29 мудрых мыслей Филиппа Ванденберга

Филипп Ванденберг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 29 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Где владения, там и власть.

   Где владения, там и власть.

   — Наместница Ра · книга
2. «

   Помоги слабому, возможно, однажды он станет сильнее тебя, и тогда тебе потребуется его помощь.

   Помоги слабому, возможно, однажды он станет сильнее тебя, и тогда тебе потребуется его помощь.

   — Тайна скарабея · книга
3. «

   Любовь до экстаза и ненависть до убийства.

   Любовь до экстаза и ненависть до убийства.

   — Тайна скарабея · книга
4. «

   Камински помотал головой. Он хотел, чтобы она продолжала, и быстро ответил: – Я боюсь потерять рассудок… На лице Геллы промелькнула улыбка, в которой читалось скорее сочувствие, чем симпатия. Она с любопытством спросила: – Из-за меня? Странно, хотя он и испытывал наслаждение, но в то же время чувствовал себя униженным. У него было чувство, и уже не в первый раз, что она с ним играет, иногда даже смеется над ним, использует его. Он понял, что в своей страсти к этой женщине теряет себя.

   Камински помотал головой. Он хотел, чтобы она продолжала, и быстро ответил: – Я боюсь потерять рассудок… На лице Геллы промелькнула улыбка, в которой читалось скорее сочувствие, чем симпатия. Она с любопытством спросила: – Из-за меня? Странно, хотя он и испытывал наслаждение, но в то же время чувствовал себя униженным. У него было чувство, и уже не в первый раз, что она с ним играет, иногда даже смеется над ним, использует его. Он понял, что в своей страсти к этой женщине теряет себя.

   — Тайна скарабея · книга
5. «

   Никто никому не верил, и даже тем, кого знал, нужно было время от времени устраивать проверку. В том числе лучшим друзьям.

   Никто никому не верил, и даже тем, кого знал, нужно было время от времени устраивать проверку. В том числе лучшим друзьям.

   — Тайна скарабея · книга
6. «

   — Целыми днями взывал я к Ра-Хорахте — от его восхождения и до заката — и приказывал забивать белых быков, чтобы принести на алтарь Амона лучшие куски. Я обращался к богу с единой молитвой: чтобы он переменил твое отношение ко мне и чтобы ты любила меня, как Исида своего брата и мужа Осириса. — Что касается любви, тут и вся Эннеада богов бессильна. Тебе известно это.

   — Целыми днями взывал я к Ра-Хорахте — от его восхождения и до заката — и приказывал забивать белых быков, чтобы принести на алтарь Амона лучшие куски. Я обращался к богу с единой молитвой: чтобы он переменил твое отношение ко мне и чтобы ты любила меня, как Исида своего брата и мужа Осириса. — Что касается любви, тут и вся Эннеада богов бессильна. Тебе известно это.

   — Наместница Ра · книга
7. «

   Его деяния начинаются там, где кончается твоя магия.

   Его деяния начинаются там, где кончается твоя магия.

   — Наместница Ра · книга
8. «

   Ревность — не что иное, как уязвленная гордость.

   Ревность — не что иное, как уязвленная гордость.

   — Наместница Ра · книга
9. «

   Люди, которые сомневаются в своём рассудке, – сказал он себе, – не могут страдать шизофренией. Больны только те, которые утверждают, что совершенно здоровы.

   Люди, которые сомневаются в своём рассудке, – сказал он себе, – не могут страдать шизофренией. Больны только те, которые утверждают, что совершенно здоровы.

   — Тайна скарабея · книга
10. «

    Женщины в ее пору ненасытны подобно шакалам в пустыне. Они не пропускают ни одного мужчины, попадающегося им на пути.

    Женщины в ее пору ненасытны подобно шакалам в пустыне. Они не пропускают ни одного мужчины, попадающегося им на пути.

    — Наместница Ра · книга
11. «

    Законы — такая же сомнительная штука, как обещание вечного блаженства, ведь никто еще не привел доказательств его существования.

    Законы — такая же сомнительная штука, как обещание вечного блаженства, ведь никто еще не привел доказательств его существования.

    — Гильденбранд фон Альдерслебен · книга
12. «

    Если быть честной, то она, думая о мужчинах, думала прежде всего о себе и сполна наслаждалась своим эгоизмом. И возможно, по этой же причине в двадцать семь лет у неё ещё не было достаточно длительных отношений ни с одним мужчиной.

    Если быть честной, то она, думая о мужчинах, думала прежде всего о себе и сполна наслаждалась своим эгоизмом. И возможно, по этой же причине в двадцать семь лет у неё ещё не было достаточно длительных отношений ни с одним мужчиной.

    — Тайна скарабея · книга
13. «

    — Война — дело мужчин, — изрек фараон, увидев запыхавшуюся Хатшепсут. — И женщине здесь не место. — Однако мужчины, которых ты ведешь в поход, все еще дело женщин, — надменно возразила царица супругу и жестом велела советникам оставить их наедине.

    — Война — дело мужчин, — изрек фараон, увидев запыхавшуюся Хатшепсут. — И женщине здесь не место. — Однако мужчины, которых ты ведешь в поход, все еще дело женщин, — надменно возразила царица супругу и жестом велела советникам оставить их наедине.

    — Наместница Ра · книга
14. «

    Твоя наружность, любимый, — зеркало твоих цветущих двадцати лет, но мысли твои — мысли мудреца, чья юность давно позади. И не знаю, что я ценю больше: твою зрелость или твою юность.

    Твоя наружность, любимый, — зеркало твоих цветущих двадцати лет, но мысли твои — мысли мудреца, чья юность давно позади. И не знаю, что я ценю больше: твою зрелость или твою юность.

    — Наместница Ра · книга
15. «

    — Ты сам сказал, что любовь не может быть преступлением, ибо нет закона, запрещающего ее! — И рад бы ответить «да», — сказал Инени, — но есть вещи, настолько далекие от человеческого разумения, что никому и в голову не придет запрещать их. Потому что такого просто не может быть.

    — Ты сам сказал, что любовь не может быть преступлением, ибо нет закона, запрещающего ее! — И рад бы ответить «да», — сказал Инени, — но есть вещи, настолько далекие от человеческого разумения, что никому и в голову не придет запрещать их. Потому что такого просто не может быть.

    — Наместница Ра · книга
16. «

    — Госпожа, — холодно начал свою речь верховный жрец, — в те времена, когда ты отправлялась в экспедицию, все сердца были на твоей стороне, все горы и равнины были твоими, ибо Амон возлюбил тебя как свою дочь. Но Сет красноглазый вложил в твое сердце зло, к гордости ибиса пристала вероломность кошки, к доброте гуся — коварство змеи. И подобно змее, губящей персиковое дерево, замыслила ты погубить Исиду, мать юного фараона. Ты приказала изгнать ее в пустыню, привязав к спине осла, как женщину, нарушившую супружескую верность, хотя совесть Исиды была чиста. И вот твой народ отвернулся от тебя и признал Тутмоса своим фараоном.

    — Госпожа, — холодно начал свою речь верховный жрец, — в те времена, когда ты отправлялась в экспедицию, все сердца были на твоей стороне, все горы и равнины были твоими, ибо Амон возлюбил тебя как свою дочь. Но Сет красноглазый вложил в твое сердце зло, к гордости ибиса пристала вероломность кошки, к доброте гуся — коварство змеи. И подобно змее, губящей персиковое дерево, замыслила ты погубить Исиду, мать юного фараона. Ты приказала изгнать ее в пустыню, привязав к спине осла, как женщину, нарушившую супружескую верность, хотя совесть Исиды была чиста. И вот твой народ отвернулся от тебя и признал Тутмоса своим фараоном.

    — Наместница Ра · книга
17. «

    Терпение — добродетель слабых.

    Терпение — добродетель слабых.

    — Наместница Ра · книга
18. «

    Выражение лица Геллы изменилось в одну секунду. В женственных чертах проступила мужская твердость, в веселых глазах появились злость и ненависть.

    Выражение лица Геллы изменилось в одну секунду. В женственных чертах проступила мужская твердость, в веселых глазах появились злость и ненависть.

    — Тайна скарабея · книга
19. «

    С той ночи, как царица застала его в объятиях Руи, он ее больше не видел и сейчас опасался мести. Он слишком хорошо знал Хатшепсут, знал, на что способна женщина с уязвленным самолюбием.

    С той ночи, как царица застала его в объятиях Руи, он ее больше не видел и сейчас опасался мести. Он слишком хорошо знал Хатшепсут, знал, на что способна женщина с уязвленным самолюбием.

    — Наместница Ра · книга
20. «

    Он никак не решался сказать о своих чувствах, а она держала его на расстоянии, всем своим видом показывая, что они не созданы друг для друга.

    Он никак не решался сказать о своих чувствах, а она держала его на расстоянии, всем своим видом показывая, что они не созданы друг для друга.

    — Тайна скарабея · книга