Что говорил Фридрих Вильгельм Ницше: 776 цитат

Ниже 776 цитат Фридриха Вильгельма Ницше — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Христанство дало Эросу выпить яду: он не умер от него, но превратился в порок.

   Христанство дало Эросу выпить яду: он не умер от него, но превратился в порок.
2. «

   Разве жалость — не крест, к которому пригвождается каждый, кто любит людей? Но моя жалость не есть распятие.

   Разве жалость — не крест, к которому пригвождается каждый, кто любит людей? Но моя жалость не есть распятие.

   — Так говорил Заратустра · книга
3. «

   И вы говорите мне, друзья, что о вкусах и привкусах не спорят? Но ведь жизнь есть спор о вкусах и привкусах!

   И вы говорите мне, друзья, что о вкусах и привкусах не спорят? Но ведь жизнь есть спор о вкусах и привкусах!

   — Так говорил Заратустра · книга
4. «

   Только тот, кто строит будущее, имеет право быть судьей прошлого.

   Только тот, кто строит будущее, имеет право быть судьей прошлого.
5. «

   Если вы хотите высоко подняться, пользуйтесь собственными ногами! Не позволяйте нести себя, не садитесь на чужие плечи и головы!

   Если вы хотите высоко подняться, пользуйтесь собственными ногами! Не позволяйте нести себя, не садитесь на чужие плечи и головы!

   — Так говорил Заратустра · книга
6. «

   Голос красоты звучит тихо: он проникает только в самые чуткие уши.

   Голос красоты звучит тихо: он проникает только в самые чуткие уши.

   — Так говорил Заратустра · книга
7. «

   Учиться любить, учиться быть добрыми, надо с детства.

   Учиться любить, учиться быть добрыми, надо с детства.
8. «

   Самый болезненный, самый мучительный вопрос, идущий из самой глубины сердца: где я смогу почувствовать себя дома?

   Самый болезненный, самый мучительный вопрос, идущий из самой глубины сердца: где я смогу почувствовать себя дома?
9. «

   Нет, я не даю милостыни. Для этого я недостаточно беден.

   Нет, я не даю милостыни. Для этого я недостаточно беден.

   — Так говорил Заратустра · книга
10. «

    Много говорить о себе – тоже способ себя скрывать.

    Много говорить о себе – тоже способ себя скрывать.

    — По ту сторону добра и зла · книга
11. «

    Смерть достаточно близка, чтобы можно было не страшиться жизни.

    Смерть достаточно близка, чтобы можно было не страшиться жизни.
12. «

    Женщину считают глубокомысленной, отчего же? Оттого, что никак не могут доискаться причин её действий. Причина её поступков никогда не лежит на поверхности.

    Женщину считают глубокомысленной, отчего же? Оттого, что никак не могут доискаться причин её действий. Причина её поступков никогда не лежит на поверхности.
13. «

    Ах, друзья мои, други! Где то, что добрым звалось? Где все, нареченные добрыми? Где, где невинность всех обманов этих?

    Ах, друзья мои, други! Где то, что добрым звалось? Где все, нареченные добрыми? Где, где невинность всех обманов этих?

    — Стихотворения · книга
14. «

    Кто не может повелевать себе, должен повиноваться. Иные же могут повелевать себе, но им недостает еще многого, чтобы уметь повиноваться себе.

    Кто не может повелевать себе, должен повиноваться. Иные же могут повелевать себе, но им недостает еще многого, чтобы уметь повиноваться себе.

    — Заратустра · книга
15. «

    Самые умные люди, как и самые сильные, находят счастье в том, где другие нашли бы только катастрофу: в лабиринте, в суровости по отношению к себе и другим, в трудностях. Они наслаждаются властью над собой: для них аскетизм становится второй натурой, необходимостью, инстинктом.

    Самые умные люди, как и самые сильные, находят счастье в том, где другие нашли бы только катастрофу: в лабиринте, в суровости по отношению к себе и другим, в трудностях. Они наслаждаются властью над собой: для них аскетизм становится второй натурой, необходимостью, инстинктом.
16. «

    ... Лучше обезуметь от счастья, чем от неудач, лучше неуклюже танцевать, чем ходить, прихрамывая.

    ... Лучше обезуметь от счастья, чем от неудач, лучше неуклюже танцевать, чем ходить, прихрамывая.

    — Так говорил Заратустра · книга
17. «

    Слишком долго в женщине были скрыты раб и тиран. Поэтому женщина не способна еще к дружбе: она знает только любовь. В любви женщины есть несправедливость и слепота ко всему, чего она не любит. Но и в знаемой любви женщины есть всегда еще внезапность, и молния, и ночь рядом со светом. Еще не способна женщина к дружбе: женщины все еще кошки и птицы. Или, в лучшем случае, коровы.

    Слишком долго в женщине были скрыты раб и тиран. Поэтому женщина не способна еще к дружбе: она знает только любовь. В любви женщины есть несправедливость и слепота ко всему, чего она не любит. Но и в знаемой любви женщины есть всегда еще внезапность, и молния, и ночь рядом со светом. Еще не способна женщина к дружбе: женщины все еще кошки и птицы. Или, в лучшем случае, коровы.

    — Заратустра · книга
18. «

    Культура — это лишь тоненькая яблочная кожура над раскаленным хаосом.

    Культура — это лишь тоненькая яблочная кожура над раскаленным хаосом.
19. «

    В этом — антагонизм между отдельными научными областями и философией. Последняя, подобно искусству, хочет придать жизни и действованию возможно большую глубину и значительность; в первых ищут только познания, и ничего более, — что бы из этого ни вышло.

    В этом — антагонизм между отдельными научными областями и философией. Последняя, подобно искусству, хочет придать жизни и действованию возможно большую глубину и значительность; в первых ищут только познания, и ничего более, — что бы из этого ни вышло.

    — Человеческое, слишком человеческое · книга
20. «

    Любящие и созидающие — вот кто всегда был творцом добра и зла. Огонь любви и гнева пылает на именинах всех добродетелей.

    Любящие и созидающие — вот кто всегда был творцом добра и зла. Огонь любви и гнева пылает на именинах всех добродетелей.

    — Так говорил Заратустра · книга