135 цитат Франца Кафки — избранное

Франц Кафка — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 135 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Начиная с определенной точки, возврат уже невозможен. Этой точки надо достичь.

   Начиная с определенной точки, возврат уже невозможен. Этой точки надо достичь.
2. «

   Человек давно отказался от участия в создании мира и ответственности за него.

   Человек давно отказался от участия в создании мира и ответственности за него.
3. «

   Ч.: К чему спорить? Мы все равно не сойдемся. Я буду твердить свое до завтра, да и ты тоже. Л.: Я до послезавтра.

   Ч.: К чему спорить? Мы все равно не сойдемся. Я буду твердить свое до завтра, да и ты тоже. Л.: Я до послезавтра.

   — Дневники · книга
4. «

   Жажда беспредельнейшего одиночества. Быть с глазу на глаз с самим собой.

   Жажда беспредельнейшего одиночества. Быть с глазу на глаз с самим собой.

   — Дневники · книга
5. «

   Я был холодным и твёрдым, я был мостом, я лежал над пропастью.

   Я был холодным и твёрдым, я был мостом, я лежал над пропастью.

   — Мост · книга
6. «

   Люди очень много и очень громко говорят, для того чтобы сказать как можно меньше. Это очень шумное молчание. По-настоящему существенны и интересны при этом лишь закулисные сделки, о которых не упоминают ни единым словом.

   Люди очень много и очень громко говорят, для того чтобы сказать как можно меньше. Это очень шумное молчание. По-настоящему существенны и интересны при этом лишь закулисные сделки, о которых не упоминают ни единым словом.
7. «

   У представителей власти тоже заведено спрашивать о том, что и так очевидно.

   У представителей власти тоже заведено спрашивать о том, что и так очевидно.

   — Америка (Пропавший без вести) · книга
8. «

   Напали на человека в кровати, да ещё ждут, что он будет во фраке!

   Напали на человека в кровати, да ещё ждут, что он будет во фраке!

   — Процесс · книга
9. «

   На слабом всякий норовит отыграться, власть свою хочет показать, да еще и обругает в придачу.

   На слабом всякий норовит отыграться, власть свою хочет показать, да еще и обругает в придачу.

   — Америка (Пропавший без вести) · книга
10. «

    Как ни работай, все равно не заслужишь права претендовать на то, чтобы все относились к тебе с любовью, напротив, становишься одиноким, для всех чужим, и — всего лишь объектом любопытства.

    Как ни работай, все равно не заслужишь права претендовать на то, чтобы все относились к тебе с любовью, напротив, становишься одиноким, для всех чужим, и — всего лишь объектом любопытства.

    — Описание одной борьбы · книга
11. «

    Невозможно оправдаться, когда тебе не хотят верить.

    Невозможно оправдаться, когда тебе не хотят верить.

    — Америка (Пропавший без вести) · книга
12. «

    Будь я посторонним человеком, наблюдавшим за мной и за течением моей жизни, я должен был бы сказать, что все должно окончиться безрезультатно, растратиться в беспрестанных сомнениях, изобретательных лишь в самоистязании. Но, как лицо заинтересованное, я — живу надеждой.

    Будь я посторонним человеком, наблюдавшим за мной и за течением моей жизни, я должен был бы сказать, что все должно окончиться безрезультатно, растратиться в беспрестанных сомнениях, изобретательных лишь в самоистязании. Но, как лицо заинтересованное, я — живу надеждой.

    — Дневники · книга
13. «

    Я устал, ничего не знаю и хотел бы лишь уткнуться лицом в твои колени, чувствовать на волосах твою руку и остаться так навеки.

    Я устал, ничего не знаю и хотел бы лишь уткнуться лицом в твои колени, чувствовать на волосах твою руку и остаться так навеки.

    — Письма к Милене · книга
14. «

    Человек, терзаемый своими демонами, совершенно бессознательно мстит ближнему.

    Человек, терзаемый своими демонами, совершенно бессознательно мстит ближнему.

    — Письма к Милене · книга
15. «

    Я пишу иначе, чем говорю, говорю иначе, чем думаю, думаю иначе, чем должен думать, и так до самых темных глубин.

    Я пишу иначе, чем говорю, говорю иначе, чем думаю, думаю иначе, чем должен думать, и так до самых темных глубин.
16. «

    Достаточно трудно целый день владеть собой. Для того мы и спим, чтобы подкрепиться для этого труда, а если мы не спим, то с нами нередко случаются нелепые вещи, но было бы невежливо со стороны наших спутников громко этому удивляться.

    Достаточно трудно целый день владеть собой. Для того мы и спим, чтобы подкрепиться для этого труда, а если мы не спим, то с нами нередко случаются нелепые вещи, но было бы невежливо со стороны наших спутников громко этому удивляться.

    — Описание одной борьбы · книга
17. «

    Ведь мое несчастье — это несчастье зыбкое, несчастье, зыблющееся на острие, и если дотронуться до него, оно падет на расспрашивающего.

    Ведь мое несчастье — это несчастье зыбкое, несчастье, зыблющееся на острие, и если дотронуться до него, оно падет на расспрашивающего.

    — Описание одной борьбы · книга
18. «

    Иногда оковы лучше свободы.

    Иногда оковы лучше свободы.

    — Процесс · книга
19. «

    Даже просто сидеть и ждать – страшное напряжение.

    Даже просто сидеть и ждать – страшное напряжение.

    — Процесс · книга
20. «

    Что у меня общего с евреями? У меня едва ли есть что-нибудь общее с самим собой.

    Что у меня общего с евреями? У меня едва ли есть что-нибудь общее с самим собой.