Фрэнк Герберт: 54 фразы, которые разошлись на цитаты

Подборка из 54 цитаты Фрэнка Герберта: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никогда не води компании с тем, вместе с кем ты не хотел бы умереть.

   Никогда не води компании с тем, вместе с кем ты не хотел бы умереть.

   — Бог-император Дюны · книга
2. «

   Правитель должен научиться убеждать, а не принуждать.

   Правитель должен научиться убеждать, а не принуждать.

   — Дюна · книга
3. «

   Милосердие – это химера. Оно смолкает, когда желудок урчит от голода, когда горло вопиет от жажды.

   Милосердие – это химера. Оно смолкает, когда желудок урчит от голода, когда горло вопиет от жажды.

   — Дюна · книга
4. «

   Настоящие люди почти всегда одиноки.

   Настоящие люди почти всегда одиноки.

   — Дюна · книга
5. «

   Ирония часто маскирует неспособность выйти за рамки собственных допущений.

   Ирония часто маскирует неспособность выйти за рамки собственных допущений.

   — Проповедник · книга
6. «

   Я не боюсь, я не должен бояться. Ибо страх убивает разум. Страх есть малая смерть, влекущая за собой полное уничтожение. Я встречу свой страх и приму его. Я позволю ему пройти надо мной и сквозь меня. И когда он пройдет через меня, я обращу свой внутренний взор на его путь; и там, где был страх, не останется ничего. Останусь лишь я, я сам.

   Я не боюсь, я не должен бояться. Ибо страх убивает разум. Страх есть малая смерть, влекущая за собой полное уничтожение. Я встречу свой страх и приму его. Я позволю ему пройти надо мной и сквозь меня. И когда он пройдет через меня, я обращу свой внутренний взор на его путь; и там, где был страх, не останется ничего. Останусь лишь я, я сам.

   — Пауль Муад’Диб · книга
7. «

   Люди делятся — во всяком-случае, часть их — по тому, как они о тебе думают.

   Люди делятся — во всяком-случае, часть их — по тому, как они о тебе думают.

   — леди Джессика · книга
8. «

   Порой у предрассудков бывают странные корни и еще более странные плоды.

   Порой у предрассудков бывают странные корни и еще более странные плоды.

   — Пол Атрейдес · книга
9. «

   Я окуну твоё лицо в то, чего ты так хочешь избежать. Мне не кажется странным, что единственное, во что ты веришь, это в то, что приносит тебе удобство. Как ещё объяснить, что люди постоянно изобретают для себя ловушки, которые повергают их в посредственность? Как ещё определить трусость?

   Я окуну твоё лицо в то, чего ты так хочешь избежать. Мне не кажется странным, что единственное, во что ты веришь, это в то, что приносит тебе удобство. Как ещё объяснить, что люди постоянно изобретают для себя ловушки, которые повергают их в посредственность? Как ещё определить трусость?

   — Дюна · книга
10. «

    Разум накладывает на всё некую форму, которую он называет реальностью. Эта произвольная форма совершенно не зависит от того, что подсказывают нам наши чувства.

    Разум накладывает на всё некую форму, которую он называет реальностью. Эта произвольная форма совершенно не зависит от того, что подсказывают нам наши чувства.

    — Бог-император Дюны · книга
11. «

    Самый опасный человек это тот, у кого нет эмоций.

    Самый опасный человек это тот, у кого нет эмоций.
12. «

    Философия ножа: обрубая то, что не имеет завершения, ты завершаешь его, ибо оно обретает свой конец.

    Философия ножа: обрубая то, что не имеет завершения, ты завершаешь его, ибо оно обретает свой конец.

    — Дюна · книга
13. «

    Не в настроении?! А при чем тут твое настроение? Сражаются тогда, когда это необходимо, невзирая на настроение! Настроение – это для животных сойдет, или в любви, или в игре на балисете. Но не в сражении!

    Не в настроении?! А при чем тут твое настроение? Сражаются тогда, когда это необходимо, невзирая на настроение! Настроение – это для животных сойдет, или в любви, или в игре на балисете. Но не в сражении!

    — Гурни Халлек · книга
14. «

    Твой первоначальный бескорыстный выбор теперь наполняет тебя эгоизмом.

    Твой первоначальный бескорыстный выбор теперь наполняет тебя эгоизмом.

    — Бог-император Дюны · книга
15. «

    Чернота цельна, даже если кипит ужасом. Свет же многолик. Ночь страшна запахами и летучими неуловимыми звуками. Измерения в ночи распадаются, всё становится преувеличением — шипы более колючими, листья — острее. Но ужас дня может быть намного хуже.

    Чернота цельна, даже если кипит ужасом. Свет же многолик. Ночь страшна запахами и летучими неуловимыми звуками. Измерения в ночи распадаются, всё становится преувеличением — шипы более колючими, листья — острее. Но ужас дня может быть намного хуже.

    — Дети Дюны · книга
16. «

    Высокомерие годится только на то, чтобы возвести крепостную стену, за которой прячутся сомнения и страх.

    Высокомерие годится только на то, чтобы возвести крепостную стену, за которой прячутся сомнения и страх.

    — Бене Джессерит · книга
17. «

    Ива сгибается под ветром, пока не разрастется и не встанет стеной на его пути.

    Ива сгибается под ветром, пока не разрастется и не встанет стеной на его пути.

    — Дюна · книга
18. «

    Был он воин и мистик, чудовище и святой, лис и сама воплощённая невинность, меньше, чем бог, но больше, чем человек.

    Был он воин и мистик, чудовище и святой, лис и сама воплощённая невинность, меньше, чем бог, но больше, чем человек.

    — Ирулан · книга
19. «

    Отчаявшиеся люди бывают всего опаснее.

    Отчаявшиеся люди бывают всего опаснее.

    — Дюна · книга
20. «

    Двигайся, не торопясь, и день твоего мщения придёт.

    Двигайся, не торопясь, и день твоего мщения придёт.

    — Туек · книга