101 цитат Габриэля Гарсиы Маркеса, которые цепляют

Ниже 101 цитата Габриэля Гарсиы Маркеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Доктор Урбино упорно не признавался, что терпеть не может животных, и отговаривался на этот счет всякими научными побасенками и философическими предлогами, которые могли убедить кого угодно, но не его жену. Он говорил, что те, кто слишком любит животных, способны на страшные жестокости по отношению к людям. Он говорил, что собаки вовсе не верны, а угодливы, что кошки — предательское племя, что павлины — вестники смерти, попугаи ара — всего-навсего обременительное украшение, кролики разжигают вожделение, обезьяны заражают бешеным сластолюбием, а петухи вообще прокляты, ибо по петушиному крику от Христа отреклись трижды.

   Доктор Урбино упорно не признавался, что терпеть не может животных, и отговаривался на этот счет всякими научными побасенками и философическими предлогами, которые могли убедить кого угодно, но не его жену. Он говорил, что те, кто слишком любит животных, способны на страшные жестокости по отношению к людям. Он говорил, что собаки вовсе не верны, а угодливы, что кошки — предательское племя, что павлины — вестники смерти, попугаи ара — всего-навсего обременительное украшение, кролики разжигают вожделение, обезьяны заражают бешеным сластолюбием, а петухи вообще прокляты, ибо по петушиному крику от Христа отреклись трижды.

   — Любовь во время чумы · книга
2. «

   У других врачей больные умирают точно так же, как у меня. Только мои умирают в хорошем настроении.

   У других врачей больные умирают точно так же, как у меня. Только мои умирают в хорошем настроении.

   — Эркулес Кастельбондо · книга
3. «

   Ибо прошлое разрушалось бесконечно, поглощая само себя, готовое каждое мгновение кончиться совсем, но так никогда и не кончая кончаться.

   Ибо прошлое разрушалось бесконечно, поглощая само себя, готовое каждое мгновение кончиться совсем, но так никогда и не кончая кончаться.

   — Сто лет одиночества · книга
4. «

   Каждый человек — хозяин собственной смерти, и в наших силах лишь одно — в урочный час помочь человеку умереть без страха и без боли.

   Каждый человек — хозяин собственной смерти, и в наших силах лишь одно — в урочный час помочь человеку умереть без страха и без боли.

   — Хувеналь Урбино · книга
5. «

   Она вошла в старость с неумершей тоской по прошлому.

   Она вошла в старость с неумершей тоской по прошлому.

   — Сто лет одиночества · книга
6. «

   Ее боль раздробилась о слепую ярость против всего света и даже против себя самой, и это дало ей силу и мужество, чтобы один на один встретиться с одиночеством.

   Ее боль раздробилась о слепую ярость против всего света и даже против себя самой, и это дало ей силу и мужество, чтобы один на один встретиться с одиночеством.

   — Любовь во время чумы · книга
7. «

   Людская неблагодарность не знает границ.

   Людская неблагодарность не знает границ.

   — Полковнику никто не пишет · книга
8. «

   В этом даже птицами брошенном Макондо, в котором от постоянной жары и пыли было трудно дышать, Аурелиано и Амаранта Урсула, заточенные одиночеством и любовью и одиночеством любви в доме, где шум, подымаемый термитами, не давал сомкнуть глаз, были единственными счастливыми человеческими существами и самыми счастливыми существами на земле.

   В этом даже птицами брошенном Макондо, в котором от постоянной жары и пыли было трудно дышать, Аурелиано и Амаранта Урсула, заточенные одиночеством и любовью и одиночеством любви в доме, где шум, подымаемый термитами, не давал сомкнуть глаз, были единственными счастливыми человеческими существами и самыми счастливыми существами на земле.

   — Сто лет одиночества · книга
9. «

   Много раз делал он отчаянные усилия сосредоточиться и снова вызвать Ремедиос, но та не повиновалась. Он искал ее в мастерской сестер, за опущенными занавесками окон ее дома, в конторе ее отца, но встречал только в своем сердце, и образ этот скрашивал его страшное одиночество.

   Много раз делал он отчаянные усилия сосредоточиться и снова вызвать Ремедиос, но та не повиновалась. Он искал ее в мастерской сестер, за опущенными занавесками окон ее дома, в конторе ее отца, но встречал только в своем сердце, и образ этот скрашивал его страшное одиночество.

   — Сто лет одиночества · книга
10. «

    Всегда есть завтра, и жизнь предоставляет нам еще одну возможность, что бы все исправить...

    Всегда есть завтра, и жизнь предоставляет нам еще одну возможность, что бы все исправить...

    — Прощальное письмо · книга
11. «

    И он принял генерала Сатурно Сантоса к себе на службу, сделал своим гуардаэспальдасом, с тем, однако, условием, чтобы тот никогда не стоял у него за спиной.

    И он принял генерала Сатурно Сантоса к себе на службу, сделал своим гуардаэспальдасом, с тем, однако, условием, чтобы тот никогда не стоял у него за спиной.

    — Осень патриарха · книга
12. «

    Так было всегда: запах горького миндаля наводил на мысль о несчастной любви.

    Так было всегда: запах горького миндаля наводил на мысль о несчастной любви.

    — Любовь во время чумы · книга
13. «

    Но при всей своей глубокой мудрости и непостижимой сути он был плоть от плоти земных существ, застрявших в сетях обыденной жизни.

    Но при всей своей глубокой мудрости и непостижимой сути он был плоть от плоти земных существ, застрявших в сетях обыденной жизни.

    — Сто лет одиночества · книга
14. «

    — Но меня огорчает не то, что ты собираешься меня расстрелять. <...> Меня огорчает, — продолжал он, — что ты, ты, который так ненавидел профессиональных вояк, так боролся с ними, так их проклинал, теперь сам уподобился им.

    — Но меня огорчает не то, что ты собираешься меня расстрелять. <...> Меня огорчает, — продолжал он, — что ты, ты, который так ненавидел профессиональных вояк, так боролся с ними, так их проклинал, теперь сам уподобился им.

    — Генерал Монкада · книга
15. «

    Её сердце из отвердевшего пепла не поддавалось самым сильным ударам повседневности, но уступило первому натиску ностальгии.

    Её сердце из отвердевшего пепла не поддавалось самым сильным ударам повседневности, но уступило первому натиску ностальгии.

    — Сто лет одиночества · книга
16. «

    Любовь, как ничто другое, — природный талант. Или умеешь это от рождения, или не сумеешь никогда.

    Любовь, как ничто другое, — природный талант. Или умеешь это от рождения, или не сумеешь никогда.

    — Сара Норьега · книга
17. «

    …Когда женщина уходит, нет власти, божеской или человеческой, способной ее остановить.

    …Когда женщина уходит, нет власти, божеской или человеческой, способной ее остановить.

    — Увидимся в августе · книга
18. «

    – Из вашего окна дождь видится совсем другим. Будто он идет не здесь, а в каком-то другом городе, – сказал он. – Дождь есть дождь, откуда на него ни смотри…

    – Из вашего окна дождь видится совсем другим. Будто он идет не здесь, а в каком-то другом городе, – сказал он. – Дождь есть дождь, откуда на него ни смотри…

    — Полковник · книга
19. «

    Не трать время на человека, который не стремится провести его с тобой.

    Не трать время на человека, который не стремится провести его с тобой.
20. «

    То и дело отрывался от занятий и звонил целыми днями, день за днём, пока не понял, что у этого телефона нет сердца.

    То и дело отрывался от занятий и звонил целыми днями, день за днём, пока не понял, что у этого телефона нет сердца.

    — Вспоминая моих грустных шлюх · книга