246 лучших цитат — Фаина Раневская

Ниже 246 цитат Фаины Раневской — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Народ у нас самый даровитый, добрый и совестливый. Но практически как-то складывается так, что постоянно, процентов на восемьдесят, нас окружают идиоты, мошенники и жуткие дамы без собачек. Беда!

   Народ у нас самый даровитый, добрый и совестливый. Но практически как-то складывается так, что постоянно, процентов на восемьдесят, нас окружают идиоты, мошенники и жуткие дамы без собачек. Беда!

   — Дмитрий Щеглов · книга
2. «

   У Вас такой же недостаток, как у меня, — сказала на прощание Раневская. — Нет, не нос. Скромность.

   У Вас такой же недостаток, как у меня, — сказала на прощание Раневская. — Нет, не нос. Скромность.
3. «

   Да я не взять от жизни многого не смогла, а отдать ей! Поверьте, понимать, что недодала, тяжелей, чем что не взяла свое.

   Да я не взять от жизни многого не смогла, а отдать ей! Поверьте, понимать, что недодала, тяжелей, чем что не взяла свое.

   — Фаина Раневская · книга
4. «

   — Почему вы кочевали из театра в театр? — Искала святое искусство. — Нашли? — Да! В Третьяковской галерее.

   — Почему вы кочевали из театра в театр? — Искала святое искусство. — Нашли? — Да! В Третьяковской галерее.
5. «

   Женщины умирают позже мужчин, потому что вечно опаздывают.

   Женщины умирают позже мужчин, потому что вечно опаздывают.
6. «

   Все, кто меня любил, не нравились мне. А кого я любила — не любили меня. Кто бы знал мое одиночество...

   Все, кто меня любил, не нравились мне. А кого я любила — не любили меня. Кто бы знал мое одиночество...

   — Старость - невежество Бога · книга
7. «

   Я родилась недовыявленной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо… И в театре тоже. Кладбище несыгранных ролей. Все мои лучшие роли сыграли мужчины.

   Я родилась недовыявленной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо… И в театре тоже. Кладбище несыгранных ролей. Все мои лучшие роли сыграли мужчины.
8. «

   – Это не комната. Это сущий колодец. Я чувствую себя ведром, которое туда опустили. – Но ведь так нельзя жить, Фаина. – А кто вам сказал, что это жизнь?

   – Это не комната. Это сущий колодец. Я чувствую себя ведром, которое туда опустили. – Но ведь так нельзя жить, Фаина. – А кто вам сказал, что это жизнь?

   — Фаина Раневская · книга
9. «

   Милочка, если хотите похудеть — ешьте голой и перед зеркалом.

   Милочка, если хотите похудеть — ешьте голой и перед зеркалом.
10. «

    Если человек тебе сделал зло — ты дай ему конфетку, он тебе зло — ты ему конфетку... И так до тех пор, пока у этой твари не разовьётся сахарный диабет.

    Если человек тебе сделал зло — ты дай ему конфетку, он тебе зло — ты ему конфетку... И так до тех пор, пока у этой твари не разовьётся сахарный диабет.
11. «

    Актрисы обсуждают, как срочно похудеть к празднику: — Ешьте фрукты, — советует Раневская. — Какие именно, Фаина Георгиевна? — Немытые.

    Актрисы обсуждают, как срочно похудеть к празднику: — Ешьте фрукты, — советует Раневская. — Какие именно, Фаина Георгиевна? — Немытые.
12. «

    У нас все просто: какие трудности себе создадим, те героически преодолевать и будем.

    У нас все просто: какие трудности себе создадим, те героически преодолевать и будем.

    — Меньше пафоса, господа! · книга
13. «

    Посмотрите, Фаина Георгиевна! В вашем пиве плавает муха! — Всего одна, милочка. Ну сколько она может выпить?!

    Посмотрите, Фаина Георгиевна! В вашем пиве плавает муха! — Всего одна, милочка. Ну сколько она может выпить?!
14. «

    Второй час в туалете. Запор или «Войну и мир» дочитывает?

    Второй час в туалете. Запор или «Войну и мир» дочитывает?

    — Фаина Раневская · книга
15. «

    Чтобы мы видели, сколько мы переедаем, наш живот расположен на той же стороне, что и глаза.

    Чтобы мы видели, сколько мы переедаем, наш живот расположен на той же стороне, что и глаза.
16. «

    Я часто думаю о том, счастлива ли я или нет. Посмотрю с одной стороны — вроде бы счастлива. С другой — нет. Думаю, расстраиваюсь, иногда плачу. Это я пишу не для того, чтобы ты меня утешала, а просто рассказываю тебе, какая я дура. Отец мой говорил: «Где счастье, там и зависть». Мне никто не завидует, потому что завидовать нечему. Вынуждена признать, что мое стремление в Москву было ошибочным. Не стоило этого делать. Надо было осесть где-нибудь в провинции, лучше всего — в Смоленске и не строить воздушных замков. Недавно попалась у Салтыкова-Щедрина хорошая фраза, я ее даже выписала: «Мечтаем мы, воздушные замки строим, умствуем, думаем и Бога самого перемудрить, а Бог возьмет да в одну минуту все наше высокоумие в ничто обратит». Это про меня.

    Я часто думаю о том, счастлива ли я или нет. Посмотрю с одной стороны — вроде бы счастлива. С другой — нет. Думаю, расстраиваюсь, иногда плачу. Это я пишу не для того, чтобы ты меня утешала, а просто рассказываю тебе, какая я дура. Отец мой говорил: «Где счастье, там и зависть». Мне никто не завидует, потому что завидовать нечему. Вынуждена признать, что мое стремление в Москву было ошибочным. Не стоило этого делать. Надо было осесть где-нибудь в провинции, лучше всего — в Смоленске и не строить воздушных замков. Недавно попалась у Салтыкова-Щедрина хорошая фраза, я ее даже выписала: «Мечтаем мы, воздушные замки строим, умствуем, думаем и Бога самого перемудрить, а Бог возьмет да в одну минуту все наше высокоумие в ничто обратит». Это про меня.
17. «

    Со своими коллегами встречаюсь по необходимости с ними «творить», они все мне противны своим цинизмом, который я ненавижу за его общедоступностью.

    Со своими коллегами встречаюсь по необходимости с ними «творить», они все мне противны своим цинизмом, который я ненавижу за его общедоступностью.

    — Дмитрий Щеглов · книга
18. «

    Как-то раз Раневскую остановил в Доме актера один поэт, занимающий руководящий пост в Союзе писателей. — Здравствуйте, Фаина Георгиевна! Как ваши дела? — Очень хорошо, что вы спросили. Хоть кому-то интересно, как я живу! Давайте отойдем в сторонку, и я вам с удовольствием обо всем расскажу. — Нет-нет, извините, но я очень спешу. Мне, знаете ли, надо еще на заседание... — Но вам же интересно, как я живу! Что же вы сразу убегаете, вы послушайте. Тем более что я вас не задержу надолго, минут сорок, не больше. Руководящий поэт начал спасаться бегством. — Зачем же тогда спрашивать, как я живу?! — крикнула ему вслед Раневская.

    Как-то раз Раневскую остановил в Доме актера один поэт, занимающий руководящий пост в Союзе писателей. — Здравствуйте, Фаина Георгиевна! Как ваши дела? — Очень хорошо, что вы спросили. Хоть кому-то интересно, как я живу! Давайте отойдем в сторонку, и я вам с удовольствием обо всем расскажу. — Нет-нет, извините, но я очень спешу. Мне, знаете ли, надо еще на заседание... — Но вам же интересно, как я живу! Что же вы сразу убегаете, вы послушайте. Тем более что я вас не задержу надолго, минут сорок, не больше. Руководящий поэт начал спасаться бегством. — Зачем же тогда спрашивать, как я живу?! — крикнула ему вслед Раневская.
19. «

    — Я не пью, я больше не курю и я никогда не изменяла мужу — потому что у меня его никогда не было. — Так что же, значит, у вас совсем нет никаких недостатков? — В общем, нет. Правда, у меня большая жопа и я иногда немножко привираю…

    — Я не пью, я больше не курю и я никогда не изменяла мужу — потому что у меня его никогда не было. — Так что же, значит, у вас совсем нет никаких недостатков? — В общем, нет. Правда, у меня большая жопа и я иногда немножко привираю…
20. «

    Возле «Сикстинской мадонны» Рафаэля стояло много людей – смотрели, о чем-то говорили… И неожиданно громко, как бы рассекая толпу, чей-то голос возмутился: — Нет, я вот одного не могу понять. Стоят вокруг, полно народу. А что толпятся?... Ну что в ней особенного?! Босиком, растрепанная… – Молодой человек, – прервала монолог Раневская, – эта дама так долго пленяла лучшие умы человечества, что она вполне может выбирать сама, кому ей нравиться, а кому – нет.

    Возле «Сикстинской мадонны» Рафаэля стояло много людей – смотрели, о чем-то говорили… И неожиданно громко, как бы рассекая толпу, чей-то голос возмутился: — Нет, я вот одного не могу понять. Стоят вокруг, полно народу. А что толпятся?... Ну что в ней особенного?! Босиком, растрепанная… – Молодой человек, – прервала монолог Раневская, – эта дама так долго пленяла лучшие умы человечества, что она вполне может выбирать сама, кому ей нравиться, а кому – нет.

    — Фаина Раневская · книга