27 цитат Франсуы Вийона, которые цепляют

Франсуа Вийон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 27 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Когда за деньги любят нас И всех подряд, то это значит, Что вся любовь всего на час: Смеются девки, деньги плачут. Все норовят поймать удачу, Но рыцарь, — упаси Господь, - Он к благородной даме скачет, А не в кабак, где тешат плоть.

   Когда за деньги любят нас И всех подряд, то это значит, Что вся любовь всего на час: Смеются девки, деньги плачут. Все норовят поймать удачу, Но рыцарь, — упаси Господь, - Он к благородной даме скачет, А не в кабак, где тешат плоть.
2. «

   А я ведь принимал как дар Улыбки, ласковые взгляды, Пылал любви моей пожар, Впивал я ложные услады. Но белой лошадью парада Все это было. Я убит. Мне все сменить на свете надо, Пусть сердце в дом иной стучит.

   А я ведь принимал как дар Улыбки, ласковые взгляды, Пылал любви моей пожар, Впивал я ложные услады. Но белой лошадью парада Все это было. Я убит. Мне все сменить на свете надо, Пусть сердце в дом иной стучит.
3. «

   Кто вышел в люди, слава богу, И стал сеньор иль господин, Кто нищ и гол, живет убого, Ест хлеб глазами лишь с витрин: Кто ищет устриц средь глубин, Того прельстила и скуфья... У каждого стезя своя.

   Кто вышел в люди, слава богу, И стал сеньор иль господин, Кто нищ и гол, живет убого, Ест хлеб глазами лишь с витрин: Кто ищет устриц средь глубин, Того прельстила и скуфья... У каждого стезя своя.
4. «

   Я ночью бодр, а сплю я только днём. Я по земле с опаскою ступаю, Не вехам, а туману доверяю. Глухой меня услышит и поймёт. Я знаю, что полыни горше мёд.

   Я ночью бодр, а сплю я только днём. Я по земле с опаскою ступаю, Не вехам, а туману доверяю. Глухой меня услышит и поймёт. Я знаю, что полыни горше мёд.
5. «

   Счастливец тот, кто не влюблён!

   Счастливец тот, кто не влюблён!
6. «

   Я знаю всех церквей трезвон, Я знаю и монашки ложе, Я знаю все уловки жен, Я знаю, дарят, что негоже, Я знаю, лезут вон из кожи, Я знаю, губят и любя, Я знаю всех и вся и все же Я знаю все, но не себя.

   Я знаю всех церквей трезвон, Я знаю и монашки ложе, Я знаю все уловки жен, Я знаю, дарят, что негоже, Я знаю, лезут вон из кожи, Я знаю, губят и любя, Я знаю всех и вся и все же Я знаю все, но не себя.
7. «

   Ложь для меня лишь правды лик другой.

   Ложь для меня лишь правды лик другой.
8. «

   Под Рождество, глухой порой Жестокой ледяной зимы, Когда слыхать лишь волчий вой И в дом к теплу вернуться мы Спешим до наступленья тьмы, Избавиться замыслил я От кандалов любви, тюрьмы, Где страждет днесь душа моя.

   Под Рождество, глухой порой Жестокой ледяной зимы, Когда слыхать лишь волчий вой И в дом к теплу вернуться мы Спешим до наступленья тьмы, Избавиться замыслил я От кандалов любви, тюрьмы, Где страждет днесь душа моя.
9. «

   Нет дел важнее ерунды, Нет линии прямей кольца, Нет золота ценней руды, Нет маски лживее лица. Нет твари злее, чем овца. Нет дураков глупей смышленных, Нет моря глубже озерца. Нет мудрецов умней влюбленных.

   Нет дел важнее ерунды, Нет линии прямей кольца, Нет золота ценней руды, Нет маски лживее лица. Нет твари злее, чем овца. Нет дураков глупей смышленных, Нет моря глубже озерца. Нет мудрецов умней влюбленных.
10. «

    Но как разлука ни тяжка, Мне все-таки она в охотку, Понеже нового дружка Приветила моя красотка. Выходит так: я ел селедку, А захотелось пить — шалишь, Вино вольют другому в глотку. О Господи, мой стон услышь!

    Но как разлука ни тяжка, Мне все-таки она в охотку, Понеже нового дружка Приветила моя красотка. Выходит так: я ел селедку, А захотелось пить — шалишь, Вино вольют другому в глотку. О Господи, мой стон услышь!
11. «

    Смельчак, мудрец, злодей, юрод - В гроб все до одного легли. Никто сверх срока не живет. Взметает ветер прах с земли.

    Смельчак, мудрец, злодей, юрод - В гроб все до одного легли. Никто сверх срока не живет. Взметает ветер прах с земли.
12. «

    Я знаю твердо, где перед, где зад, По платью различаю я людей. Каким быть дню, укажет мне закат, А вишню выдаст розоватый клей. Про сад расскажет плод в руке моей, Кто на кого похож, мне все вдомек: Кто труженик, кто мот и ротозей, Я знаю все — себя познать не смог.

    Я знаю твердо, где перед, где зад, По платью различаю я людей. Каким быть дню, укажет мне закат, А вишню выдаст розоватый клей. Про сад расскажет плод в руке моей, Кто на кого похож, мне все вдомек: Кто труженик, кто мот и ротозей, Я знаю все — себя познать не смог.
13. «

    Я знаю: нехристь и священник, Богач несметный и бедняк, И честный парень, и мошенник, Скупец, добряк, мудрец, дурак, Красавец стройный и толстяк, И дамы в пышном облаченье, Что описать нельзя никак, Все смертны, все без исключенья.

    Я знаю: нехристь и священник, Богач несметный и бедняк, И честный парень, и мошенник, Скупец, добряк, мудрец, дурак, Красавец стройный и толстяк, И дамы в пышном облаченье, Что описать нельзя никак, Все смертны, все без исключенья.
14. «

    Аврора смотрит: сокол обиходный Меж облаков, свершая круг, парит. Беспечно жаворонок час восходный, Резвясь, приветной песней веселит. Упавши сокол птицу закогтит. Амур один так метко бьет стрелою, Заранее внеся нас в свой рескрипт, А посему быть вместе нам с тобою.

    Аврора смотрит: сокол обиходный Меж облаков, свершая круг, парит. Беспечно жаворонок час восходный, Резвясь, приветной песней веселит. Упавши сокол птицу закогтит. Амур один так метко бьет стрелою, Заранее внеся нас в свой рескрипт, А посему быть вместе нам с тобою.
15. «

    Tant parle-on qu'on se contredit, Tant vaut bon bruit que grâce acquise, Tant promet-on qu'on s'en dédit, Tant prie-on que chose est acquise, Tant plus est chère et plus est quise, Tant la quiert-on qu'on y parvient, Tant plus commune et moins requise, Tant crie-l'on Noël qu'il vient.

    Tant parle-on qu'on se contredit, Tant vaut bon bruit que grâce acquise, Tant promet-on qu'on s'en dédit, Tant prie-on que chose est acquise, Tant plus est chère et plus est quise, Tant la quiert-on qu'on y parvient, Tant plus commune et moins requise, Tant crie-l'on Noël qu'il vient.
16. «

    Chascun en soy voye sa mesprison! Ne nous vengons, prenons en pacïence: Nous cognoissons que ce monde est prison Aux vertureux franchis d'impacïence. Batre, rouiller, pour ce n'est pas scïence; Tollir, ravir, piller, meurtrier a tort: De Dieu ne chault, trop de verité se tort Qui en telz faitz sa jeunesse demaine, Dont a la fin ses poins doloreux tort, Par offenser et prendre autruy demaine.

    Chascun en soy voye sa mesprison! Ne nous vengons, prenons en pacïence: Nous cognoissons que ce monde est prison Aux vertureux franchis d'impacïence. Batre, rouiller, pour ce n'est pas scïence; Tollir, ravir, piller, meurtrier a tort: De Dieu ne chault, trop de verité se tort Qui en telz faitz sa jeunesse demaine, Dont a la fin ses poins doloreux tort, Par offenser et prendre autruy demaine.
17. «

    Prince, aux dames parisiennes De bien parler donnez le prix; Quoi que l'on die d'Italiennes, Il n'est bon bec que de Paris.

    Prince, aux dames parisiennes De bien parler donnez le prix; Quoi que l'on die d'Italiennes, Il n'est bon bec que de Paris.
18. «

    Tant grate chèvre que mal gist; Tant va le pot à l’eau qu’il brise; Tant chauffe-on le fer qu’il rougist; Tant le maille-on qu’il se debrise; Tant vault l’homme comme on le prise; Tant s’eslongne-il qu’il n’en souvient; Tant mauvais est qu’on le desprise; Tant crie l’on Noel qu’il vient.

    Tant grate chèvre que mal gist; Tant va le pot à l’eau qu’il brise; Tant chauffe-on le fer qu’il rougist; Tant le maille-on qu’il se debrise; Tant vault l’homme comme on le prise; Tant s’eslongne-il qu’il n’en souvient; Tant mauvais est qu’on le desprise; Tant crie l’on Noel qu’il vient.
19. «

    Во прах вернуться не сробею: Смерть нищим не внушает страха.

    Во прах вернуться не сробею: Смерть нищим не внушает страха.
20. «

    Je meurs de soif auprès de la fontaine; Brûlant comme le feu, je tremble dent à dent! En mon pays, je me trouve en exil; Près d'un brasier, tout ardent je frissonne; Nu comme un ver et pourtant vêtu en président, Je ris en pleurs, et j'attends sans espérance; Je reprends courage au milieu du plus triste désespoir; Je me réjouis sans avoir aucun plaisir; Je suis puissant sans avoir force ni autorité; Bien recueilli tour à tour et repoussé de chacun.

    Je meurs de soif auprès de la fontaine; Brûlant comme le feu, je tremble dent à dent! En mon pays, je me trouve en exil; Près d'un brasier, tout ardent je frissonne; Nu comme un ver et pourtant vêtu en président, Je ris en pleurs, et j'attends sans espérance; Je reprends courage au milieu du plus triste désespoir; Je me réjouis sans avoir aucun plaisir; Je suis puissant sans avoir force ni autorité; Bien recueilli tour à tour et repoussé de chacun.