105 афоризмов Фрэнка Герберта

Подборка из 105 цитат Фрэнка Герберта: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Есть во Вселенной такие вещи, знания о которых можно добыть, только участвуя в этих вещах. Познать их, находясь в стороне, невозможно.

   Есть во Вселенной такие вещи, знания о которых можно добыть, только участвуя в этих вещах. Познать их, находясь в стороне, невозможно.

   — Бог-император Дюны · книга
2. «

   Разум накладывает на всё некую форму, которую он называет реальностью. Эта произвольная форма совершенно не зависит от того, что подсказывают нам наши чувства.

   Разум накладывает на всё некую форму, которую он называет реальностью. Эта произвольная форма совершенно не зависит от того, что подсказывают нам наши чувства.

   — Бог-император Дюны · книга
3. «

   Если я слабее тебя, то я прошу у тебя свободы, ибо это согласуется с твоими принципами; если же я сильнее тебя, то я отнимаю у тебя свободу, ибо это согласуется с моими принципами.

   Если я слабее тебя, то я прошу у тебя свободы, ибо это согласуется с твоими принципами; если же я сильнее тебя, то я отнимаю у тебя свободу, ибо это согласуется с моими принципами.

   — Дети Дюны · книга
4. «

   Некоторые действия имеют конец, но не имеют начала; некоторые начинаются, но не имеют конца. Все зависит от того, где находится наблюдатель.

   Некоторые действия имеют конец, но не имеют начала; некоторые начинаются, но не имеют конца. Все зависит от того, где находится наблюдатель.

   — Лето Атрейдес II · книга
5. «

   Ива сгибается под ветром, пока не разрастется и не встанет стеной на его пути.

   Ива сгибается под ветром, пока не разрастется и не встанет стеной на его пути.

   — Дюна · книга
6. «

   Ирония часто маскирует неспособность выйти за рамки собственных допущений.

   Ирония часто маскирует неспособность выйти за рамки собственных допущений.

   — Проповедник · книга
7. «

   Учение Муад'Диба стало ристалищем схоластики, суеверий и разврата. Он же учил умеренной жизни, философии, с которой человек мог противостоять тяготам вечно изменчивой вселенной. Человечество, учил Муад'Диб, развивается, и процесс этот не кончится никогда, поскольку зиждется он на изменчивых принципах, известных одной лишь вечности. Но как, скажите вы мне, может развращенный ум пользоваться такой сущностью?

   Учение Муад'Диба стало ристалищем схоластики, суеверий и разврата. Он же учил умеренной жизни, философии, с которой человек мог противостоять тяготам вечно изменчивой вселенной. Человечество, учил Муад'Диб, развивается, и процесс этот не кончится никогда, поскольку зиждется он на изменчивых принципах, известных одной лишь вечности. Но как, скажите вы мне, может развращенный ум пользоваться такой сущностью?

   — Дункан Айдахо · книга
8. «

   Кто умеет подчиниться — тот правит.

   Кто умеет подчиниться — тот правит.

   — Преподобная Мать Гайя-Елена Мохийям · книга
9. «

   Все старые иллюзии со временем умирают.

   Все старые иллюзии со временем умирают.

   — Дети Дюны · книга
10. «

    Философия ножа: обрубая то, что не имеет завершения, ты завершаешь его, ибо оно обретает свой конец.

    Философия ножа: обрубая то, что не имеет завершения, ты завершаешь его, ибо оно обретает свой конец.

    — Дюна · книга
11. «

    Как прочно укоренилось в народе мнение о том, что боги должны быть совершенны. Греки в этом отношении были гораздо более разумны.

    Как прочно укоренилось в народе мнение о том, что боги должны быть совершенны. Греки в этом отношении были гораздо более разумны.

    — Лето Атрейдес II · книга
12. «

    – Горожане прямо рвутся в бой, – признал Стилгар. – Их обиды свежи, и ненависть не затенена ничем, – ответил Пауль. – Вот почему мы используем их как силы первого удара.

    – Горожане прямо рвутся в бой, – признал Стилгар. – Их обиды свежи, и ненависть не затенена ничем, – ответил Пауль. – Вот почему мы используем их как силы первого удара.

    — Дюна · книга
13. «

    Самый верный способ сохранить тайну — это заставить людей поверить, что они знают ответ... В этом случаи люди не станут задавать вопросов.

    Самый верный способ сохранить тайну — это заставить людей поверить, что они знают ответ... В этом случаи люди не станут задавать вопросов.

    — Лето Атрейдес II · книга
14. «

    Молчание – лучшее, что иногда можно сказать.

    Молчание – лучшее, что иногда можно сказать.

    — Капитул Дюны · книга
15. «

    Темнота – это слепое напоминание о давно ушедших временах. Вслушиваясь в неё, мы инстинктивно страшимся услышать вой стаи, охотившейся некогда за нашими предками – так давно, что лишь в самых примитивных наших клетках сохранилась память об этом вое. Во тьме видят уши, видят ноздри…

    Темнота – это слепое напоминание о давно ушедших временах. Вслушиваясь в неё, мы инстинктивно страшимся услышать вой стаи, охотившейся некогда за нашими предками – так давно, что лишь в самых примитивных наших клетках сохранилась память об этом вое. Во тьме видят уши, видят ноздри…

    — Джессика · книга
16. «

    Командир должен всегда казаться уверенным. А вся эта правда — она только для твоих плеч... раз уж тебя угораздило взять на себя ответственность, никогда не показывай её тяжести.

    Командир должен всегда казаться уверенным. А вся эта правда — она только для твоих плеч... раз уж тебя угораздило взять на себя ответственность, никогда не показывай её тяжести.

    — Лето Атрейдес · книга
17. «

    Вселенная изменчива, но самое странное проявление этой изменчивости — мы, люди. Мы отвечаем, как резонаторы, на многие воздействия. Наше будущее нуждается в постоянной корректировке. Но есть барьер, который мы должны снести, и это потребует жестокости, нам придется восстать против наших самых дорогих, самых сокровенных желаний...

    Вселенная изменчива, но самое странное проявление этой изменчивости — мы, люди. Мы отвечаем, как резонаторы, на многие воздействия. Наше будущее нуждается в постоянной корректировке. Но есть барьер, который мы должны снести, и это потребует жестокости, нам придется восстать против наших самых дорогих, самых сокровенных желаний...

    — Лето Атрейдес II · книга
18. «

    Я окуну твоё лицо в то, чего ты так хочешь избежать. Мне не кажется странным, что единственное, во что ты веришь, это в то, что приносит тебе удобство. Как ещё объяснить, что люди постоянно изобретают для себя ловушки, которые повергают их в посредственность? Как ещё определить трусость?

    Я окуну твоё лицо в то, чего ты так хочешь избежать. Мне не кажется странным, что единственное, во что ты веришь, это в то, что приносит тебе удобство. Как ещё объяснить, что люди постоянно изобретают для себя ловушки, которые повергают их в посредственность? Как ещё определить трусость?

    — Дюна · книга
19. «

    Должна была бы существовать наука о недовольстве. Ибо людям нужны трудные времена, тяготы и угнетение, чтобы развивались их душевные силы.

    Должна была бы существовать наука о недовольстве. Ибо людям нужны трудные времена, тяготы и угнетение, чтобы развивались их душевные силы.

    — Пол Атрейдес · книга
20. «

    — Один из самых ужасных моментов в жизни ребёнка, – сказал Пауль, – это миг потрясения – миг, когда он понимает, что между его отцом и матерью существуют отношения, внутрь которых ему доступа нет. Он никогда не сможет разделить с ними эту любовь. Это потеря. Это – первое осознание факта, что мир – это не ты, а то, что окружает тебя, и что ты одинок в нём.

    — Один из самых ужасных моментов в жизни ребёнка, – сказал Пауль, – это миг потрясения – миг, когда он понимает, что между его отцом и матерью существуют отношения, внутрь которых ему доступа нет. Он никогда не сможет разделить с ними эту любовь. Это потеря. Это – первое осознание факта, что мир – это не ты, а то, что окружает тебя, и что ты одинок в нём.

    — Пауль · книга