Генри Миллер: 89 высказываний о главном

Подборка из 89 цитат Генри Миллера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мудрость молчалива, самая действенная пропаганда – сила личного примера.

   Мудрость молчалива, самая действенная пропаганда – сила личного примера.

   — Сексус · книга
2. «

   Каких необыкновенных результатов может добиться одна — единственная капля, упавшая с пениса в нужное место!

   Каких необыкновенных результатов может добиться одна — единственная капля, упавшая с пениса в нужное место!

   — Сексус · книга
3. «

   Как я убедился на горьком опыте, мир держится на сексуальных отношениях.

   Как я убедился на горьком опыте, мир держится на сексуальных отношениях.

   — Тропик Козерога · книга
4. «

   Грандиозное слабительное для человеческого сознания называется ощущение путешествия.

   Грандиозное слабительное для человеческого сознания называется ощущение путешествия.

   — Тихие дни в Клиши · книга
5. «

   Чтобы начать всё с начала, нужно дойти до последней точки..

   Чтобы начать всё с начала, нужно дойти до последней точки..

   — Время убийц · книга
6. «

   Ангел — это единственное слово, которое не изотрется от частого употребления.

   Ангел — это единственное слово, которое не изотрется от частого употребления.

   — Виктор Гюго · книга
7. «

   ... даже то, как они употребляют прошедшее время, заставляло меня удивляться. Всего через час после погребения они скажут об усопшем — «он был таким добродетельным», как если бы речь шла об умершем в прошлом тысячелетии, об историческом деятеле, о персонаже «Кольца Нибелунга». А все объясняется тем, что он умер, умер бесповоротно, на все времена, и они, живые, отрезали его от себя отныне и навеки — сегодня надо жить, стирать, готовить, и когда следующий отправится на тот свет, надо выбрать гроб, затеять склоку вокруг завещания, и все это в повседневной обыденности, а тратить время на скорби и печали грешно, ибо Бог, если Он есть, завел именно такой порядок вещей, и нечего нам болтать попусту.

   ... даже то, как они употребляют прошедшее время, заставляло меня удивляться. Всего через час после погребения они скажут об усопшем — «он был таким добродетельным», как если бы речь шла об умершем в прошлом тысячелетии, об историческом деятеле, о персонаже «Кольца Нибелунга». А все объясняется тем, что он умер, умер бесповоротно, на все времена, и они, живые, отрезали его от себя отныне и навеки — сегодня надо жить, стирать, готовить, и когда следующий отправится на тот свет, надо выбрать гроб, затеять склоку вокруг завещания, и все это в повседневной обыденности, а тратить время на скорби и печали грешно, ибо Бог, если Он есть, завел именно такой порядок вещей, и нечего нам болтать попусту.

   — Тропик Козерога · книга
8. «

   Люди бедствуют повсюду — так было всегда и всегда будет. А под ужасной бедностью тихо горит огонь, обычно невидимый, незаметный. Но он разгорится, и если у кого-нибудь достанет отваги раздуть его — он способен стать большим пожаром.

   Люди бедствуют повсюду — так было всегда и всегда будет. А под ужасной бедностью тихо горит огонь, обычно невидимый, незаметный. Но он разгорится, и если у кого-нибудь достанет отваги раздуть его — он способен стать большим пожаром.

   — Тропик Козерога · книга
9. «

   Обладать ничем не отягощённым умом предпочтительнее.

   Обладать ничем не отягощённым умом предпочтительнее.

   — Тихие дни в Клиши · книга
10. «

    Самый большой обман — обещать любить одного человека всю жизнь.

    Самый большой обман — обещать любить одного человека всю жизнь.
11. «

    Именно способность воссоздать прошлое, а не воспоминания о нём делают тебя счастливым..

    Именно способность воссоздать прошлое, а не воспоминания о нём делают тебя счастливым..

    — Время убийц · книга
12. «

    Снаружи он выглядел мрачным и заброшенным, внутри — заброшенным и мрачным.

    Снаружи он выглядел мрачным и заброшенным, внутри — заброшенным и мрачным.

    — Тропик рака · книга
13. «

    Если человек искренний и доведенный до отчаяния всей душой любит женщину, если он исписывает бумагу кровью своего сердца, если он пропитает эту женщину своей тоской, своей болью, своим стремлением к ней, если он никогда не отступится от нее, ей невозможно будет ему отказать. Самый невзрачный, самый немощный, самый незаслуживающий внимания мужчина должен победить, если он готов пожертвовать всем, всем до последней капли крови. Нет такой женщины, которая способна отвергнуть дар абсолютной любви.

    Если человек искренний и доведенный до отчаяния всей душой любит женщину, если он исписывает бумагу кровью своего сердца, если он пропитает эту женщину своей тоской, своей болью, своим стремлением к ней, если он никогда не отступится от нее, ей невозможно будет ему отказать. Самый невзрачный, самый немощный, самый незаслуживающий внимания мужчина должен победить, если он готов пожертвовать всем, всем до последней капли крови. Нет такой женщины, которая способна отвергнуть дар абсолютной любви.

    — Сексус · книга
14. «

    У меня в голове не укладывалось, что люди могут давать обещания без малейшего намерения выполнить их.

    У меня в голове не укладывалось, что люди могут давать обещания без малейшего намерения выполнить их.

    — Тропик Козерога · книга
15. «

    Под панцирем безразличия всегда можно найти безобразную глубокую незаживающую рану.

    Под панцирем безразличия всегда можно найти безобразную глубокую незаживающую рану.

    — Тропик рака · книга
16. «

    Мы видим повсюду мерзость, жизнь вызывает у нас горечь и отвращение, но все это лишь отражение болезни, которую мы носим в себе.

    Мы видим повсюду мерзость, жизнь вызывает у нас горечь и отвращение, но все это лишь отражение болезни, которую мы носим в себе.

    — Сексус · книга
17. «

    Я сразу же понял, что он – идиот, но идиоты часто обладают талантом наживать состояния.

    Я сразу же понял, что он – идиот, но идиоты часто обладают талантом наживать состояния.

    — Тропик рака · книга
18. «

    Действовать надо, как если бы прошлое было мертво, а будущее неосуществимо. Действовать надо, как если бы следующий шаг был последним, каковым он, в сущности, и является.

    Действовать надо, как если бы прошлое было мертво, а будущее неосуществимо. Действовать надо, как если бы следующий шаг был последним, каковым он, в сущности, и является.

    — Чёрная весна · книга
19. «

    Не будет ни плохого, ни страшного, ни злого, если мы отпустим себя. Но людям трудно в это поверить.

    Не будет ни плохого, ни страшного, ни злого, если мы отпустим себя. Но людям трудно в это поверить.

    — Сексус · книга
20. «

    Возможно, дед был прав: меня с детства испортила страсть к чтению. Теперь я давно уже ничего не читаю, но отрава до сих пор сидит во мне. Люди стали для меня книгами. Я прочитываю их от корки до корки и выбрасываю за ненадобностью. Чем больше читаю, тем ненасытнее становлюсь. Этому нет конца и не будет, пока я снова не выстрою мост к жизни, от которой отгородился в детстве.

    Возможно, дед был прав: меня с детства испортила страсть к чтению. Теперь я давно уже ничего не читаю, но отрава до сих пор сидит во мне. Люди стали для меня книгами. Я прочитываю их от корки до корки и выбрасываю за ненадобностью. Чем больше читаю, тем ненасытнее становлюсь. Этому нет конца и не будет, пока я снова не выстрою мост к жизни, от которой отгородился в детстве.

    — Тропик Козерога · книга