Что говорил Фридрих Шиллер: 397 цитат

Подборка из 397 цитат Фридриха Шиллера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Что мне делать с этими людьми, если все их душевные движения так же размеренны, как ход часовой стрелки? Что за интерес спрашивать их о чем-нибудь, раз я знаю заранее, что они ответят? Что за интерес обмениваться с ними впечатлениями, раз у них не хватает смелости иметь свое мнение?..

   Что мне делать с этими людьми, если все их душевные движения так же размеренны, как ход часовой стрелки? Что за интерес спрашивать их о чем-нибудь, раз я знаю заранее, что они ответят? Что за интерес обмениваться с ними впечатлениями, раз у них не хватает смелости иметь свое мнение?..

   — Леди Мильфорд · книга
2. «

   Любовь дарит навсегда, эгоизм даёт лишь в долг.

   Любовь дарит навсегда, эгоизм даёт лишь в долг.
3. «

   И я на свет в Аркадии родился, И я, как все кругом, Лишь в колыбели счастьем насладился; И я на свет в Аркадии родился, Но сколько слез пролил потом.

   И я на свет в Аркадии родился, И я, как все кругом, Лишь в колыбели счастьем насладился; И я на свет в Аркадии родился, Но сколько слез пролил потом.
4. «

   Ты наивысшего ищешь? Учись у растений. Пусть разум Дает овладеть тебе тем, что им природой дано.

   Ты наивысшего ищешь? Учись у растений. Пусть разум Дает овладеть тебе тем, что им природой дано.
5. «

   Я знаю отлично: на вечность уповает лишь тот, кому не повезло здесь, на земле.

   Я знаю отлично: на вечность уповает лишь тот, кому не повезло здесь, на земле.

   — Франц · книга
6. «

   Подумайте, как бренно все земное! Есть божества, казнящие гордыню!

   Подумайте, как бренно все земное! Есть божества, казнящие гордыню!

   — Мария Стюарт · книга
7. «

   Для чего мне вся эта публика? Для декорации?... Когда у меня срывается невзначай теплое, искреннее слово, эти жалкие, дрянные людишки таращат глаза и разевают рты, как будто перед ними привидение. Такими марионетками мне легче управлять, чем вязальными спицами. Что мне делать с этими людьми, если все их душевные движения так же размеренны, как ход часовой стрелки? Что за интерес спрашивать их о чем-нибудь, раз я знаю заранее, что они мне ответят? Что за интерес обмениваться с ними впечатлениями, раз у них не хватает смелости иметь свое мнение?..

   Для чего мне вся эта публика? Для декорации?... Когда у меня срывается невзначай теплое, искреннее слово, эти жалкие, дрянные людишки таращат глаза и разевают рты, как будто перед ними привидение. Такими марионетками мне легче управлять, чем вязальными спицами. Что мне делать с этими людьми, если все их душевные движения так же размеренны, как ход часовой стрелки? Что за интерес спрашивать их о чем-нибудь, раз я знаю заранее, что они мне ответят? Что за интерес обмениваться с ними впечатлениями, раз у них не хватает смелости иметь свое мнение?..

   — Коварство и любовь · книга
8. «

   Игра серьезных и смешных личин Которой вы дарили благосклонно И сердце чуткое, и взор, и слух, Нас в этом зале вновь соединила. И гляньте — молодеет старый зал. Он в светлый храм преображен искусством, От благородных мраморных колонн Высокий дух гармонии взывает, Торжественные чувства в нас будя.

   Игра серьезных и смешных личин Которой вы дарили благосклонно И сердце чуткое, и взор, и слух, Нас в этом зале вновь соединила. И гляньте — молодеет старый зал. Он в светлый храм преображен искусством, От благородных мраморных колонн Высокий дух гармонии взывает, Торжественные чувства в нас будя.

   — Валленштейн · книга
9. «

   Вломился в нашу жизнь разнузданный гигант - Дух выспренний, жены моей талант, - Как домик карточный, мое разрушив счастье. С кем я теперь? Плачевнейший подмен! Блаженство превратилось в тлен! Где прежний ангел мой? Отныне в теле слабом Царит высокий дух... Так кто ж она? Погибла для любви, для власти не годна, Мужчиной не назвать и не причислить к бабам, - Дитя с оружьем великана, Не разбери-поймешь: мудрец иль обезьяна! Презрев очаг семьи, стремится в эмпиреи, Ей чары собственные больше не милы, С престола свергнута в пучину книжной мглы, Она завянет в ней, безвременно старея, Изъята навсегда из списка Цитереи, И все — за десять строк газетной похвалы!

   Вломился в нашу жизнь разнузданный гигант - Дух выспренний, жены моей талант, - Как домик карточный, мое разрушив счастье. С кем я теперь? Плачевнейший подмен! Блаженство превратилось в тлен! Где прежний ангел мой? Отныне в теле слабом Царит высокий дух... Так кто ж она? Погибла для любви, для власти не годна, Мужчиной не назвать и не причислить к бабам, - Дитя с оружьем великана, Не разбери-поймешь: мудрец иль обезьяна! Презрев очаг семьи, стремится в эмпиреи, Ей чары собственные больше не милы, С престола свергнута в пучину книжной мглы, Она завянет в ней, безвременно старея, Изъята навсегда из списка Цитереи, И все — за десять строк газетной похвалы!
10. «

    Есть такие духи - Они порой в груди, не защищенной От темных чар, пристанище находят, На страшные толкают нас дела И, в ад сойдя, отчаянье в сердцах Запятнанных и ужас оставляют.

    Есть такие духи - Они порой в груди, не защищенной От темных чар, пристанище находят, На страшные толкают нас дела И, в ад сойдя, отчаянье в сердцах Запятнанных и ужас оставляют.

    — Анна Кеннеди · книга
11. «

    Кто, на суд явясь кровавый, Славно пал за отчий дом, Тот, почтенный и врагом, Будет жить в преданьях славы.

    Кто, на суд явясь кровавый, Славно пал за отчий дом, Тот, почтенный и врагом, Будет жить в преданьях славы.
12. «

    Где существо, которое себя Не защищало б всей своею силой? К каким прибегнуть средствам не велит Необходимость личной обороны?

    Где существо, которое себя Не защищало б всей своею силой? К каким прибегнуть средствам не велит Необходимость личной обороны?

    — Графиня Терцкая · книга
13. «

    Великие души переносят страдания молча.

    Великие души переносят страдания молча.
14. «

    Посмотри, Лаура, тьму страданий Озаряет радостью любовь, Холоду отчаянья враждебна, Льет надежду пламенную в кровь.

    Посмотри, Лаура, тьму страданий Озаряет радостью любовь, Холоду отчаянья враждебна, Льет надежду пламенную в кровь.
15. «

    Не подсунул ли тебе твой гувернер историю Робин Гуда, — таких неосмотрительных мерзавцев следовало бы ссылать на галеры.

    Не подсунул ли тебе твой гувернер историю Робин Гуда, — таких неосмотрительных мерзавцев следовало бы ссылать на галеры.

    — Максимилиан граф фон Моор · книга
16. «

    Лишь тот для будущего жил, кто много Свершил для современников своих

    Лишь тот для будущего жил, кто много Свершил для современников своих

    — Валленштейн · книга
17. «

    Кто ничего не боится — не менее силен, чем тот, кого боятся все.

    Кто ничего не боится — не менее силен, чем тот, кого боятся все.

    — Франц · книга
18. «

    Может быть, вам кажется, что вы вечно будете молоды? Бедняжка, кто тебе это внушил? Кто бы он ни был, он посмеялся над тобой и над собой. Румянцу недолго рдеть на этих щеках. То, что представляется тебе в зеркале прочным и нерушимым, есть лишь тонкая золотистая пыльца, и рано или поздно она пристанет к рукам твоего поклонника.

    Может быть, вам кажется, что вы вечно будете молоды? Бедняжка, кто тебе это внушил? Кто бы он ни был, он посмеялся над тобой и над собой. Румянцу недолго рдеть на этих щеках. То, что представляется тебе в зеркале прочным и нерушимым, есть лишь тонкая золотистая пыльца, и рано или поздно она пристанет к рукам твоего поклонника.

    — Леди Мильфорд · книга
19. «

    Но разве Оправдывает цель дурные средства?

    Но разве Оправдывает цель дурные средства?

    — королева Елизавета Валуа · книга
20. «

    Только доведенный до отчаяния игрок ставит все на одну карту.

    Только доведенный до отчаяния игрок ставит все на одну карту.

    — Коварство и любовь · книга