241 цитата Генри Лайона Олди для тех, кто любит думать

Ниже 241 цитата Генри Лайона Олди — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   У каждого – своя картина мира.

   У каждого – своя картина мира.

   — Куколка · книга
2. «

   Они часто ходят об руку: смех и страх. Мы просто делаем вид, что различаем их, братьев-близнецов.

   Они часто ходят об руку: смех и страх. Мы просто делаем вид, что различаем их, братьев-близнецов.

   — Фортунат Цвях · книга
3. «

   Лучше плохо плыть на челне, чем хорошо тонуть, как гласит народная мудрость.

   Лучше плохо плыть на челне, чем хорошо тонуть, как гласит народная мудрость.

   — Гроза в Безначалье · книга
4. «

   – Дружок, хочешь послушать сказку? – Нет! Нет! Не хочу!!! – А придется, дружок…

   – Дружок, хочешь послушать сказку? – Нет! Нет! Не хочу!!! – А придется, дружок…

   — Приют героев · книга
5. «

   Неисповедимость путей Господних дарует нам великое благо – благо сомнения. Ибо где нет сомнения, там нет и веры; где нет сомнения, там нет знания; где нет сомнения, там нет милосердия. Но все же: как славно было бы не испытывать этого мучительного чувства раздвоенности! Стоять легче, чем бежать, быть целым проще, нежели разбитым на осколки. Искренне надеюсь, что в размышлениях скромного монаха нет ничего еретического, – и всё-таки сомневаюсь, сомневаюсь…

   Неисповедимость путей Господних дарует нам великое благо – благо сомнения. Ибо где нет сомнения, там нет и веры; где нет сомнения, там нет знания; где нет сомнения, там нет милосердия. Но все же: как славно было бы не испытывать этого мучительного чувства раздвоенности! Стоять легче, чем бежать, быть целым проще, нежели разбитым на осколки. Искренне надеюсь, что в размышлениях скромного монаха нет ничего еретического, – и всё-таки сомневаюсь, сомневаюсь…

   — отец Ремедий · книга
6. «

   Видимо, когда последний доспех пробит и в бреши светит голое сердце, только и можно закрыться что наглой ухмылкой.

   Видимо, когда последний доспех пробит и в бреши светит голое сердце, только и можно закрыться что наглой ухмылкой.

   — Индра · книга
7. «

   ... К счастью, я не обучен грамоте. Грамотеев убивают первыми.

   ... К счастью, я не обучен грамоте. Грамотеев убивают первыми.

   — Людвиг Беренклау · книга
8. «

   Я вот всегда полагал, что именно канцелярии и есть тайный фундамент цивилизации…

   Я вот всегда полагал, что именно канцелярии и есть тайный фундамент цивилизации…

   — Приют героев · книга
9. «

   Никогда твое содержание, мой мальчик, не будет соответствовать форме. Потому что форму делают мастера, а содержание пущено на самотёк.

   Никогда твое содержание, мой мальчик, не будет соответствовать форме. Потому что форму делают мастера, а содержание пущено на самотёк.

   — госпожа Зеро · книга
10. «

    Каково в аду? Посмотреть Иду.

    Каково в аду? Посмотреть Иду.

    — Ниру Бобовай · книга
11. «

    Мы убили самих себя, не спрашивая, кому это на пользу; мы полагали, что мстим или добиваемся справедливости, а на самом деле мы просто убивали.

    Мы убили самих себя, не спрашивая, кому это на пользу; мы полагали, что мстим или добиваемся справедливости, а на самом деле мы просто убивали.

    — Одиссей, сын Лаэрта. Человек номоса · книга
12. «

    Он знал, что главный ущерб огню начштаба приносит публичная критика его генеральских решений. Если ты не хотел, чтобы тебя начали игнорировать, как бесполезный предмет интерьера, следовало любое решение вслух признавать гениальным. И лишь потом, якобы для того, чтобы младшие офицеры лучше усвоили дивный план, ты мог просить дозволения внести ряд скромных уточнений. После такой прелюдии советник получал карт-бланш на любые действия, хоть весь исходный план наизнанку выверни.

    Он знал, что главный ущерб огню начштаба приносит публичная критика его генеральских решений. Если ты не хотел, чтобы тебя начали игнорировать, как бесполезный предмет интерьера, следовало любое решение вслух признавать гениальным. И лишь потом, якобы для того, чтобы младшие офицеры лучше усвоили дивный план, ты мог просить дозволения внести ряд скромных уточнений. После такой прелюдии советник получал карт-бланш на любые действия, хоть весь исходный план наизнанку выверни.

    — Кукольных дел мастер · книга
13. «

    Мир несовершенен. Человек – не формула. Власть и деньги не являются обязательными признаками негодяя. Бедность и безвестность не являются обязательными атрибутами святого. Знавала я нищих подонков, знавала и богатых филантропов. Я не могу спасти всех. Я не могу перекроить Вселенную. Я могу лишь хорошо делать свою работу. Что мешает мне заснуть? Сотрясатели основ обрушивают дом себе на голову. Борцы с несправедливостью заливают мир кровью. Пророки ведут стадо к обрыву. За одного бульдозериста можно смело дать сотню парламентских демагогов. За одного стоматолога – две сотни чиновников. За музыканта-виртуоза – кабинет министров, и премьера в нагрузку.

    Мир несовершенен. Человек – не формула. Власть и деньги не являются обязательными признаками негодяя. Бедность и безвестность не являются обязательными атрибутами святого. Знавала я нищих подонков, знавала и богатых филантропов. Я не могу спасти всех. Я не могу перекроить Вселенную. Я могу лишь хорошо делать свою работу. Что мешает мне заснуть? Сотрясатели основ обрушивают дом себе на голову. Борцы с несправедливостью заливают мир кровью. Пророки ведут стадо к обрыву. За одного бульдозериста можно смело дать сотню парламентских демагогов. За одного стоматолога – две сотни чиновников. За музыканта-виртуоза – кабинет министров, и премьера в нагрузку.

    — Регина Ван Фрассен · книга
14. «

    Сила только тогда сила, когда сильный способен от нее отказаться.

    Сила только тогда сила, когда сильный способен от нее отказаться.

    — Гроза в Безначалье · книга
15. «

    Основательность – это умение разделять, опираясь на разум. Но смелость – это талант смешивать, опираясь на интуицию. Одно без другого ущербно.

    Основательность – это умение разделять, опираясь на разум. Но смелость – это талант смешивать, опираясь на интуицию. Одно без другого ущербно.

    — Регина Ван Фрассен · книга
16. «

    Спасибо, Фатум, за обман И за случайность поворота, Где трижды новые ворота Нас в сотый раз сведут с ума.

    Спасибо, Фатум, за обман И за случайность поворота, Где трижды новые ворота Нас в сотый раз сведут с ума.

    — Песни Петера Сьлядека · книга
17. «

    Рафинированное Добро и концентрированное Зло легко выделить в каждой точке любого отдельно взятого конфликта, если не вдаваться в общую суть самого конфликта и не персонифицировать эти силы в конкретных личностях – опять же потому, что мир и люди утратили совершенство.

    Рафинированное Добро и концентрированное Зло легко выделить в каждой точке любого отдельно взятого конфликта, если не вдаваться в общую суть самого конфликта и не персонифицировать эти силы в конкретных личностях – опять же потому, что мир и люди утратили совершенство.

    — Приют героев · книга
18. «

    Когда твою голову выставляют на бамбуковом колу для обозрения зеваками, — тихо сказал монах, — это очень помогает отрешиться от суеты и по-другому взглянуть на собственные поступки. Впрочем, я не стал бы советовать многим идти этим путем.

    Когда твою голову выставляют на бамбуковом колу для обозрения зеваками, — тихо сказал монах, — это очень помогает отрешиться от суеты и по-другому взглянуть на собственные поступки. Впрочем, я не стал бы советовать многим идти этим путем.

    — Преподобный Бань · книга
19. «

    Молодости свойственна гордыня. Гордыня и самоутверждение — как в собственных глазах, так и в глазах других.

    Молодости свойственна гордыня. Гордыня и самоутверждение — как в собственных глазах, так и в глазах других.

    — Сеть для Миродержцев · книга
20. «

    — Стих-насилие над речью. Обычный человек не ищет ритмов и созвучий. Хвала обычному человеку! Он просит есть, или торгуется, или кричит от боли. Поэт же объезжает дикую речь, как наездник укрощает жеребца. С этой минуты конь бежит туда, куда надо поэту. Стоит ли удивляться, что женщины чувствительны к стиху? — На что это вы намекаете...? — Я? Ни на что. Я лишь хочу заметить, что в любви — благослови ее Господь Миров! — тоже есть доля насилия. Начиная от потери девственности — и до потери части привычек, неугодных возлюбленному существу. Радостен тот, кому довелось испытать это насилие!

    — Стих-насилие над речью. Обычный человек не ищет ритмов и созвучий. Хвала обычному человеку! Он просит есть, или торгуется, или кричит от боли. Поэт же объезжает дикую речь, как наездник укрощает жеребца. С этой минуты конь бежит туда, куда надо поэту. Стоит ли удивляться, что женщины чувствительны к стиху? — На что это вы намекаете...? — Я? Ни на что. Я лишь хочу заметить, что в любви — благослови ее Господь Миров! — тоже есть доля насилия. Начиная от потери девственности — и до потери части привычек, неугодных возлюбленному существу. Радостен тот, кому довелось испытать это насилие!

    — Каджар-хабиб · книга