Топ-501 цитата Фрэнсиса Скотта Фицджеральда

Ниже 501 цитата Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Он очень много пил и целую неделю притворялся, будто влюблён в неё. Потом он внезапно её бросил и позабыл, чем незамедлительно покорил её сердце.

   Он очень много пил и целую неделю притворялся, будто влюблён в неё. Потом он внезапно её бросил и позабыл, чем незамедлительно покорил её сердце.

   — Молодой богач · книга
2. «

   У лета нет своего праздника, — сказала она. Летняя любовь не для нас.

   У лета нет своего праздника, — сказала она. Летняя любовь не для нас.

   — Элионор · книга
3. «

   В глубине души он был уверен, что эти люди ему в подметки не годятся, и не мог смириться с мыслью, что они этого не знают.

   В глубине души он был уверен, что эти люди ему в подметки не годятся, и не мог смириться с мыслью, что они этого не знают.

   — Успешное покорение мира · книга
4. «

   Дик долго еще сидел в большой комнате с роялем посередине и слушал жужжание электрических часов — слушал, как движется время.

   Дик долго еще сидел в большой комнате с роялем посередине и слушал жужжание электрических часов — слушал, как движется время.

   — Ночь нежна · книга
5. «

   Любой алмаз кажется большим, пока не отшлифован.

   Любой алмаз кажется большим, пока не отшлифован.

   — Эмори · книга
6. «

   Моя смелость — это вера: вера в собственную стойкость... в то, что радость вернётся, что будет ещё надежда, искренность... А пока этого не произошло, мне думается, надо сжать губы, вздёрнуть подбородок, широко раскрыть глаза — и обойтись без глупых улыбок. Я ведь много раз обжигалась и не ныла, хотя женщины обжигаются куда больнее, чем мужчины.

   Моя смелость — это вера: вера в собственную стойкость... в то, что радость вернётся, что будет ещё надежда, искренность... А пока этого не произошло, мне думается, надо сжать губы, вздёрнуть подбородок, широко раскрыть глаза — и обойтись без глупых улыбок. Я ведь много раз обжигалась и не ныла, хотя женщины обжигаются куда больнее, чем мужчины.

   — Ардита Фарнэм · книга
7. «

   Всегда в трагедии есть эта нелепость, эта грязь...все так никчемно, бессмысленно...так умирают животные.

   Всегда в трагедии есть эта нелепость, эта грязь...все так никчемно, бессмысленно...так умирают животные.

   — По эту сторону рая · книга
8. «

   Несколько студентов, видевших её мельком, утверждали, что «малышка недурна, — стоит посмотреть, что из неё получится». Но по её рассказам выходило, что она участвовала в оргиях, способных поразить даже какого-нибудь австрийского барона. Такова сила юного контральто, воркующего на низком широком диване.

   Несколько студентов, видевших её мельком, утверждали, что «малышка недурна, — стоит посмотреть, что из неё получится». Но по её рассказам выходило, что она участвовала в оргиях, способных поразить даже какого-нибудь австрийского барона. Такова сила юного контральто, воркующего на низком широком диване.

   — По эту сторону рая · книга
9. «

   Если бы нам только научиться распознавать зло как таковое, независимо от того, рядится ли оно в грязь, в скуку или в пышность...

   Если бы нам только научиться распознавать зло как таковое, независимо от того, рядится ли оно в грязь, в скуку или в пышность...

   — По эту сторону рая · книга
10. «

    Всегда очень тягостно новыми глазами увидеть то, с чем успел так или иначе сжиться.

    Всегда очень тягостно новыми глазами увидеть то, с чем успел так или иначе сжиться.

    — Великий Гэтсби · книга
11. «

    ... религиозность под влиянием катастрофы никакой ценности не представляет и в лучшем случае недолговечна.

    ... религиозность под влиянием катастрофы никакой ценности не представляет и в лучшем случае недолговечна.

    — По эту сторону рая · книга
12. «

    По мне, жизнь — это ряд сверкающих огнями магазинов, перед каждым стоит торговец, потирает себе руки и говорит: «Будьте у меня постоянным клиентом. Мой универмаг — лучший в мире». Я вхожу, при мне кошелёк, набитый красотой, деньгами и молодостью, все мне по карману. «Чем вы торгуете?» — спрашиваю я, а он, потирая руки, отвечает: «Сегодня, мадемуазель, у нас имеется запас первосо-о-ортнейшей любви». Иной раз у него даже нет любви в ассортименте, но, услышав, сколько у меня денег на покупки, он за нею посылает. Что-что, а любовь всегда к моим услугам, причем бесплатно. В этом мой единственный выигрыш.

    По мне, жизнь — это ряд сверкающих огнями магазинов, перед каждым стоит торговец, потирает себе руки и говорит: «Будьте у меня постоянным клиентом. Мой универмаг — лучший в мире». Я вхожу, при мне кошелёк, набитый красотой, деньгами и молодостью, все мне по карману. «Чем вы торгуете?» — спрашиваю я, а он, потирая руки, отвечает: «Сегодня, мадемуазель, у нас имеется запас первосо-о-ортнейшей любви». Иной раз у него даже нет любви в ассортименте, но, услышав, сколько у меня денег на покупки, он за нею посылает. Что-что, а любовь всегда к моим услугам, причем бесплатно. В этом мой единственный выигрыш.

    — Форс Мартин-Джонс и пр-нц Уэ-ский · книга
13. «

    Благородство натуры, смелость и решительность помогли ей устоять против царящей в мире пошлости.

    Благородство натуры, смелость и решительность помогли ей устоять против царящей в мире пошлости.

    — Ночь нежна · книга
14. «

    Дик высунулся из окошка, но никого не увидел; судя по мелодии, это было религиозное песнопение, и ему, в его душевной опустошённости и усталости, захотелось, чтобы поющие помолились и за него — но о чём, он не знал, разве только о том, чтобы не затопила его с каждым днём нарастающая тоска.

    Дик высунулся из окошка, но никого не увидел; судя по мелодии, это было религиозное песнопение, и ему, в его душевной опустошённости и усталости, захотелось, чтобы поющие помолились и за него — но о чём, он не знал, разве только о том, чтобы не затопила его с каждым днём нарастающая тоска.

    — Дик Дайвер · книга
15. «

    ...если уж воевать, так за тех, на чьей стороне правда.

    ...если уж воевать, так за тех, на чьей стороне правда.

    — Элберт Маккиско · книга
16. «

    Актрисе естественная реакция противопоказана.

    Актрисе естественная реакция противопоказана.

    — Николь Дайвер · книга
17. «

    И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости. Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски. — Может, кто-нибудь все-таки выпьет? Джордан?… Ник? Я молчал. Он окликнул еще раз: — Ник? — Что? — Может, выпьешь? — Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.

    И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости. Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски. — Может, кто-нибудь все-таки выпьет? Джордан?… Ник? Я молчал. Он окликнул еще раз: — Ник? — Что? — Может, выпьешь? — Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.

    — Том Бьюкенен · книга
18. «

    Классической... можно считать любую пользующуюся успехом книгу, которая будет вызывать интерес следующей эпохи или поколения. Тогда она уже незыблема, как стиль в архитектуре или мебели. Взамен просто модности она приобретает художественную ценность...

    Классической... можно считать любую пользующуюся успехом книгу, которая будет вызывать интерес следующей эпохи или поколения. Тогда она уже незыблема, как стиль в архитектуре или мебели. Взамен просто модности она приобретает художественную ценность...

    — Прекрасные и проклятые · книга
19. «

    Близость между людьми устанавливается и крепнет следующим образом. Сначала каждый представляет себя в самом выгодном свете, создаёт яркий, законченный портрет, приукрашенный ложью с долей юмора. Потом понадобятся подробности, и создаётся второй, а затем и третий портрет. Очень скоро самые лучшие черты стираются, и сквозь них проступает тщательно скрываемая тайна. Плоскостные проекции картин перемешиваются, окончательно разоблачая нас, и хотя мы продолжаем вносить поправки, продать такой потрет уже нельзя. Приходится тешить себя надеждой, что дурацкий и пустой образ самих себя, который мы предлагаем нашим жёнам, детям и коллегам по бизнесу, люди примут за правду.

    Близость между людьми устанавливается и крепнет следующим образом. Сначала каждый представляет себя в самом выгодном свете, создаёт яркий, законченный портрет, приукрашенный ложью с долей юмора. Потом понадобятся подробности, и создаётся второй, а затем и третий портрет. Очень скоро самые лучшие черты стираются, и сквозь них проступает тщательно скрываемая тайна. Плоскостные проекции картин перемешиваются, окончательно разоблачая нас, и хотя мы продолжаем вносить поправки, продать такой потрет уже нельзя. Приходится тешить себя надеждой, что дурацкий и пустой образ самих себя, который мы предлагаем нашим жёнам, детям и коллегам по бизнесу, люди примут за правду.

    — Прекрасные и проклятые · книга
20. «

    Я не люблю сентиментального угасания – умирать, так с музыкой.

    Я не люблю сентиментального угасания – умирать, так с музыкой.

    — Ночь нежна · книга