736 коротких цитат Фридриха Вильгельма Ницше

Ниже 736 цитат Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Начинаешь с того, что отучиваешься любить других, и кончаешь тем, что не находишь больше в себе ничего достойного любви.

   Начинаешь с того, что отучиваешься любить других, и кончаешь тем, что не находишь больше в себе ничего достойного любви.
2. «

   Всегда есть две морали: мораль господ и мораль рабов.

   Всегда есть две морали: мораль господ и мораль рабов.
3. «

   Счастье-добыча... Мы его так любим, Счастье очень близко, но не так уж близко, Чтоб к нему возможно было прикоснуться... К нам оно стучится, но войдет не сразу, Постоит немножко... Скажет: «завтра, завтра Я вас обласкаю, только не сегодня»... А поймать насильно счастье невозможно - Счастье очень хитро: все тенета видит, И владеть насильно счастьем грех великий, Но насилье это кто ж грехом считает!

   Счастье-добыча... Мы его так любим, Счастье очень близко, но не так уж близко, Чтоб к нему возможно было прикоснуться... К нам оно стучится, но войдет не сразу, Постоит немножко... Скажет: «завтра, завтра Я вас обласкаю, только не сегодня»... А поймать насильно счастье невозможно - Счастье очень хитро: все тенета видит, И владеть насильно счастьем грех великий, Но насилье это кто ж грехом считает!
4. «

   Я питаю недоверие ко всем людям, постоянно наводящим порядок, и держусь от них подальше. Желание привести всё в порядок обнаруживает недостаток порядочности.

   Я питаю недоверие ко всем людям, постоянно наводящим порядок, и держусь от них подальше. Желание привести всё в порядок обнаруживает недостаток порядочности.
5. «

   «Я не прекрасна, - так говорит астра, сестра звезд, - Но людей люблю и людей утешаю; Пусть полюбуются на последние цветы, наклонятся надо мной. сорвут меня - Ах! в их очах вспыхнет Воспоминание, Воспоминание о более прекрасной, чем я.

   «Я не прекрасна, - так говорит астра, сестра звезд, - Но людей люблю и людей утешаю; Пусть полюбуются на последние цветы, наклонятся надо мной. сорвут меня - Ах! в их очах вспыхнет Воспоминание, Воспоминание о более прекрасной, чем я.

   — Стихотворения · книга
6. «

   Нравственности предшествует принуждение, позднее она становится обычаем, еще позднее — свободным повиновением, и, наконец, почти инстинктом.

   Нравственности предшествует принуждение, позднее она становится обычаем, еще позднее — свободным повиновением, и, наконец, почти инстинктом.
7. «

   В каком-нибудь отдаленном уголке вселенной, разлившейся, сверкая, в бесчисленные солнечные системы, была когда-то звезда, на которой умные животные придумали познание. Это была самая высокомерная и лживая минута «мировой истории», но всего лишь одна минута. Природа сделала несколько вздохов, звезда застыла, и умные животные должны были вымереть. Кто-нибудь мог бы придумать такую притчу, и все-таки он недостаточно иллюстрировал бы ею, каким жалким, таким призрачным и мимолетным, каким бесцельным и произвольным исключением является в природе человеческий интеллект. Были целые вечности, в которых его не было; когда снова кончится его время, от него не останется и следа. Ибо у этого интеллекта нет какой-либо длительной миссии, выходящей за пределы человеческой жизни.

   В каком-нибудь отдаленном уголке вселенной, разлившейся, сверкая, в бесчисленные солнечные системы, была когда-то звезда, на которой умные животные придумали познание. Это была самая высокомерная и лживая минута «мировой истории», но всего лишь одна минута. Природа сделала несколько вздохов, звезда застыла, и умные животные должны были вымереть. Кто-нибудь мог бы придумать такую притчу, и все-таки он недостаточно иллюстрировал бы ею, каким жалким, таким призрачным и мимолетным, каким бесцельным и произвольным исключением является в природе человеческий интеллект. Были целые вечности, в которых его не было; когда снова кончится его время, от него не останется и следа. Ибо у этого интеллекта нет какой-либо длительной миссии, выходящей за пределы человеческой жизни.

   — Об истине и лжи во вненравственном смысле · книга
8. «

   Трюк христианства — так громогласно проповедовать полное ничтожество, греховность и презренность человека вообще, что после этого становится уже невозможно презирать ближних. «Да, он грешит напропалую, — но всё равно ничем особенным от меня не отличается: я-то ведь совершенно ничтожен и презрен», — говорит себе христианин.

   Трюк христианства — так громогласно проповедовать полное ничтожество, греховность и презренность человека вообще, что после этого становится уже невозможно презирать ближних. «Да, он грешит напропалую, — но всё равно ничем особенным от меня не отличается: я-то ведь совершенно ничтожен и презрен», — говорит себе христианин.

   — Человеческое, слишком человеческое · книга
9. «

   Я заклинаю вас, братья мои, оставайтесь верны земле и не верьте тем, кто говорит вам о надземных надеждах! Они отравители, все равно, знают ли они это или нет.

   Я заклинаю вас, братья мои, оставайтесь верны земле и не верьте тем, кто говорит вам о надземных надеждах! Они отравители, все равно, знают ли они это или нет.

   — Заратустра · книга
10. «

    У одного одиночество – это бегство больного, а у другого – бегство от больных.

    У одного одиночество – это бегство больного, а у другого – бегство от больных.
11. «

    Брак — так называю я волю двух создать одного, который больше создавших его.

    Брак — так называю я волю двух создать одного, который больше создавших его.

    — Заратустра · книга
12. «

    Как нет рыбы без костей, так нет людей без недостатков.

    Как нет рыбы без костей, так нет людей без недостатков.
13. «

    Любовь — плод послушания, а плод самой любви — свобода.

    Любовь — плод послушания, а плод самой любви — свобода.

    — Злая мудрость · книга
14. «

    Что внушает к женщине уважение, нередко смешанное со страхом, это её нрав, более близкий к природе, чем нрав мужчины, её чисто кошачья гибкость, её умение скрывать злые намерения под ласковым видом и непостоянство ее страстей.

    Что внушает к женщине уважение, нередко смешанное со страхом, это её нрав, более близкий к природе, чем нрав мужчины, её чисто кошачья гибкость, её умение скрывать злые намерения под ласковым видом и непостоянство ее страстей.

    — По ту сторону добра и зла · книга
15. «

    Там, где нельзя больше любить, там нужно пройти мимо.

    Там, где нельзя больше любить, там нужно пройти мимо.
16. «

    Брак — это наиболее изолганная форма половой жизни.

    Брак — это наиболее изолганная форма половой жизни.
17. «

    Мало найдется людей, которые, затрудняясь в материале для беседы, не выдали бы секретных дел своих друзей.

    Мало найдется людей, которые, затрудняясь в материале для беседы, не выдали бы секретных дел своих друзей.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
18. «

    ... Но то, что убеждает, тем самым ещё не становится истинным: оно только убедительно. Примечание для ослов.

    ... Но то, что убеждает, тем самым ещё не становится истинным: оно только убедительно. Примечание для ослов.

    — Воля к власти · книга
19. «

    Каждый наш поступок продолжает создавать нас самих.

    Каждый наш поступок продолжает создавать нас самих.
20. «

    Беззаботными, насмешливыми, сильными — такими хочет видеть нас мудрость: она — женщина и любит всегда только воина.

    Беззаботными, насмешливыми, сильными — такими хочет видеть нас мудрость: она — женщина и любит всегда только воина.

    — Заратустра · книга