задача, сделать вашу психику устойчивой к различного рода дерьму, насколько это вообще возможно. И так, урок первый. Самый простой способ не свихнуться от страха — сосредоточиться на чем-то одном. Старайтесь игнорировать зудящее чувство в районе позвоночника. Вот например ситуация: вы стоите под дулом бластера. Что нужно делать в этом случае? — и тут же ответил на свой вопрос. — Нужно радоваться, что еще дышишь. Причем радоваться активно. Как только вы позволили страху перед смертью овладеть вами, вы проиграли.

    — В вашей поганой жизни, вам предстоит увидеть еще много такого, от чего будет судорожно сжиматься мочевой пузырь, — вещал тан. — Наша задача, сделать вашу психику устойчивой к различного рода дерьму, насколько это вообще возможно. И так, урок первый. Самый простой способ не свихнуться от страха — сосредоточиться на чем-то одном. Старайтесь игнорировать зудящее чувство в районе позвоночника. Вот например ситуация: вы стоите под дулом бластера. Что нужно делать в этом случае? — и тут же ответил на свой вопрос. — Нужно радоваться, что еще дышишь. Причем радоваться активно. Как только вы позволили страху перед смертью овладеть вами, вы проиграли.

    — Вселенная в подарок · книга