155 фраз Генри Лайона Олди для статуса

Ниже 155 цитат Генри Лайона Олди — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В результате некоего происшествия, о котором он вспоминать не любил, получив по лбу тяжелой глиняной кружкой, и не одной, а несколькими подряд, Андреа сподобился просветления.

   В результате некоего происшествия, о котором он вспоминать не любил, получив по лбу тяжелой глиняной кружкой, и не одной, а несколькими подряд, Андреа сподобился просветления.

   — Шмагия · книга
2. «

   Кофе-чашечка летней ночи. Взбитый желток-капелька утреннего солнца. Яичный ликер-аромат рая. Сделай глоточек, зажмурься, чувствуя себя беженцем, затерянным в морозом, чёрно-белом лесу; прислушайся к беде — она свернулась клубком, еле слышно шипит, поблескивая раздвоенным жалом...

   Кофе-чашечка летней ночи. Взбитый желток-капелька утреннего солнца. Яичный ликер-аромат рая. Сделай глоточек, зажмурься, чувствуя себя беженцем, затерянным в морозом, чёрно-белом лесу; прислушайся к беде — она свернулась клубком, еле слышно шипит, поблескивая раздвоенным жалом...

   — Регина Ван Фрассен · книга
3. «

   Боль — она разная. Не всегда больно от гнева делают. Бывает, что и от любви...

   Боль — она разная. Не всегда больно от гнева делают. Бывает, что и от любви...

   — Кукольник · книга
4. «

   Свобода начинается со слова «нет»; но иногда, очень редко, она все-таки начинается со слова «да».

   Свобода начинается со слова «нет»; но иногда, очень редко, она все-таки начинается со слова «да».

   — Маг в законе · книга
5. «

   С мужчиной все ясно: руки, ноги — душа от Создателя. В женщине присутствовало еще нечто, причем вряд ли от Бога.

   С мужчиной все ясно: руки, ноги — душа от Создателя. В женщине присутствовало еще нечто, причем вряд ли от Бога.

   — Торбен Йене Торвен · книга
6. «

   Спасибо, Фатум, за обман И за случайность поворота, Где трижды новые ворота Нас в сотый раз сведут с ума.

   Спасибо, Фатум, за обман И за случайность поворота, Где трижды новые ворота Нас в сотый раз сведут с ума.

   — Песни Петера Сьлядека · книга
7. «

   Труднее всего – делать. Это значит – ошибаться. Это значит – уставать. Изыскивать средства. Собирать силы. Пахать, как вол. Надрываться, как проклятый. Стремиться к завершению. Пробивать. Строить. Создавать. Нет, не работать. Делать. Это значит – обзаводиться врагами. Привлекать советчиков. На любое дело советчики летят, как сами знаете кто сами знаете куда. Спорить. Доказывать. Нести. Выслушивать дурацкие шуточки. Узнавать, что если бы делали они, то сделали бы лучше. Давиться этим сволочным «бы». Бредить ночами чужим, злым, коровьим; «А м-мы-ы б-бы-ы…» Спать вполглаза. Рвать жилы. Делать, короче. Ну, вот – сделал. Вытер мокрый лоб. Выдохнул: «Хорошо! И хорошо весьма…» Думаете, вам за это поставят памятник? Клизму вам поставят…

   Труднее всего – делать. Это значит – ошибаться. Это значит – уставать. Изыскивать средства. Собирать силы. Пахать, как вол. Надрываться, как проклятый. Стремиться к завершению. Пробивать. Строить. Создавать. Нет, не работать. Делать. Это значит – обзаводиться врагами. Привлекать советчиков. На любое дело советчики летят, как сами знаете кто сами знаете куда. Спорить. Доказывать. Нести. Выслушивать дурацкие шуточки. Узнавать, что если бы делали они, то сделали бы лучше. Давиться этим сволочным «бы». Бредить ночами чужим, злым, коровьим; «А м-мы-ы б-бы-ы…» Спать вполглаза. Рвать жилы. Делать, короче. Ну, вот – сделал. Вытер мокрый лоб. Выдохнул: «Хорошо! И хорошо весьма…» Думаете, вам за это поставят памятник? Клизму вам поставят…

   — Кукольных дел мастер · книга
8. «

   Дуракам много думать вредно — так и поумнеть недолго!

   Дуракам много думать вредно — так и поумнеть недолго!

   — Друдл Муздрый · книга
9. «

   Воспоминания? Убрать! Привычки? Отсоединить – и в сторону. Убеждения? Отставить. Взгляды? Долой. Привязанности? Ну их. Симпатии-антипатии? Вон. Далее по списку? Прочь. Что останется? Ну ведь что-то должно остаться, даже если ничего и нет-то? Сидит иногда человек в кабинете психиатра, готовится к операции и терзается: что отыщется внутри, если ободрать все, лепесток за лепестком? Кто прячется в черной сердцевине? Душа – или тварь? Обе с крыльями – не сразу отличишь. Пусть уж тварь, лишь бы не дырка от бублика. Обидно ведь не то, что дырка, а то, что бублик. Воспоминания, привычки, убеждения, от начала до конца – бублик. Жалкий круг теста с редким бисером мака…

   Воспоминания? Убрать! Привычки? Отсоединить – и в сторону. Убеждения? Отставить. Взгляды? Долой. Привязанности? Ну их. Симпатии-антипатии? Вон. Далее по списку? Прочь. Что останется? Ну ведь что-то должно остаться, даже если ничего и нет-то? Сидит иногда человек в кабинете психиатра, готовится к операции и терзается: что отыщется внутри, если ободрать все, лепесток за лепестком? Кто прячется в черной сердцевине? Душа – или тварь? Обе с крыльями – не сразу отличишь. Пусть уж тварь, лишь бы не дырка от бублика. Обидно ведь не то, что дырка, а то, что бублик. Воспоминания, привычки, убеждения, от начала до конца – бублик. Жалкий круг теста с редким бисером мака…

   — Дитя Ойкумены · книга
10. «

    Судьба смеется нам в лицо? Не взять ли её за глотку?

    Судьба смеется нам в лицо? Не взять ли её за глотку?

    — Вишну-Опекун · книга
11. «

    Кольраун еле удержался, чтоб не спросить: «Это приказ, государь?» Он и так знал: это хуже, чем приказ. Это намек.

    Кольраун еле удержался, чтоб не спросить: «Это приказ, государь?» Он и так знал: это хуже, чем приказ. Это намек.

    — Шмагия · книга
12. «

    Звезды – удивительные существа.

    Звезды – удивительные существа.

    — Куколка · книга
13. «

    Видно, не суждена нам лучшая участь, если звали Простор, а откликнулась Бездна. Давно рвалась она наружу, только не вырваться без чужой помощи тому, что не имеет существования, что есть Небытие.

    Видно, не суждена нам лучшая участь, если звали Простор, а откликнулась Бездна. Давно рвалась она наружу, только не вырваться без чужой помощи тому, что не имеет существования, что есть Небытие.

    — Сумерки мира · книга
14. «

    Пустота — это пауза между тем, что есть, и тем, что может быть. Пустота — это возможность бытия...

    Пустота — это пауза между тем, что есть, и тем, что может быть. Пустота — это возможность бытия...

    — Марцелл · книга
15. «

    — Мастер не учит плохому. <..> Мастер не учит хорошему. Мастер — учит. И не может иначе.

    — Мастер не учит плохому. <..> Мастер не учит хорошему. Мастер — учит. И не может иначе.

    — Кукольных дел мастер · книга
16. «

    Таких, как мы, нельзя прижимать к стенке: мы можем уйти в небо. Уйти без возврата, без надежды хотя бы выкрикнуть, обернувшись через плечо: «Я вернусь!» — ибо если и вернемся, то вернемся уже не мы. С детства видя невиданное, я путал тени с богами, чтобы однажды узнать в убийственном прозрении: они и впрямь похожи. Те и другие никогда не возвращаются. Прежними — никогда.

    Таких, как мы, нельзя прижимать к стенке: мы можем уйти в небо. Уйти без возврата, без надежды хотя бы выкрикнуть, обернувшись через плечо: «Я вернусь!» — ибо если и вернемся, то вернемся уже не мы. С детства видя невиданное, я путал тени с богами, чтобы однажды узнать в убийственном прозрении: они и впрямь похожи. Те и другие никогда не возвращаются. Прежними — никогда.

    — Одиссей · книга
17. «

    Лишь тогда накатил страх. Запредельный, на грани с блаженством.

    Лишь тогда накатил страх. Запредельный, на грани с блаженством.

    — Андрей Валентинов. Марина и Сергей Дяченко. Рубеж · книга
18. «

    Фанатики умеют разжигать костры или гореть на них. Это всё, что они умеют.

    Фанатики умеют разжигать костры или гореть на них. Это всё, что они умеют.

    — Марцелл · книга
19. «

    Правду бьют избитыми правдами. Веру бьют привычкой. Когда мир станет обыденным и реальность бога уйдет из каждого дерева и грозовой тучи, тогда умрут мифы, и придет время низких потолков, пустых сердец и рассудительных взглядов.

    Правду бьют избитыми правдами. Веру бьют привычкой. Когда мир станет обыденным и реальность бога уйдет из каждого дерева и грозовой тучи, тогда умрут мифы, и придет время низких потолков, пустых сердец и рассудительных взглядов.

    — Авэк ал-Джубб Эльри · книга
20. «

    Самое опасное создание на свете — слабый трус в выигрышном положении.

    Самое опасное создание на свете — слабый трус в выигрышном положении.

    — Змееныш Цай · книга