545 цитат, которые говорил Фридрих Вильгельм Ницше

Ниже 545 цитат Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я научился ходить: с тех пор я позволяю себе бегать. Я научился летать: с тех пор я не жду толчка, чтобы сдвинуться с места. Теперь я легок, теперь я летаю, теперь я вижу себя под собой, теперь Бог танцует во мне.

   Я научился ходить: с тех пор я позволяю себе бегать. Я научился летать: с тех пор я не жду толчка, чтобы сдвинуться с места. Теперь я легок, теперь я летаю, теперь я вижу себя под собой, теперь Бог танцует во мне.

   — Заратустра · книга
2. «

   И он говорит: «Кажется, бог, пока я спал, тайком что-то похитил у меня? Поистине, достаточно, чтобы сделать себе из этого жёнушку! Удивительна бедность рёбер моих!» — так говорили уже многие из людей настоящего.

   И он говорит: «Кажется, бог, пока я спал, тайком что-то похитил у меня? Поистине, достаточно, чтобы сделать себе из этого жёнушку! Удивительна бедность рёбер моих!» — так говорили уже многие из людей настоящего.

   — Так говорил Заратустра · книга
3. «

   Подобно тому, как водопад в своем падении становится более медленным и парящим, так и великий человек дела действует обыкновенно с большим спокойствием, чем можно было ожидать от его бурного порыва перед действием.

   Подобно тому, как водопад в своем падении становится более медленным и парящим, так и великий человек дела действует обыкновенно с большим спокойствием, чем можно было ожидать от его бурного порыва перед действием.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
4. «

   Между религией и настоящей наукой нет ни родства, ни дружбы, ни вражды: они на разных планетах.

   Между религией и настоящей наукой нет ни родства, ни дружбы, ни вражды: они на разных планетах.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
5. «

   Мы открыли счастье — говорят они и бессмысленно моргают.

   Мы открыли счастье — говорят они и бессмысленно моргают.

   — Так говорил Заратустра · книга
6. «

   Каждый человек подобен путешественнику, изучающему страну и народ из окна железнодорожного вагона.

   Каждый человек подобен путешественнику, изучающему страну и народ из окна железнодорожного вагона.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
7. «

   Это предрассудок, будто бы я человек.

   Это предрассудок, будто бы я человек.
8. «

   Человек может как угодно далеко расширять свое познание, может казаться себе сколь угодно объективным; но единственная его выручка из всего этого есть только его собственная биография.

   Человек может как угодно далеко расширять свое познание, может казаться себе сколь угодно объективным; но единственная его выручка из всего этого есть только его собственная биография.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
9. «

   Пройдёт немного времени, и на художника будут смотреть как на великолепный пережиток и оказывать ему почести, словно какому-то дивному чужеземцу, сила и красота которого излучают счастье ушедших эпох, — почести, какие мы неохотно воздаём таким же, как мы сами. Быть может, лучшее в нас — наследие настроя чувств прежних эпох, получить прямой доступ к которым мы теперь уже не умеем; солнце уже зашло, но небеса нашей жизни ещё пылают и светятся его светом, хотя мы больше и не видим его.

   Пройдёт немного времени, и на художника будут смотреть как на великолепный пережиток и оказывать ему почести, словно какому-то дивному чужеземцу, сила и красота которого излучают счастье ушедших эпох, — почести, какие мы неохотно воздаём таким же, как мы сами. Быть может, лучшее в нас — наследие настроя чувств прежних эпох, получить прямой доступ к которым мы теперь уже не умеем; солнце уже зашло, но небеса нашей жизни ещё пылают и светятся его светом, хотя мы больше и не видим его.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
10. «

    Малочисленное общество для меня предпочтительнее, чем злое.

    Малочисленное общество для меня предпочтительнее, чем злое.

    — Так говорил Заратустра · книга
11. «

    Познающий не любит погружаться в воду истины не тогда, когда она грязна, но когда она мелкая.

    Познающий не любит погружаться в воду истины не тогда, когда она грязна, но когда она мелкая.

    — Так говорил Заратустра · книга
12. «

    Люди, вспыльчивые, как огонь, и быстро охладевающие – в целом ненадёжны.

    Люди, вспыльчивые, как огонь, и быстро охладевающие – в целом ненадёжны.
13. «

    Христианское решение находить мир безобразным и скверным сделало мир безобразным и скверным.

    Христианское решение находить мир безобразным и скверным сделало мир безобразным и скверным.
14. «

    Кто знает, что большинство людей слабо в мелочах, и хочет через них осуществить свои собственные цели, тот всегда опасен.

    Кто знает, что большинство людей слабо в мелочах, и хочет через них осуществить свои собственные цели, тот всегда опасен.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
15. «

    Человеком владеет любовь, а любит он то, что уходит.

    Человеком владеет любовь, а любит он то, что уходит.
16. «

    Что знает о любви тот, кто не презирал именно того, кого он любил?

    Что знает о любви тот, кто не презирал именно того, кого он любил?

    — Заратустра · книга
17. «

    Осторожными находил я всех покупателей, и у всех у них были хитрые глаза. Но жену себе даже хитрейший из них умудряется купить в мешке.

    Осторожными находил я всех покупателей, и у всех у них были хитрые глаза. Но жену себе даже хитрейший из них умудряется купить в мешке.

    — Заратустра · книга
18. «

    Я меняюсь слишком быстро: мое сегодня опровергает мое вчера. Я часто перепрыгиваю ступени, когда поднимаюсь, — этого не прощает мне ни одна ступень.

    Я меняюсь слишком быстро: мое сегодня опровергает мое вчера. Я часто перепрыгиваю ступени, когда поднимаюсь, — этого не прощает мне ни одна ступень.

    — Так говорил Заратустра · книга
19. «

    Я не хочу, говорю это раз и навсегда, знать слишком много. Уметь ограничивать познание — это тоже мудрость.

    Я не хочу, говорю это раз и навсегда, знать слишком много. Уметь ограничивать познание — это тоже мудрость.

    — Падение кумиров · книга
20. «

    Тот, кто борется с монстрами, не сможет уберечь себя, чтобы самому не стать монстром.

    Тот, кто борется с монстрами, не сможет уберечь себя, чтобы самому не стать монстром.