23 мудрых мыслей Георгого Иванова

Георгий Иванов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 23 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Этой жизни нелепость и нежность Проходя, как под теплым дождем, Знаем мы — впереди неизбежность, Но ее появленья не ждем.

   Этой жизни нелепость и нежность Проходя, как под теплым дождем, Знаем мы — впереди неизбежность, Но ее появленья не ждем.
2. «

   Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно.

   Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно.
3. «

   Вновь с тобою рядом лёжа, Я вдыхаю нежный запах Тела, пахнущего морем И миндальным молоком.

   Вновь с тобою рядом лёжа, Я вдыхаю нежный запах Тела, пахнущего морем И миндальным молоком.
4. «

   Я не любим никем! Пустая осень! Нагие ветки средь лимонной мглы. А за киотом дряхлые колосья Висят пропылены и тяжелы.

   Я не любим никем! Пустая осень! Нагие ветки средь лимонной мглы. А за киотом дряхлые колосья Висят пропылены и тяжелы.
5. «

   Всё образует в жизни круг - Слиянье уст, пожатье рук.

   Всё образует в жизни круг - Слиянье уст, пожатье рук.
6. «

   Тонким льдом затянуты лужицы, Словно лед чиста синева. Не сверкает уже, не кружится Обессиленная листва. В сердце нет ни тоски, ни радости, Но покоя в нем тоже нет: Как забыть о весенней сладости, О сиянии прошлых лет?..

   Тонким льдом затянуты лужицы, Словно лед чиста синева. Не сверкает уже, не кружится Обессиленная листва. В сердце нет ни тоски, ни радости, Но покоя в нем тоже нет: Как забыть о весенней сладости, О сиянии прошлых лет?..
7. «

   А что такое вдохновенье? — Так... Неожиданно, слегка Сияющее дуновенье Божественного ветерка.

   А что такое вдохновенье? — Так... Неожиданно, слегка Сияющее дуновенье Божественного ветерка.
8. «

   Повторяются дождик и снег, Повторяются нежность и грусть, То, что знает любой человек, Что известно ему наизусть.

   Повторяются дождик и снег, Повторяются нежность и грусть, То, что знает любой человек, Что известно ему наизусть.
9. «

   В кафе сидит человек. Обыкновенный человечек, ноль. Один из тех, о которых пишут после катастрофы: убито десять, ранено двадцать шесть. Не директор треста, не изобретатель, не Линдберг, не Чаплин, не Монтерлан. Он прочел газету и знает теперь, как настроено общественное мнение Англии. Он допил кофе и зовёт гарсона, чтобы расплатиться. Он рассеянно думает, что ему дальше делать — пойти в кинематограф или отложить деньги на лотерейный билет. Он спокоен, он мирно настроен, он спит, ему снится чепуха. И вдруг, внезапно он видит перед собой чёрную дыру своего одиночества. Сердце перестает биться, легкие отказываются дышать. Мука, похожая на восхищение.

   В кафе сидит человек. Обыкновенный человечек, ноль. Один из тех, о которых пишут после катастрофы: убито десять, ранено двадцать шесть. Не директор треста, не изобретатель, не Линдберг, не Чаплин, не Монтерлан. Он прочел газету и знает теперь, как настроено общественное мнение Англии. Он допил кофе и зовёт гарсона, чтобы расплатиться. Он рассеянно думает, что ему дальше делать — пойти в кинематограф или отложить деньги на лотерейный билет. Он спокоен, он мирно настроен, он спит, ему снится чепуха. И вдруг, внезапно он видит перед собой чёрную дыру своего одиночества. Сердце перестает биться, легкие отказываются дышать. Мука, похожая на восхищение.

   — Распад атома · книга
10. «

    Страсть? А если нет и страсти? Власть? А если нет и власти Даже над самим собой?

    Страсть? А если нет и страсти? Власть? А если нет и власти Даже над самим собой?
11. «

    Это наша неповторимая жизнь. Когда-нибудь, через сто лет, о нас напишут поэму, но там будут только звонкие рифмы и ложь. Правда здесь. Правда этот день, этот час, это ускользающее мгновение.

    Это наша неповторимая жизнь. Когда-нибудь, через сто лет, о нас напишут поэму, но там будут только звонкие рифмы и ложь. Правда здесь. Правда этот день, этот час, это ускользающее мгновение.

    — Распад атома · книга
12. «

    Ночь, как Сахара, как ад, горяча. Дымный рассвет. Полыхает свеча. Вот начертил на блокнотном листке Я Размахайчика в чёрном венке, Лапки и хвостика тонкая нить...

    Ночь, как Сахара, как ад, горяча. Дымный рассвет. Полыхает свеча. Вот начертил на блокнотном листке Я Размахайчика в чёрном венке, Лапки и хвостика тонкая нить...
13. «

    О нет, не обращаюсь к миру я И вашего не жду признания. Я попросту хлороформирую Поэзией своё сознание.

    О нет, не обращаюсь к миру я И вашего не жду признания. Я попросту хлороформирую Поэзией своё сознание.
14. «

    Тише... Это жизнь уходит, Все любя и все губя. Слышишь? Это ночь уводит В вечность звёздную тебя.

    Тише... Это жизнь уходит, Все любя и все губя. Слышишь? Это ночь уводит В вечность звёздную тебя.
15. «

    Глядит печаль огромными глазами На золото осенних тополей, На первый треугольник журавлей, И взмахивает слабыми крылами. Малиновка моя, не улетай, Зачем тебе Алжир, зачем Китай?

    Глядит печаль огромными глазами На золото осенних тополей, На первый треугольник журавлей, И взмахивает слабыми крылами. Малиновка моя, не улетай, Зачем тебе Алжир, зачем Китай?
16. «

    Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет.

    Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет.
17. «

    За бессмыслицу! За неудачи! За потерю всего дорого! И за то, что могло быть иначе, И за то — что не надо другого!

    За бессмыслицу! За неудачи! За потерю всего дорого! И за то, что могло быть иначе, И за то — что не надо другого!
18. «

    Увяданьем еле тронут Мир печальный и прекрасный, Паруса плывут и тонут, Голоса зовут и гаснут.

    Увяданьем еле тронут Мир печальный и прекрасный, Паруса плывут и тонут, Голоса зовут и гаснут.
19. «

    Мы в сумерках блуждаем, И, обречённые любить и умирать, Так редко о любви и смерти вспоминаем.

    Мы в сумерках блуждаем, И, обречённые любить и умирать, Так редко о любви и смерти вспоминаем.
20. «

    «Бедные люди» — пример тавтологии, Кем это сказано? Может быть, мной.

    «Бедные люди» — пример тавтологии, Кем это сказано? Может быть, мной.