365 лучших фраз Фредерика Бегбедера

Ниже 365 цитат Фредерика Бегбедера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Ее бесконечно длинные тонкие ноги (в количестве двух штук) служат опорой соблазнительному бюсту, оснащенному аппетитными яблочками (в таком же количестве).

   Ее бесконечно длинные тонкие ноги (в количестве двух штук) служат опорой соблазнительному бюсту, оснащенному аппетитными яблочками (в таком же количестве).

   — Любовь живёт три года · книга
2. «

   Бывают такие ночи, когда спать непозволительная роскошь. Спать ради того, чтобы проснуться от дурного сна. Чтобы ничего этого вообще не было. Хочется вычеркнуть собственную жизнь.

   Бывают такие ночи, когда спать непозволительная роскошь. Спать ради того, чтобы проснуться от дурного сна. Чтобы ничего этого вообще не было. Хочется вычеркнуть собственную жизнь.

   — Марк Марронье · книга
3. «

   — К тебе поедем или к нам? — Вы к себе, а я к себе.

   — К тебе поедем или к нам? — Вы к себе, а я к себе.

   — Любовь живёт три года · книга
4. «

   Я обвиняю общество потребления в том, что оно сделало меня таким, какой я есть: ненасытным. Я обвиняю моих родителей в том, что они сделали меня таким, какой я есть: бесхребетным. Я часто обвиняю других, чтобы не обвинять себя самого.

   Я обвиняю общество потребления в том, что оно сделало меня таким, какой я есть: ненасытным. Я обвиняю моих родителей в том, что они сделали меня таким, какой я есть: бесхребетным. Я часто обвиняю других, чтобы не обвинять себя самого.

   — Windows on the World · книга
5. «

   Вот она, твоя болезнь: ты любишь сам не знаешь кого. Думаешь, ты бы выдержал, если бы тебе пришлось с ней жить? Вряд ли: вас ведь то и возбуждает, что вы не можете быть вместе.

   Вот она, твоя болезнь: ты любишь сам не знаешь кого. Думаешь, ты бы выдержал, если бы тебе пришлось с ней жить? Вряд ли: вас ведь то и возбуждает, что вы не можете быть вместе.

   — Любовь живёт три года · книга
6. «

   Как же мне одиноко в этой семье, которая каждую минуту напоминает мне о том, что я не создал своей.

   Как же мне одиноко в этой семье, которая каждую минуту напоминает мне о том, что я не создал своей.

   — Романтический эгоист · книга
7. «

   Альбер Коэн ошибался: любовь убивают не звуки смывного бачка. Ее убивает страх перед скукой, который превращает наши пламенные мечты в отфильтрованные кондиционером кошмары. На самом деле звуки смывного бачка убивают эту скуку, равно как и запахи поджаренного хлеба, и старые летние фотографии, и забытые на ночном столике браслеты, и дурацкая записка в кармане пиджака, от которой слезы наворачиваются на глаза. Лучшее лекарство против повседневности-это культ повседневности во всей ее изменчивости. Мужчины боятся супружеской жизни по одной-единственной причине: страх перед рутиной. Этот страх скрывает под собой другой — страх моногамии. Эти парни никак не способны предположить, что могут всю жизнь прожить с одной женщиной. Решение здесь очень простое: надо, чтобы она была одновременно серой мышкой и путаной, женщиной-вамп и лолитой, секс-бомбой и испуганной девственницей, сиделкой и больной. Если женщина вашей жизни имеет бесчисленные воплощения, зачем вам идти на сторону? И тогда ваша повседневная жизнь перестанет быть жизнью каждодневной.

   Альбер Коэн ошибался: любовь убивают не звуки смывного бачка. Ее убивает страх перед скукой, который превращает наши пламенные мечты в отфильтрованные кондиционером кошмары. На самом деле звуки смывного бачка убивают эту скуку, равно как и запахи поджаренного хлеба, и старые летние фотографии, и забытые на ночном столике браслеты, и дурацкая записка в кармане пиджака, от которой слезы наворачиваются на глаза. Лучшее лекарство против повседневности-это культ повседневности во всей ее изменчивости. Мужчины боятся супружеской жизни по одной-единственной причине: страх перед рутиной. Этот страх скрывает под собой другой — страх моногамии. Эти парни никак не способны предположить, что могут всю жизнь прожить с одной женщиной. Решение здесь очень простое: надо, чтобы она была одновременно серой мышкой и путаной, женщиной-вамп и лолитой, секс-бомбой и испуганной девственницей, сиделкой и больной. Если женщина вашей жизни имеет бесчисленные воплощения, зачем вам идти на сторону? И тогда ваша повседневная жизнь перестанет быть жизнью каждодневной.

   — Воспоминания необразумившегося молодого человека · книга
8. «

   Вечеринка, которая начинается с давки у дверей, притом что внутри нет ни души, это – правильная вечеринка.

   Вечеринка, которая начинается с давки у дверей, притом что внутри нет ни души, это – правильная вечеринка.

   — Каникулы в коме · книга
9. «

   Страх одиночества и боязнь смерти — вот причины, по которым я тусуюсь по вечерам.

   Страх одиночества и боязнь смерти — вот причины, по которым я тусуюсь по вечерам.

   — Романтический эгоист · книга
10. «

    Мир ирреален — за исключением тех моментов, когда он скучен.

    Мир ирреален — за исключением тех моментов, когда он скучен.

    — 99 франков · книга
11. «

    Знаешь, если бы ты не давала сразу, они бы влюблялись. Мужчины — как рагу, их надо хорошенько потомить.

    Знаешь, если бы ты не давала сразу, они бы влюблялись. Мужчины — как рагу, их надо хорошенько потомить.

    — Любовь живёт три года · книга
12. «

    Я ненавижу твое прошлое, оно застит мое будущее.

    Я ненавижу твое прошлое, оно застит мое будущее.

    — Марк Марронье · книга
13. «

    Она пожала мне руку. Пожала ладонь. Пожала локоть, бицепс, плечо, подбородок. Ее губы коснулись моих. Я ослеп, оглох, онемел. Я был рожден ради этого мгновенья.

    Она пожала мне руку. Пожала ладонь. Пожала локоть, бицепс, плечо, подбородок. Ее губы коснулись моих. Я ослеп, оглох, онемел. Я был рожден ради этого мгновенья.

    — Романтический эгоист · книга
14. «

    Когда я попросил Алису выйти за меня замуж, она дала ответ, полный нежности, романтики, проницательности, красоты и теплоты. — Нет.

    Когда я попросил Алису выйти за меня замуж, она дала ответ, полный нежности, романтики, проницательности, красоты и теплоты. — Нет.

    — Любовь живёт три года · книга
15. «

    Одиночество стало какой-то стыдной болезнью. Почему все так его чураются? Да потому, что оно заставляет думать. В наши дни Декарт не написал бы: «Я мыслю – значит, я существую». Он бы сказал: «Я один – значит, я мыслю». Никто не хочет оставаться в одиночестве: оно высвобождает слишком много времени для размышлений. А чем больше думаешь, тем становишься умнее – а значит и грустнее.

    Одиночество стало какой-то стыдной болезнью. Почему все так его чураются? Да потому, что оно заставляет думать. В наши дни Декарт не написал бы: «Я мыслю – значит, я существую». Он бы сказал: «Я один – значит, я мыслю». Никто не хочет оставаться в одиночестве: оно высвобождает слишком много времени для размышлений. А чем больше думаешь, тем становишься умнее – а значит и грустнее.

    — Любовь живёт три года · книга
16. «

    Бабы и так круче нас, но если у них вдобавок есть ещё и чувство юмора, нам вообще крышка.

    Бабы и так круче нас, но если у них вдобавок есть ещё и чувство юмора, нам вообще крышка.

    — Романтический эгоист · книга
17. «

    Кроме разве что убежавшего из кастрюльки молока, мало найдется на земле зрелищ более жалких, чем я.

    Кроме разве что убежавшего из кастрюльки молока, мало найдется на земле зрелищ более жалких, чем я.

    — Марк Марронье · книга
18. «

    Ему надоело доказывать, что у него добрая и глубокая душа, вот он и строит из себя злюку и верхогляда, нарочно демонстрирует буйный, а то и грубоватый нрав.

    Ему надоело доказывать, что у него добрая и глубокая душа, вот он и строит из себя злюку и верхогляда, нарочно демонстрирует буйный, а то и грубоватый нрав.

    — Марк Марронье · книга
19. «

    Читать – значит нетерпеливо уповать на следующую страницу; самая любимая книга – та, что держит вас в подвешенном состоянии.

    Читать – значит нетерпеливо уповать на следующую страницу; самая любимая книга – та, что держит вас в подвешенном состоянии.

    — Лучшие книги XX века. Последняя опись перед распродажей · книга
20. «

    Как только в мир пришел СПИД, все стало супер сексуальным, вот только трах***ся почти перестали.

    Как только в мир пришел СПИД, все стало супер сексуальным, вот только трах***ся почти перестали.

    — Каникулы в коме · книга