300 цитат Франсуазы Сагана

Подборка из 300 цитат Франсуазы Сагана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Иногда к ним присоединялся Жан со своей высокой Мартой, явно пугавшейся, будто неприличия, и самой Натали, и ее разговоров: по мнению Марты, женщине положено только слушать и молчать.

   Иногда к ним присоединялся Жан со своей высокой Мартой, явно пугавшейся, будто неприличия, и самой Натали, и ее разговоров: по мнению Марты, женщине положено только слушать и молчать.

   — Немного солнца в холодной воде · книга
2. «

   Когда человек счастлив, он готов всех за это благодарить, и лишь когда радость бытия от него уходит, он начинает понимать, что другие были лишь посторонними свидетелями его счастья.

   Когда человек счастлив, он готов всех за это благодарить, и лишь когда радость бытия от него уходит, он начинает понимать, что другие были лишь посторонними свидетелями его счастья.

   — Синяки на душе · книга
3. «

   Я не верю в обобщения.

   Я не верю в обобщения.

   — Жюльен · книга
4. «

   Неверность — это когда тебе нечего сказать мужу, потому что все уже сказано другому.

   Неверность — это когда тебе нечего сказать мужу, потому что все уже сказано другому.
5. «

   Потом я растягивалась на берегу, зачерпывала целую горсть песка и, пропуская между пальцами желтоватую ласковую струйку, думала, что вот так же утекает время, что это нехитрая мысль и что нехитрые мысли приятны.

   Потом я растягивалась на берегу, зачерпывала целую горсть песка и, пропуская между пальцами желтоватую ласковую струйку, думала, что вот так же утекает время, что это нехитрая мысль и что нехитрые мысли приятны.

   — Сесиль · книга
6. «

   Через час он проснулся, очень оживленный, взглянул на часы и категорически заявил, что самое время идти танцевать и пить, чтобы забыть все эти чёртовы грузовики.

   Через час он проснулся, очень оживленный, взглянул на часы и категорически заявил, что самое время идти танцевать и пить, чтобы забыть все эти чёртовы грузовики.

   — Любите ли вы Брамса? · книга
7. «

   — Лично у меня сердце разрывалось от страсти раз десять, нет – двенадцать. — Двенадцать? — Да, двенадцать. Что здесь удивительного? Разве моя внешность не говорит о страсти? — Которую, кажется, вы внушали сотню раз.

   — Лично у меня сердце разрывалось от страсти раз десять, нет – двенадцать. — Двенадцать? — Да, двенадцать. Что здесь удивительного? Разве моя внешность не говорит о страсти? — Которую, кажется, вы внушали сотню раз.

   — Элеонора · книга
8. «

   Она совсем запуталась. Вечно приходится быть начеку, никогда нельзя говорить всего одному и тому же человеку.

   Она совсем запуталась. Вечно приходится быть начеку, никогда нельзя говорить всего одному и тому же человеку.

   — Поль · книга
9. «

   Если великого труженика лишить работы, окажется, что он начинает чахнуть, худеть, впадать в депрессию.

   Если великого труженика лишить работы, окажется, что он начинает чахнуть, худеть, впадать в депрессию.

   — Синяки на душе · книга
10. «

    Я думаю, что лучше обмануться в человеке, чем ему не доверять; это и есть, я уверена, единственное нравственное правило: всегда быть, насколько это возможно, предельно добрым и предельно открытым; и тогда ничего не страшно.

    Я думаю, что лучше обмануться в человеке, чем ему не доверять; это и есть, я уверена, единственное нравственное правило: всегда быть, насколько это возможно, предельно добрым и предельно открытым; и тогда ничего не страшно.

    — Франсуаза Саган · книга
11. «

    Я думаю, будь у меня дочь, мне бы хотелось, чтобы в восемнадцать лет она встретила мужчину, в которого влюбилась бы, как и он в неё, и чтобы они умерли вместе, дожив до восьмидесяти лет, рука в руке. Можно ли представить себе что-нибудь более романтичное? Но беда в том, что жизнь, как правило, так неромантична, что это бывает очень редко… Чаще всего жизнь совсем не такая, какой должна быть. Люди ломаются, или что-то ломается в них. Не знаю, возраст ли тому виной, усталость, характер или образ жизни. Бывают периоды, когда такие вещи накапливаются и вы, сами не зная почему, воспринимаете это как обиду. <...> Мне случается думать, что жизнь — это злая шутка. Если вы мало-мальски чувствительны, то постоянно живёте словно с содранной кожей.

    Я думаю, будь у меня дочь, мне бы хотелось, чтобы в восемнадцать лет она встретила мужчину, в которого влюбилась бы, как и он в неё, и чтобы они умерли вместе, дожив до восьмидесяти лет, рука в руке. Можно ли представить себе что-нибудь более романтичное? Но беда в том, что жизнь, как правило, так неромантична, что это бывает очень редко… Чаще всего жизнь совсем не такая, какой должна быть. Люди ломаются, или что-то ломается в них. Не знаю, возраст ли тому виной, усталость, характер или образ жизни. Бывают периоды, когда такие вещи накапливаются и вы, сами не зная почему, воспринимаете это как обиду. <...> Мне случается думать, что жизнь — это злая шутка. Если вы мало-мальски чувствительны, то постоянно живёте словно с содранной кожей.

    — Франсуаза Саган · книга
12. «

    Несмотря на глубокий цинизм, ...она умела привязываться и знала, что умеет.

    Несмотря на глубокий цинизм, ...она умела привязываться и знала, что умеет.

    — Синяки на душе · книга
13. «

    — А ты — дурачок. Хотя... это твой возраст. Ты тысячу раз должен был удержать Валентину. Со всеми её любовниками и уходами из дома, со всем её прошлым. Таких людей, как Валентина, нельзя упускать Но только ты ещё молод, мой бедный, родной. — Я не Жан Лу, ты это имеешь в виду? — Жан Лу — он-то понимает. Он понимает, что в человеке важна личность, а не поступки. Важно то, что даёт человеческое присутствие. — Присутствие! Да она всегда отсутствовала. Путешествовала и всё больше опускалась от ничтожества к ничтожеству. — Опускалась... Как можно такое подумать! Значит, любовь и её проявления унижают женщину? Да ты потерял голову. Мы созданы для этого. Самой природой. Правда, изредка встречаются женщины сверх того ещё и верные. Но Валентина не из их числа.

    — А ты — дурачок. Хотя... это твой возраст. Ты тысячу раз должен был удержать Валентину. Со всеми её любовниками и уходами из дома, со всем её прошлым. Таких людей, как Валентина, нельзя упускать Но только ты ещё молод, мой бедный, родной. — Я не Жан Лу, ты это имеешь в виду? — Жан Лу — он-то понимает. Он понимает, что в человеке важна личность, а не поступки. Важно то, что даёт человеческое присутствие. — Присутствие! Да она всегда отсутствовала. Путешествовала и всё больше опускалась от ничтожества к ничтожеству. — Опускалась... Как можно такое подумать! Значит, любовь и её проявления унижают женщину? Да ты потерял голову. Мы созданы для этого. Самой природой. Правда, изредка встречаются женщины сверх того ещё и верные. Но Валентина не из их числа.

    — Мари · книга
14. «

    Он постарался заглушить вопль одиночества, который поднимался в нем всякий раз, когда думал о том, из чего состоит его повседневная жизнь.

    Он постарался заглушить вопль одиночества, который поднимался в нем всякий раз, когда думал о том, из чего состоит его повседневная жизнь.

    — Синяки на душе · книга
15. «

    Одна из самых отвратительных разновидностей лжи — молчание.

    Одна из самых отвратительных разновидностей лжи — молчание.
16. «

    Лучше быть счастливой или несчастной, чем вообще ничего.

    Лучше быть счастливой или несчастной, чем вообще ничего.

    — Доминика · книга
17. «

    Опыт — это сумма совершенных ошибок, а также ошибок, которых, увы, не удалось совершить.

    Опыт — это сумма совершенных ошибок, а также ошибок, которых, увы, не удалось совершить.

    — Смутная улыбка · книга
18. «

    Точно так же некрасивые женщины без умолку болтают, пытаясь отвлечь внимание окружающих от своей внешности.

    Точно так же некрасивые женщины без умолку болтают, пытаясь отвлечь внимание окружающих от своей внешности.

    — Синяки на душе · книга
19. «

    В этом мире надо улыбаться и насвистывать, разыгрывая беззаботность.

    В этом мире надо улыбаться и насвистывать, разыгрывая беззаботность.
20. «

    В такой точно день, на этом самом месте, он встретил Матильду, то есть саму Любовь, ведь она его любила точно также, как и он любил её, но продолжалось это только год.

    В такой точно день, на этом самом месте, он встретил Матильду, то есть саму Любовь, ведь она его любила точно также, как и он любил её, но продолжалось это только год.

    — Прощай, печаль · книга