Фрэнсис Скотт Фицджеральд: 477 высказываний о главном

Ниже 477 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Дика прежде всего интересовали люди: кроме людей, он замечал разве что погоду, города запоминались разве что тогда, когда их окрашивали связанные с ними события.

   Дика прежде всего интересовали люди: кроме людей, он замечал разве что погоду, города запоминались разве что тогда, когда их окрашивали связанные с ними события.

   — Ночь нежна · книга
2. «

   В их глазах Стар был могущественнее короля: тот мог сделать королевой лишь одну, а этот — многих.

   В их глазах Стар был могущественнее короля: тот мог сделать королевой лишь одну, а этот — многих.

   — Сесилия Брейди · книга
3. «

   ...такова роль мужчины: фундамент и идея, контрфорс и логарифм.

   ...такова роль мужчины: фундамент и идея, контрфорс и логарифм.

   — Ночь нежна · книга
4. «

   Привычка потакать своим слабостям — вот где корень зла.

   Привычка потакать своим слабостям — вот где корень зла.

   — Мэри Норт · книга
5. «

   ..бывают такие ничем не примечательные часы или дни, которые воспринимаешь просто как переход от вчерашней радости к завтрашней, а оказывается, в них-то самая радость и была.

   ..бывают такие ничем не примечательные часы или дни, которые воспринимаешь просто как переход от вчерашней радости к завтрашней, а оказывается, в них-то самая радость и была.

   — Ночь нежна · книга
6. «

   На то мы и разные люди... Ты ведёшь себя по-твоему, а я по-моему.

   На то мы и разные люди... Ты ведёшь себя по-твоему, а я по-моему.

   — Новые мелодии печальных оркестров · книга
7. «

   Ты хоть и девушка, но стоишь в жизни на собственных ногах, и в этом смысле все равно что мужчина.

   Ты хоть и девушка, но стоишь в жизни на собственных ногах, и в этом смысле все равно что мужчина.

   — Ночь нежна · книга
8. «

   Я арабский шейх, Люблю тебя больше всех. Я примчусь к тебе во сне На быстроногом скакуне.

   Я арабский шейх, Люблю тебя больше всех. Я примчусь к тебе во сне На быстроногом скакуне.

   — Великий Гэтсби · книга
9. «

   Он был влюблен сейчас во всех красивых женщин, которых встречал, в их силуэты, темнеющие вдали, в их тени на стенах.

   Он был влюблен сейчас во всех красивых женщин, которых встречал, в их силуэты, темнеющие вдали, в их тени на стенах.

   — Ночь нежна · книга
10. «

    Вся жизнь — это движение к одной-единственной фразе: «Я тебя люблю» — и обратно.

    Вся жизнь — это движение к одной-единственной фразе: «Я тебя люблю» — и обратно.

    — Ардита · книга
11. «

    — А я не буду мёрзнуть, Гарри? — спросила она — Конечно нет. Нос у тебя, может, и замёрзнет, но чтобы зуб на зуб не попадал — это нет. Мороз у нас крепкий, сухой. — Я, наверное, тепличное растение. Мне никогда не нравился холод. С минуту они шли молча. — Салли Кэрол, — спросил он, медленно выговаривая слова, — что ты скажешь насчёт... марта? — Скажу, что я тебя люблю. — Значит, в марте? — В марте, Гарри.

    — А я не буду мёрзнуть, Гарри? — спросила она — Конечно нет. Нос у тебя, может, и замёрзнет, но чтобы зуб на зуб не попадал — это нет. Мороз у нас крепкий, сухой. — Я, наверное, тепличное растение. Мне никогда не нравился холод. С минуту они шли молча. — Салли Кэрол, — спросил он, медленно выговаривая слова, — что ты скажешь насчёт... марта? — Скажу, что я тебя люблю. — Значит, в марте? — В марте, Гарри.

    — Ледяной дворец · книга
12. «

    В мозгу вертелись классические фразы вроде: эта сторона жизни для него больше, увы, не существует. Но когда мужчина произносит нечто подобное, это означает, как правило, что сам он, увы, перестал существовать в глазах какой-то женщины.

    В мозгу вертелись классические фразы вроде: эта сторона жизни для него больше, увы, не существует. Но когда мужчина произносит нечто подобное, это означает, как правило, что сам он, увы, перестал существовать в глазах какой-то женщины.

    — Издержки хорошего воспитания · книга
13. «

    По мне, жизнь — это ряд сверкающих огнями магазинов, перед каждым стоит торговец, потирает себе руки и говорит: «Будьте у меня постоянным клиентом. Мой универмаг — лучший в мире». Я вхожу, при мне кошелёк, набитый красотой, деньгами и молодостью, все мне по карману. «Чем вы торгуете?» — спрашиваю я, а он, потирая руки, отвечает: «Сегодня, мадемуазель, у нас имеется запас первосо-о-ортнейшей любви». Иной раз у него даже нет любви в ассортименте, но, услышав, сколько у меня денег на покупки, он за нею посылает. Что-что, а любовь всегда к моим услугам, причем бесплатно. В этом мой единственный выигрыш.

    По мне, жизнь — это ряд сверкающих огнями магазинов, перед каждым стоит торговец, потирает себе руки и говорит: «Будьте у меня постоянным клиентом. Мой универмаг — лучший в мире». Я вхожу, при мне кошелёк, набитый красотой, деньгами и молодостью, все мне по карману. «Чем вы торгуете?» — спрашиваю я, а он, потирая руки, отвечает: «Сегодня, мадемуазель, у нас имеется запас первосо-о-ортнейшей любви». Иной раз у него даже нет любви в ассортименте, но, услышав, сколько у меня денег на покупки, он за нею посылает. Что-что, а любовь всегда к моим услугам, причем бесплатно. В этом мой единственный выигрыш.

    — Форс Мартин-Джонс и пр-нц Уэ-ский · книга
14. «

    — Весна, Чарли. — Очередная. — Нет, просто весна. «Очередная» — это значит, что ты старишься.

    — Весна, Чарли. — Очередная. — Нет, просто весна. «Очередная» — это значит, что ты старишься.

    — Даймонд Дик · книга
15. «

    Я знаю, что настоящего таланта у меня нет. Но если я буду писать книгу за книгой, может быть, однажды и напишу что-нибудь стоящее.

    Я знаю, что настоящего таланта у меня нет. Но если я буду писать книгу за книгой, может быть, однажды и напишу что-нибудь стоящее.

    — Элберт Маккиско · книга
16. «

    Я хочу жить там, где каждый делает своё дело и каждого можно послать подальше.

    Я хочу жить там, где каждый делает своё дело и каждого можно послать подальше.

    — По эту сторону рая · книга
17. «

    Жестокость не в счет, когда речь идет о самосохранении.

    Жестокость не в счет, когда речь идет о самосохранении.

    — Алмазная гора · книга
18. «

    Ранними утрами слова — бесцветнейшие ярлыки.

    Ранними утрами слова — бесцветнейшие ярлыки.

    — Последний магнат · книга
19. «

    Если так, то, наверное, он чувствовал, что старый уютный мир навсегда для него потерян, что он дорогой ценой заплатил за слишком долгую верность одной мечте. Наверное, подняв глаза, он встречал незнакомое небо, просвечивающее сквозь грозную листву, и, содрогаясь, дивился тому, как нелепо устроена роза и как резок свет солнца на кое-как сотворённой траве. То был новый мир, вещественный, но не реальный, и жалкие призраки, дышащие мечтами, бесцельно скитались в нём... как та шёлково-серая фантастическая фигура, что медленно надвигается из-за бесформенных деревьев.

    Если так, то, наверное, он чувствовал, что старый уютный мир навсегда для него потерян, что он дорогой ценой заплатил за слишком долгую верность одной мечте. Наверное, подняв глаза, он встречал незнакомое небо, просвечивающее сквозь грозную листву, и, содрогаясь, дивился тому, как нелепо устроена роза и как резок свет солнца на кое-как сотворённой траве. То был новый мир, вещественный, но не реальный, и жалкие призраки, дышащие мечтами, бесцельно скитались в нём... как та шёлково-серая фантастическая фигура, что медленно надвигается из-за бесформенных деревьев.

    — Великий Гэтсби · книга
20. «

    Ведь грезится, вертится, что слились в одно, а очнёшься — по-прежнему двое.

    Ведь грезится, вертится, что слились в одно, а очнёшься — по-прежнему двое.

    — Последний магнат · книга