189 известных цитат Фридриха Вильгельма Ницше

Ниже 189 цитат Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я смеюсь над всяким, кто неспособен посмеяться над собой.

   Я смеюсь над всяким, кто неспособен посмеяться над собой.
2. «

   Я научился ходить: с тех пор я позволяю себе бегать. Я научился летать: с тех пор я не жду толчка, чтобы сдвинуться с места. Теперь я легок, теперь я летаю, теперь я вижу себя под собой, теперь Бог танцует во мне.

   Я научился ходить: с тех пор я позволяю себе бегать. Я научился летать: с тех пор я не жду толчка, чтобы сдвинуться с места. Теперь я легок, теперь я летаю, теперь я вижу себя под собой, теперь Бог танцует во мне.

   — Заратустра · книга
3. «

   В мщении и любви женщина более варвар, чем мужчина.

   В мщении и любви женщина более варвар, чем мужчина.

   — По ту сторону добра и зла · книга
4. «

   Только человек сопротивляется направлению гравитации: ему постоянно хочется падать вверх.

   Только человек сопротивляется направлению гравитации: ему постоянно хочется падать вверх.
5. «

   Человечество является скорее средством, а не целью. Человечество является просто подопытным материалом.

   Человечество является скорее средством, а не целью. Человечество является просто подопытным материалом.
6. «

   Иному ты должен подать не руку, а только лапу – и я хочу, чтобы у твоей лапы были когти.

   Иному ты должен подать не руку, а только лапу – и я хочу, чтобы у твоей лапы были когти.

   — Так говорил Заратустра · книга
7. «

   О жизни во все времена все мудрейшие люди, без исключения, судили одинаково: они говорили, что она никуда не годится... Всегда и повсюду из уст слышалась одна и та же жалоба, она звучала отчаянием, скорбью, усталостью от жизни, несогласием с жизнью.

   О жизни во все времена все мудрейшие люди, без исключения, судили одинаково: они говорили, что она никуда не годится... Всегда и повсюду из уст слышалась одна и та же жалоба, она звучала отчаянием, скорбью, усталостью от жизни, несогласием с жизнью.

   — Падение кумиров · книга
8. «

   Испытывал ли я когда-нибудь угрызения совести? Память моя хранит на этот счет молчание.

   Испытывал ли я когда-нибудь угрызения совести? Память моя хранит на этот счет молчание.
9. «

   Как я люблю живое слово! Оно, как мир, старо и ново, Оно встречает нас кивком, Оно пронзает нас клинком И, даже отступаясь в грязь, Нас веселит, развеселясь.

   Как я люблю живое слово! Оно, как мир, старо и ново, Оно встречает нас кивком, Оно пронзает нас клинком И, даже отступаясь в грязь, Нас веселит, развеселясь.
10. «

    Очевидно, только моя голова неправильно посажена мне на плечи, потому что все другие гораздо лучше знают, что мне нужно делать и чего избегать. Только сам я, жалкий безумец, не могу ничего посоветовать себе! Не похожи ли мы все на статуи, которым приставили чужие головы?

    Очевидно, только моя голова неправильно посажена мне на плечи, потому что все другие гораздо лучше знают, что мне нужно делать и чего избегать. Только сам я, жалкий безумец, не могу ничего посоветовать себе! Не похожи ли мы все на статуи, которым приставили чужие головы?
11. «

    Мы охладеваем к тому, что познали, как только делимся этим с другими.

    Мы охладеваем к тому, что познали, как только делимся этим с другими.

    — По ту сторону добра и зла · книга
12. «

    Лучше ничего не знать, чем знать многое наполовину! Лучше быть глупцом на свой риск, чем мудрецом на основании чужих мнений.

    Лучше ничего не знать, чем знать многое наполовину! Лучше быть глупцом на свой риск, чем мудрецом на основании чужих мнений.

    — Так говорил Заратустра · книга
13. «

    К счастью стремятся только англичане, женщины, коровы и социал-демократы.

    К счастью стремятся только англичане, женщины, коровы и социал-демократы.

    — Сумерки идолов, или Как философствуют молотом · книга
14. «

    Начинаешь с того, что отучиваешься любить других, и кончаешь тем, что не находишь больше в себе ничего достойного любви.

    Начинаешь с того, что отучиваешься любить других, и кончаешь тем, что не находишь больше в себе ничего достойного любви.
15. «

    И если у тебя не будет больше ни одной лестницы, ты должен будешь научиться взбираться на свою собственную голову: как же иначе хотел бы ты подняться выше? На свою собственную голову и выше через свое собственное сердце! Теперь все самое нежное в тебе должно стать самым суровым. Кто всегда очень берег себя, под конец хворает от чрезмерной осторожности. Хвала всему, что закаляет! Я не хвалю землю, где течет — масло и мед!

    И если у тебя не будет больше ни одной лестницы, ты должен будешь научиться взбираться на свою собственную голову: как же иначе хотел бы ты подняться выше? На свою собственную голову и выше через свое собственное сердце! Теперь все самое нежное в тебе должно стать самым суровым. Кто всегда очень берег себя, под конец хворает от чрезмерной осторожности. Хвала всему, что закаляет! Я не хвалю землю, где течет — масло и мед!

    — Заратустра · книга
16. «

    Когда-нибудь все будет иметь свой конец — далекий день, которого я уже не увижу, — тогда откроют мои книги и у меня будут читатели. Я должен писать для них, для них я должен закончить мои основные идеи. Сейчас я не могу бороться — у меня нет даже противников.

    Когда-нибудь все будет иметь свой конец — далекий день, которого я уже не увижу, — тогда откроют мои книги и у меня будут читатели. Я должен писать для них, для них я должен закончить мои основные идеи. Сейчас я не могу бороться — у меня нет даже противников.
17. «

    Только тот, кто строит будущее, имеет право быть судьей прошлого.

    Только тот, кто строит будущее, имеет право быть судьей прошлого.
18. «

    «Всегда быть одному слишком много для меня» – так думает отшельник. «Всегда один и один – это дает со временем двух». Я и меня всегда слишком усердствуют в разговоре; как вынести это, если бы не было друга? Всегда для отшельника друг является третьим: третий – это пробка, мешающая разговору двух опуститься в бездонную глубь.

    «Всегда быть одному слишком много для меня» – так думает отшельник. «Всегда один и один – это дает со временем двух». Я и меня всегда слишком усердствуют в разговоре; как вынести это, если бы не было друга? Всегда для отшельника друг является третьим: третий – это пробка, мешающая разговору двух опуститься в бездонную глубь.

    — Заратустра · книга
19. «

    Моральные люди испытывают самодовольство при угрызениях совести.

    Моральные люди испытывают самодовольство при угрызениях совести.
20. «

    Каждый человек — творческое явление того, что происходит, движущая сила с уникальным движением.

    Каждый человек — творческое явление того, что происходит, движущая сила с уникальным движением.