112 мудрых мыслей Генри Лайона Олди

Ниже 112 цитат Генри Лайона Олди — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я из последних сил бегу по раскаленной сковороде своей пропащей жизни, я смеюсь, чтоб не позволить копящемуся крику разорвать горло, я гашу полыхающий внутри пожар поленьями чужих душ, проданных душ, проклятых душ — когда-нибудь бушующий во мне адский огонь захлебнется обильным приношением или сожжет меня дотла!

   Я из последних сил бегу по раскаленной сковороде своей пропащей жизни, я смеюсь, чтоб не позволить копящемуся крику разорвать горло, я гашу полыхающий внутри пожар поленьями чужих душ, проданных душ, проклятых душ — когда-нибудь бушующий во мне адский огонь захлебнется обильным приношением или сожжет меня дотла!

   — Пасынки восьмой заповеди · книга
2. «

   Мы не скандалили. Не повышали голос. Просто разучились радоваться друг другу. Привычка не спасала.

   Мы не скандалили. Не повышали голос. Просто разучились радоваться друг другу. Привычка не спасала.

   — Золотарь, или Просите, и дано будет… · книга
3. «

   Ограничивая себя, мы провоцируем и выход за границы.

   Ограничивая себя, мы провоцируем и выход за границы.

   — Тераучи Оэ · книга
4. «

   Родина отреклась от нас. Да, это несправедливо. И что? Забыть родину трудно. Скажу больше: невозможно. Она всегда первая, даже в изгнании.

   Родина отреклась от нас. Да, это несправедливо. И что? Забыть родину трудно. Скажу больше: невозможно. Она всегда первая, даже в изгнании.

   — Дикари Ойкумены. Волчонок · книга
5. «

   Страшно ждать. Страшно бояться. А когда дождался, то уже не страшно. Страх — лучшие в мире кандалы.

   Страшно ждать. Страшно бояться. А когда дождался, то уже не страшно. Страх — лучшие в мире кандалы.

   — Песни Петера Сьлядека · книга
6. «

   Воздастся по вере, В молитве и в блуде. Пускай мы не звери, Но разве мы люди?

   Воздастся по вере, В молитве и в блуде. Пускай мы не звери, Но разве мы люди?

   — Ниру Бобовай · книга
7. «

   Монетка на дне. Мне?

   Монетка на дне. Мне?

   — Ниру Бобовай · книга
8. «

   Напустили туману, высосали из пальца уйму скрытых смыслов в простых двух буквах – а на самом деле… Спать больше надо! Если верить медикусам, для здравого рассудка очень полезно.

   Напустили туману, высосали из пальца уйму скрытых смыслов в простых двух буквах – а на самом деле… Спать больше надо! Если верить медикусам, для здравого рассудка очень полезно.

   — Приют героев · книга
9. «

   Пройдись за мною по тротуару, Упрись мне в спину тяжелым взглядом, Мне нужно знать, что ты где-то рядом, С петлей и мылом, ножом и ядом, С недобрым словом – моей наградой За те грехи, что считал товаром…

   Пройдись за мною по тротуару, Упрись мне в спину тяжелым взглядом, Мне нужно знать, что ты где-то рядом, С петлей и мылом, ножом и ядом, С недобрым словом – моей наградой За те грехи, что считал товаром…

   — Томас Биннори · книга
10. «

    Это дипломатия... Тут нельзя милосердствовать вслепую.

    Это дипломатия... Тут нельзя милосердствовать вслепую.

    — Николас Зоммерфельд · книга
11. «

    — …Герой должен быть один, мальчики мои. Он обречен мойрами-Пряхами на одиночество. Воюет в одиночку, побеждает в одиночку и умирает тоже в одиночку. Потом люди помнят Героя — напрочь забыв тех, кто помогал ему, был рядом, сражался и умирал плечом к плечу с ним. В этом сила, но в этом и слабость героя. В одиночестве. Ого-го и на стенку; ого-го — и в Вечность. Бултых! — круги по черной воде… Даже если собрать целую армию героев, каждый из них будет сражаться сам по себе. Это не будет настоящая армия; это будет толпа героев-одиночек

    — …Герой должен быть один, мальчики мои. Он обречен мойрами-Пряхами на одиночество. Воюет в одиночку, побеждает в одиночку и умирает тоже в одиночку. Потом люди помнят Героя — напрочь забыв тех, кто помогал ему, был рядом, сражался и умирал плечом к плечу с ним. В этом сила, но в этом и слабость героя. В одиночестве. Ого-го и на стенку; ого-го — и в Вечность. Бултых! — круги по черной воде… Даже если собрать целую армию героев, каждый из них будет сражаться сам по себе. Это не будет настоящая армия; это будет толпа героев-одиночек

    — Алким · книга
12. «

    Вера, она горами движет... лбом упрётся, натужится и движет...

    Вера, она горами движет... лбом упрётся, натужится и движет...

    — Аглая Вертенна · книга
13. «

    Между ними стояло тринадцать лет и одно предательство.

    Между ними стояло тринадцать лет и одно предательство.

    — Изгнанница Ойкумены · книга
14. «

    Вопрос: что делают в аду? Ответ: мучаются. Вопрос: кто мучается в аду? Ответ: все. Все. Когда вы мучаетесь, это уже ад. Он в вас. Ад в вас, дорогие мои, он шипит и пенится, как недобродившее вино, он ударяет в голову мягкими коварными молоточками; ад в вас, любезные господа.

    Вопрос: что делают в аду? Ответ: мучаются. Вопрос: кто мучается в аду? Ответ: все. Все. Когда вы мучаетесь, это уже ад. Он в вас. Ад в вас, дорогие мои, он шипит и пенится, как недобродившее вино, он ударяет в голову мягкими коварными молоточками; ад в вас, любезные господа.

    — Великий Здрайца · книга
15. «

    Надежды, как известно, питают юношей и умирают последними — вместе со старцами, которым исправно придают бодрость до гробовой доски.

    Надежды, как известно, питают юношей и умирают последними — вместе со старцами, которым исправно придают бодрость до гробовой доски.

    — Песни Петера Сьлядека · книга
16. «

    В молчании – невозможное дело! – отчетливо слышался звон металла; если угодно, кандалов.

    В молчании – невозможное дело! – отчетливо слышался звон металла; если угодно, кандалов.

    — Дикари Ойкумены. Вожак · книга
17. «

    — Мастер не учит плохому. <..> Мастер не учит хорошему. Мастер — учит. И не может иначе.

    — Мастер не учит плохому. <..> Мастер не учит хорошему. Мастер — учит. И не может иначе.

    — Кукольных дел мастер · книга
18. «

    Превозносить, вместо того чтобы пытаться понять, — значит обидеть.

    Превозносить, вместо того чтобы пытаться понять, — значит обидеть.

    — Гроза в Безначалье · книга
19. «

    Так ли это плохо? Мы, дети цивилизации, разучились быть естественными. И скептически кривим рот, когда при нас дают волю чувствам. Мужчины обнимаются – гомосексуалисты. Женщина плачет – истеричка. Старик хохочет – идиот. Малыша не придуши, дуреха – от большой-то любви…

    Так ли это плохо? Мы, дети цивилизации, разучились быть естественными. И скептически кривим рот, когда при нас дают волю чувствам. Мужчины обнимаются – гомосексуалисты. Женщина плачет – истеричка. Старик хохочет – идиот. Малыша не придуши, дуреха – от большой-то любви…

    — Регина Ван Фрассен · книга
20. «

    Не садитесь играть с судьбой. У нее всегда три туза в рукаве.

    Не садитесь играть с судьбой. У нее всегда три туза в рукаве.

    — Куколка · книга