44 цитаты от Ганса Кристиана Андерсена

Подборка из 44 цитаты Ганса Кристиана Андерсена: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жил-был купец, такой богач, что мог бы вымостить серебряными деньгами целую улицу, да еще переулок в придачу; того, однако, он не делал, — он знал, куда девать деньги, и если уж расходовал скиллинг, то наживал целый далер. Так вот какой был купец!

   Жил-был купец, такой богач, что мог бы вымостить серебряными деньгами целую улицу, да еще переулок в придачу; того, однако, он не делал, — он знал, куда девать деньги, и если уж расходовал скиллинг, то наживал целый далер. Так вот какой был купец!

   — Сундук-самолет · книга
2. «

   Да, вот что бывает на белом свете! — думала елка; она вполне верила всему, что сейчас слышала, рассказывал ведь такой почтенный человек! «Да, да, кто знает! может быть и я стану принцессой!»

   Да, вот что бывает на белом свете! — думала елка; она вполне верила всему, что сейчас слышала, рассказывал ведь такой почтенный человек! «Да, да, кто знает! может быть и я стану принцессой!»

   — Ель · книга
3. «

   Бог дает нам силы перенести многое, если только мы сами хотим этого.

   Бог дает нам силы перенести многое, если только мы сами хотим этого.

   — Йоханна · книга
4. «

   Волны неустанно катятся одна за другой и наконец шлифуют самые твердые предметы. Буду же и я трудиться неустанно! Спасибо вам за науку, светлые быстрые волны.

   Волны неустанно катятся одна за другой и наконец шлифуют самые твердые предметы. Буду же и я трудиться неустанно! Спасибо вам за науку, светлые быстрые волны.

   — Элиза · книга
5. «

   Как только Яльмар улегся, Оле-Лукойе дотронулся своей волшебной палочкой до мебели и и все вещи сейчас же начали болтать между собою; все, кроме плевательницы; эта молчала и сердилась про себя на их суетность: говорят только о себе да о себе и даже не подумают о той, что так скромно стоит в углу и позволяет в себя плевать!

   Как только Яльмар улегся, Оле-Лукойе дотронулся своей волшебной палочкой до мебели и и все вещи сейчас же начали болтать между собою; все, кроме плевательницы; эта молчала и сердилась про себя на их суетность: говорят только о себе да о себе и даже не подумают о той, что так скромно стоит в углу и позволяет в себя плевать!

   — Оле-Лукойе · книга
6. «

   Воробышки порядком иззябли.

   Воробышки порядком иззябли.

   — История года · книга
7. «

   Познать себя самое — большой шаг вперед.

   Познать себя самое — большой шаг вперед.

   — Лён · книга
8. «

   Принцесса вышла из своего медного замка и сделалась королевой, чем была очень довольна.

   Принцесса вышла из своего медного замка и сделалась королевой, чем была очень довольна.

   — Огниво · книга
9. «

   На глупые вопросы нелегко отвечать!

   На глупые вопросы нелегко отвечать!

   — Райский сад · книга
10. «

    Что касается живого соловья, то никогда ведь нельзя знать заранее, что именно споет он, а у искусственного же все известно наперед.

    Что касается живого соловья, то никогда ведь нельзя знать заранее, что именно споет он, а у искусственного же все известно наперед.

    — Соловей · книга
11. «

    Она не то, чтобы нарочно подслушивала слова соседки, а так, слушала краем уха, — так ведь и следует, если хочешь жить в мире с ближними.

    Она не то, чтобы нарочно подслушивала слова соседки, а так, слушала краем уха, — так ведь и следует, если хочешь жить в мире с ближними.

    — Истинная правда · книга
12. «

    Любовь как рукой снимет, если предмет ее пролежит пять лет в водосточном желобе, да еще встретится вам в помойном ведре!

    Любовь как рукой снимет, если предмет ее пролежит пять лет в водосточном желобе, да еще встретится вам в помойном ведре!

    — Жених и невеста · книга
13. «

    ...захотелось им добраться и до неба. Чем выше они поднимались, тем сильнее кривлялось зеркало, так что они еле удерживали его в руках. Но вот они взлетели совсем высоко, как вдруг зеркало до того перекорежило от гримас, что оно вырвалось у них из рук, полетело на землю и разбилось на миллионы, биллионы осколков, и оттого произошло еще больше бед. Некоторые осколки, с песчинку величиной, разлетаясь по белу свету, попадали людям в глаза, да так там и оставались. А человек с таким осколком в глазу начинал видеть все навыворот или замечать в каждой вещи только дурное — ведь каждый осколок сохранял свойство всего зеркала. Некоторым людям осколки попадали прямо в сердце, и это было страшнее всего: сердце делалось как кусок льда. Были среди осколков и большие — их вставили в оконные рамы, и уж в эти-то окна не стоило смотреть на своих добрых друзей. Наконец, были и такие осколки, которые пошли на очки, и худо было, если такие очки надевали для того, чтобы лучше видеть и правильно судить о вещах.

    ...захотелось им добраться и до неба. Чем выше они поднимались, тем сильнее кривлялось зеркало, так что они еле удерживали его в руках. Но вот они взлетели совсем высоко, как вдруг зеркало до того перекорежило от гримас, что оно вырвалось у них из рук, полетело на землю и разбилось на миллионы, биллионы осколков, и оттого произошло еще больше бед. Некоторые осколки, с песчинку величиной, разлетаясь по белу свету, попадали людям в глаза, да так там и оставались. А человек с таким осколком в глазу начинал видеть все навыворот или замечать в каждой вещи только дурное — ведь каждый осколок сохранял свойство всего зеркала. Некоторым людям осколки попадали прямо в сердце, и это было страшнее всего: сердце делалось как кусок льда. Были среди осколков и большие — их вставили в оконные рамы, и уж в эти-то окна не стоило смотреть на своих добрых друзей. Наконец, были и такие осколки, которые пошли на очки, и худо было, если такие очки надевали для того, чтобы лучше видеть и правильно судить о вещах.

    — Снежная королева · книга
14. «

    Богатая птица шумно бьет крыльями.

    Богатая птица шумно бьет крыльями.

    — Всему свое место · книга
15. «

    Да и к кому иной раз не является поэтическое вдохновение! Вот тогда-то мысли и выливаются в стихи.

    Да и к кому иной раз не является поэтическое вдохновение! Вот тогда-то мысли и выливаются в стихи.

    — Калоши счастья · книга
16. «

    Теперь-то он зажил весело: ходил в театры, ездил кататься в королевский сад и много помогал бедным. И хорошо делал: он ведь по себе знал, как плохо сидеть без гроша в кармане!

    Теперь-то он зажил весело: ходил в театры, ездил кататься в королевский сад и много помогал бедным. И хорошо делал: он ведь по себе знал, как плохо сидеть без гроша в кармане!

    — Огниво · книга
17. «

    Все провозвестники духа подобно пророку Илье, восходят на небеса.

    Все провозвестники духа подобно пророку Илье, восходят на небеса.

    — Бронзовый кабан · книга
18. «

    Теперь он был богат, прекрасно одевался и приобрел очень много друзей; все они называли его славным малым, настоящим кавалером, и ему это очень нравилось.

    Теперь он был богат, прекрасно одевался и приобрел очень много друзей; все они называли его славным малым, настоящим кавалером, и ему это очень нравилось.

    — Огниво · книга
19. «

    Каждую вещь следует называть её настоящим именем, и если боятся это делать в действительной жизни, то пусть не боятся хоть в сказке!

    Каждую вещь следует называть её настоящим именем, и если боятся это делать в действительной жизни, то пусть не боятся хоть в сказке!
20. «

    Все мы — мелкие пташки перед творцом.

    Все мы — мелкие пташки перед творцом.

    — Ворон · книга