295 цитат Франсуазы Сагана о смысле жизни

Подборка из 295 цитат Франсуазы Сагана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Очень любопытно наблюдать, как жизнь ставит свою подпись под параграфами романтических соглашений.

   Очень любопытно наблюдать, как жизнь ставит свою подпись под параграфами романтических соглашений.

   — Смутная улыбка · книга
2. «

   В двадцать лет ещё можно позволить себе беспричинный смех.

   В двадцать лет ещё можно позволить себе беспричинный смех.

   — Смутная улыбка · книга
3. «

   Думаю, что лучшее противоядие из всех возможных — это юмор. <...> Недостаток юмора — это душевный изъян.

   Думаю, что лучшее противоядие из всех возможных — это юмор. <...> Недостаток юмора — это душевный изъян.

   — Франсуаза Саган · книга
4. «

   Время от времени одиночество необходимо, но я не забываю, что сказал Стендаль: «Одиночество дает всё, кроме характера». И я не путаю вечерок в одиночестве, за чашкой чая и с хорошими пластинками, с настоящим одиночеством. Тем, которое всем знакомо, от которого не уйти и которое отнюдь не роскошь. Мы рождаемся одни и умираем одни. А в промежутке пытаемся быть не слишком одинокими. Я глубоко убеждена, что все мы в душе одиноки и от этого глубоко несчастны.

   Время от времени одиночество необходимо, но я не забываю, что сказал Стендаль: «Одиночество дает всё, кроме характера». И я не путаю вечерок в одиночестве, за чашкой чая и с хорошими пластинками, с настоящим одиночеством. Тем, которое всем знакомо, от которого не уйти и которое отнюдь не роскошь. Мы рождаемся одни и умираем одни. А в промежутке пытаемся быть не слишком одинокими. Я глубоко убеждена, что все мы в душе одиноки и от этого глубоко несчастны.

   — Франсуаза Саган · книга
5. «

   Как будто этот диалог, напряжённый, бессвязный, а иногда физически жестокий, который мы ведём, вернее, пытаемся вести, превращается в железный занавес между двумя людьми.

   Как будто этот диалог, напряжённый, бессвязный, а иногда физически жестокий, который мы ведём, вернее, пытаемся вести, превращается в железный занавес между двумя людьми.

   — Синяки на душе · книга
6. «

   В тот день, когда вы устыдитесь того, что любите, вы погибли… Погибли для самого себя.

   В тот день, когда вы устыдитесь того, что любите, вы погибли… Погибли для самого себя.

   — Немного солнца в холодной воде · книга
7. «

   На самом деле всем некогда толком разобраться в себе, людей в основном интересуют в других только глаза, да и то чтобы видеть в них собственное отражение.

   На самом деле всем некогда толком разобраться в себе, людей в основном интересуют в других только глаза, да и то чтобы видеть в них собственное отражение.

   — Через месяц, через год · книга
8. «

   Вообще-то, знаете, когда я очень счастлива, мне страшно. У меня создается впечатление, что несчастье, ну, лучше сказать, меланхолия — состояние более нормальное, чем веселье, радость. Когда я счастлива, мне кажется, что потом придется за это расплачиваться, хотя часто мне приходится платить за счастье авансом.

   Вообще-то, знаете, когда я очень счастлива, мне страшно. У меня создается впечатление, что несчастье, ну, лучше сказать, меланхолия — состояние более нормальное, чем веселье, радость. Когда я счастлива, мне кажется, что потом придется за это расплачиваться, хотя часто мне приходится платить за счастье авансом.

   — Катрин Денев · книга
9. «

   Вы редко думаете о будущем — правда ведь? Это привилегия молодости.

   Вы редко думаете о будущем — правда ведь? Это привилегия молодости.

   — Здравствуй, грусть · книга
10. «

    Может, именно потому, что я столь ненавижу то, что принято именовать сутью жизни, я так люблю жизнь во всех её проявлениях.

    Может, именно потому, что я столь ненавижу то, что принято именовать сутью жизни, я так люблю жизнь во всех её проявлениях.

    — Дороти Сеймур · книга
11. «

    Я никогда не буду знать достаточно. Никогда, чтобы быть совершенно счастливой, никогда, чтобы мной овладела некая страсть, захватившая всю мою душу, никогда и ничего не будет достаточно для чего бы то ни было.

    Я никогда не буду знать достаточно. Никогда, чтобы быть совершенно счастливой, никогда, чтобы мной овладела некая страсть, захватившая всю мою душу, никогда и ничего не будет достаточно для чего бы то ни было.

    — Синяки на душе · книга
12. «

    Она просто боялась, она безотчетно ждала, чтобы он пришёл и заставил её принять свою любовь. Ей было невмоготу, и однообразное течение зимних дней, вереница всё одних и тех же улиц, приводивших её, одинокую, от квартиры к месту работы, этот телефон-предатель — она каждый раз жалела, что сняла трубку: так отчужденно и пристыжено звучал голос Роже, — и, наконец, тоска по далёкому лету, которое никогда не вернётся, — всё вело к безучастной вялости и требовало любой ценой, чтобы «хоть что-то произошло».

    Она просто боялась, она безотчетно ждала, чтобы он пришёл и заставил её принять свою любовь. Ей было невмоготу, и однообразное течение зимних дней, вереница всё одних и тех же улиц, приводивших её, одинокую, от квартиры к месту работы, этот телефон-предатель — она каждый раз жалела, что сняла трубку: так отчужденно и пристыжено звучал голос Роже, — и, наконец, тоска по далёкому лету, которое никогда не вернётся, — всё вело к безучастной вялости и требовало любой ценой, чтобы «хоть что-то произошло».

    — Любите ли вы Брамса? · книга
13. «

    Любовь самая приятная, самая настоящая, самая правильная вещь на свете.

    Любовь самая приятная, самая настоящая, самая правильная вещь на свете.

    — Сесиль · книга
14. «

    Он шагнул ей навстречу, она улыбнулась, и вдруг наступило мгновение такой полноты жизни, такого спокойствия, что он даже прикрыл глаза. Он её любит. Он принимал всё, всё, что произойдёт, если произойдёт это из-за неё, всё равно хуже не будет.

    Он шагнул ей навстречу, она улыбнулась, и вдруг наступило мгновение такой полноты жизни, такого спокойствия, что он даже прикрыл глаза. Он её любит. Он принимал всё, всё, что произойдёт, если произойдёт это из-за неё, всё равно хуже не будет.

    — Симон · книга
15. «

    Осень медленно и ласково просачивалась в сердце Поль. Мокрые, рыжие, уже наполовину затоптанные листья, цепляясь друг за друга, постепенно смешивались с землей.

    Осень медленно и ласково просачивалась в сердце Поль. Мокрые, рыжие, уже наполовину затоптанные листья, цепляясь друг за друга, постепенно смешивались с землей.

    — Поль · книга
16. «

    ...будучи неспособен разделить столь непонятное веселье, всегда готов был разделить печаль.

    ...будучи неспособен разделить столь непонятное веселье, всегда готов был разделить печаль.

    — Женщина в гриме · книга
17. «

    Она словно о чём-то просила, просила невнятно, но он остро почувствовал — просила того, что он не мог ей дать, никогда никому не мог. Конечно, следовало бы остаться у неё и провести с ней ночь: нет всё-таки лучшего средства успокоить тревогу женщины.

    Она словно о чём-то просила, просила невнятно, но он остро почувствовал — просила того, что он не мог ей дать, никогда никому не мог. Конечно, следовало бы остаться у неё и провести с ней ночь: нет всё-таки лучшего средства успокоить тревогу женщины.

    — Роже · книга
18. «

    ...каждый не похож на другого и понятен во всех своих притязаниях, и что в большинстве случаев этот каждый не может ни понять другого, ни увидеть его, ни прочесть.

    ...каждый не похож на другого и понятен во всех своих притязаниях, и что в большинстве случаев этот каждый не может ни понять другого, ни увидеть его, ни прочесть.

    — Синяки на душе · книга
19. «

    И, кстати, чтобы любить двух мужчин, нужно быть безгранично любимой хотя бы одним из них. Ему можно изменять, потому что за вами такой капитал счастья! Я, когда была счастлива, запросто могла изменить парню, с которым встречалась, а вот если была влюблена в человека, который на меня и не смотрел, ему я изменить не могла: я казалась себе некрасивой и никого не хотела видеть. Если вы любимы мужчиной, который сильно любит вас, вы чувствуете себя красивой, вам хочется нравиться, как бы подтвердить его мнение. Мало женщин это признают, а мужчин еще меньше. Но это правда.

    И, кстати, чтобы любить двух мужчин, нужно быть безгранично любимой хотя бы одним из них. Ему можно изменять, потому что за вами такой капитал счастья! Я, когда была счастлива, запросто могла изменить парню, с которым встречалась, а вот если была влюблена в человека, который на меня и не смотрел, ему я изменить не могла: я казалась себе некрасивой и никого не хотела видеть. Если вы любимы мужчиной, который сильно любит вас, вы чувствуете себя красивой, вам хочется нравиться, как бы подтвердить его мнение. Мало женщин это признают, а мужчин еще меньше. Но это правда.

    — Франсуаза Саган · книга
20. «

    ...я не знаю рецепта для долгой любви. Да и не вижу в нем необходимости. Я слишком люблю счастье, чтобы иметь несбыточные желания.

    ...я не знаю рецепта для долгой любви. Да и не вижу в нем необходимости. Я слишком люблю счастье, чтобы иметь несбыточные желания.

    — Франсуаза Саган · книга