296 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральда, которые цепляют

Ниже 296 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Каждый может начать с чистого листа. <...> Кто угодно. Нужно лишь принять решение стать чуточку лучше — это на удивление просто и на удивление действенно.

   Каждый может начать с чистого листа. <...> Кто угодно. Нужно лишь принять решение стать чуточку лучше — это на удивление просто и на удивление действенно.

   — Успешное покорение мира · книга
2. «

   Мне казалось, вы человек прямой и честный. Мне казалось, что в этом ваша тайная гордость.

   Мне казалось, вы человек прямой и честный. Мне казалось, что в этом ваша тайная гордость.

   — Джордан Бейкер · книга
3. «

   Как проигравший, я знаю, что говорю.

   Как проигравший, я знаю, что говорю.
4. «

   Я всегда считал, что лучше быть провинциальной острой подливкой, чем жидким столичным супчиком.

   Я всегда считал, что лучше быть провинциальной острой подливкой, чем жидким столичным супчиком.

   — Эймори · книга
5. «

   Февраль отвердел, отлитый в форме глубокой, торжественной, бесконечной зимы...

   Февраль отвердел, отлитый в форме глубокой, торжественной, бесконечной зимы...

   — Отпущение грехов · книга
6. «

   Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

   Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

   — Ник · книга
7. «

   Если один кирпич вынут, может обвалиться все здание.

   Если один кирпич вынут, может обвалиться все здание.

   — Великий Гэтсби · книга
8. «

   Ненавижу людей, которые корчат из себя аристократов, не имея возможности создать хотя бы видимость аристократизма.

   Ненавижу людей, которые корчат из себя аристократов, не имея возможности создать хотя бы видимость аристократизма.

   — Прекрасные и проклятые · книга
9. «

   Поцелуй, он и есть поцелуй, он для того и существует, чтоб получить максимум удовольствия в кратчайший срок.

   Поцелуй, он и есть поцелуй, он для того и существует, чтоб получить максимум удовольствия в кратчайший срок.

   — Прекрасные и проклятые · книга
10. «

    Внешне все некоторое время остается по-старому после того, как внутри пойдет трещина.

    Внешне все некоторое время остается по-старому после того, как внутри пойдет трещина.

    — Ричард Дайвер · книга
11. «

    Красавицы девятнадцати и двадцати девяти лет одинаково уверены в собственной силе, тогда как в десятилетие, разделяющее эти два возраста, требовательность женского естества мешает женщине ощущать себя центром вселенной. Дерзкая уверенность девятнадцатилетних сродни петушиному задору кадет; двадцатидевятилетние в этом смысле скорей напоминают боксеров после выигранного боя. Но если девчонка девятнадцати лет попросту избалована переизбытком внимания, женщина двадцати девяти черпает свою уверенность из источников, более утончённых. Томимая желанием, она умело выбирает аперитивы; удовлетворённая, смакует, точно деликатес, сознание своей власти. К счастью, ни в том, ни в другом случае она не задумывается о будущих годах, когда её внутреннее чутьё всё чаще станет мутиться тревогой, страшно будет останавливаться и страшно идти вперёд. Но девятнадцать и двадцать девять — это лестничные площадки, где можно спокойно повременить, не ожидая опасности ни снизу, ни сверху.

    Красавицы девятнадцати и двадцати девяти лет одинаково уверены в собственной силе, тогда как в десятилетие, разделяющее эти два возраста, требовательность женского естества мешает женщине ощущать себя центром вселенной. Дерзкая уверенность девятнадцатилетних сродни петушиному задору кадет; двадцатидевятилетние в этом смысле скорей напоминают боксеров после выигранного боя. Но если девчонка девятнадцати лет попросту избалована переизбытком внимания, женщина двадцати девяти черпает свою уверенность из источников, более утончённых. Томимая желанием, она умело выбирает аперитивы; удовлетворённая, смакует, точно деликатес, сознание своей власти. К счастью, ни в том, ни в другом случае она не задумывается о будущих годах, когда её внутреннее чутьё всё чаще станет мутиться тревогой, страшно будет останавливаться и страшно идти вперёд. Но девятнадцать и двадцать девять — это лестничные площадки, где можно спокойно повременить, не ожидая опасности ни снизу, ни сверху.

    — Ночь нежна · книга
12. «

    За сердечным сочувствием к чужому счастью он скрывал, что в собственное счастье уже не верит.

    За сердечным сочувствием к чужому счастью он скрывал, что в собственное счастье уже не верит.

    — Молодой богач · книга
13. «

    Это не корпорация — просто «Розалинда, компания с неограниченной ответственностью». Пятьдесят один процентов акций, имя, стоимость фирмы и всё прочее оценивается в двадцать пять тысяч годового дохода.

    Это не корпорация — просто «Розалинда, компания с неограниченной ответственностью». Пятьдесят один процентов акций, имя, стоимость фирмы и всё прочее оценивается в двадцать пять тысяч годового дохода.

    — Розалинда · книга
14. «

    Дик считал, что если ребенок приучен молчать, это развивает в нем наблюдательность.

    Дик считал, что если ребенок приучен молчать, это развивает в нем наблюдательность.

    — Ночь нежна · книга
15. «

    Вот вам писатель во всей красе. Знает все, не зная ничего.

    Вот вам писатель во всей красе. Знает все, не зная ничего.

    — Мистер Шварц · книга
16. «

    Это было очень легко — ведь то, что умерло, уже никогда не разочарует нас.

    Это было очень легко — ведь то, что умерло, уже никогда не разочарует нас.

    — Салли Кэррол Хэппер · книга
17. «

    Людям всегда кажется, что их дети чище других и, если даже они болеют, от них нельзя заразиться.

    Людям всегда кажется, что их дети чище других и, если даже они болеют, от них нельзя заразиться.

    — Дик Дайвер · книга
18. «

    Я влюблен во всякую перемену и убил в себе совесть.

    Я влюблен во всякую перемену и убил в себе совесть.

    — По эту сторону рая · книга
19. «

    ...и снова стать самым узким из всех специалистов — так называемым человеком широкого кругозора.

    ...и снова стать самым узким из всех специалистов — так называемым человеком широкого кругозора.

    — Ник Каррауэй · книга
20. «

    Все великие артисты обязаны своей славой своему умению пародировать естественные человеческие чувства — страх, жалость, любовь.

    Все великие артисты обязаны своей славой своему умению пародировать естественные человеческие чувства — страх, жалость, любовь.

    — Ночь нежна · книга