319 фраз Гийома Мюссо, которые запоминаются

Ниже 319 цитат Гийома Мюссо — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я начинал предчувствовать, что персонажи романа не созданы для реальной жизни. Я знал Билли, ее недостатки и тревоги, ее простодушие и уязвимость. В каком-то смысле я чувствовал себя в ответе за то, что с ней происходило.

   Я начинал предчувствовать, что персонажи романа не созданы для реальной жизни. Я знал Билли, ее недостатки и тревоги, ее простодушие и уязвимость. В каком-то смысле я чувствовал себя в ответе за то, что с ней происходило.

   — Том Бойд · книга
2. «

   Несчастье одних — счастье для других.

   Несчастье одних — счастье для других.

   — Бумажная девушка · книга
3. «

   Мы буквально читали мысли друг друга, и наше взаимопонимание неизменно меня изумляло. Винка стала для меня родной душой, которую я ждал с той поры, как достиг того возраста, когда начинаешь кого-то ждать.

   Мы буквально читали мысли друг друга, и наше взаимопонимание неизменно меня изумляло. Винка стала для меня родной душой, которую я ждал с той поры, как достиг того возраста, когда начинаешь кого-то ждать.

   — Тома Дегале · книга
4. «

   В жизни нет правила понимать других. История жизни состоит в том, чтобы заблуждаться на их счет снова и снова, заблуждаться всегда и с ожесточением, хорошенько подумать — и снова ошибиться.

   В жизни нет правила понимать других. История жизни состоит в том, чтобы заблуждаться на их счет снова и снова, заблуждаться всегда и с ожесточением, хорошенько подумать — и снова ошибиться.

   — Филип Рот · книга
5. «

   Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.

   Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.

   — Флора Конвей · книга
6. «

   Когда я был несчастен, когда не с кем было перемолвиться словечком, у меня оставались мои персонажи. Я знал, что некоторые из них еще несчастнее меня. Это было далеко не утешение, скорее чувство братства.

   Когда я был несчастен, когда не с кем было перемолвиться словечком, у меня оставались мои персонажи. Я знал, что некоторые из них еще несчастнее меня. Это было далеко не утешение, скорее чувство братства.

   — Ромен Озорски · книга
7. «

   Только в объятиях Габриэль он понял, что такое любовь. Почему же любовь сильнее самого крепкого наркотика? Почему приносит столько страданий?

   Только в объятиях Габриэль он понял, что такое любовь. Почему же любовь сильнее самого крепкого наркотика? Почему приносит столько страданий?

   — Мартен. · книга
8. «

   Не смей подпускать к себе воспоминания. Воспоминания надо держать под замком, обороняться от них, не приближаться к ним ни на шаг, иначе — гибель!

   Не смей подпускать к себе воспоминания. Воспоминания надо держать под замком, обороняться от них, не приближаться к ним ни на шаг, иначе — гибель!

   — Девушка из Бруклина · книга
9. «

   Холодной рассудочности я всегда предпочитал безрассудную страсть.

   Холодной рассудочности я всегда предпочитал безрассудную страсть.

   — Анатоль Франс · книга
10. «

    Любовь — это право заставлять нас страдать, которое мы даем другому.

    Любовь — это право заставлять нас страдать, которое мы даем другому.

    — Федор Михайлович Достоевский · книга
11. «

    Читая книги, жизни не узнаешь. Ее можно познать, только получая жестокие удары судьбы.

    Читая книги, жизни не узнаешь. Ее можно познать, только получая жестокие удары судьбы.

    — Ты будешь там? · книга
12. «

    Жизнь — это очень непростая вещь, иногда она просто издевается над нами, подсовывая хорошего человека в неудачный момент.

    Жизнь — это очень непростая вещь, иногда она просто издевается над нами, подсовывая хорошего человека в неудачный момент.

    — Арчибальд · книга
13. «

    Любить — это не просто! Любить — значит надеяться выиграть все, рискуя все потерять.

    Любить — это не просто! Любить — значит надеяться выиграть все, рискуя все потерять.

    — Габриэль · книга
14. «

    Полиция — всюду, правосудие — нигде.

    Полиция — всюду, правосудие — нигде.

    — Виктор Гюго · книга
15. «

    Будь вокруг нас столько ужасов, как у вас в романах, нам бы несдобровать.

    Будь вокруг нас столько ужасов, как у вас в романах, нам бы несдобровать.

    — шофер такси · книга
16. «

    Аудитория снова зааплодировала, когда в зале выключили свет, и метрдотель подошел к столику Авроры и Рафаэля Барроса. Он нес на серебряном подносе кольцо с бриллиантом. Рафаэль опустился на одно колено, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. В стороне стоял официант, готовый открыть шампанское, чтобы отпраздновать «да» Авроры. Все было идеально продумано и просчитано, в духе любителей слюнявого романтизма и праздников, продаваемых по каталогу.

    Аудитория снова зааплодировала, когда в зале выключили свет, и метрдотель подошел к столику Авроры и Рафаэля Барроса. Он нес на серебряном подносе кольцо с бриллиантом. Рафаэль опустился на одно колено, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. В стороне стоял официант, готовый открыть шампанское, чтобы отпраздновать «да» Авроры. Все было идеально продумано и просчитано, в духе любителей слюнявого романтизма и праздников, продаваемых по каталогу.

    — Том Бойд · книга
17. «

    Никогда нельзя быть уверенным в женщине, которую любишь.

    Никогда нельзя быть уверенным в женщине, которую любишь.

    — Леопольд фон Захер-Мазох · книга
18. «

    Сколько же лет сыновья нуждаются отце? Пятнадцать? Двадцать? Или всю жизнь?

    Сколько же лет сыновья нуждаются отце? Пятнадцать? Двадцать? Или всю жизнь?

    — Франсис Бьянкардини · книга
19. «

    Такова одна из причуд жизни. Будучи сам как на иголках, я тем не менее обладал странным свойством успокаивать людей.

    Такова одна из причуд жизни. Будучи сам как на иголках, я тем не менее обладал странным свойством успокаивать людей.

    — Тома Дегале · книга
20. «

    Страсть как наркотик: знание последствий никому не мешает продолжать разрушать себя, сунув палец в шестеренку.

    Страсть как наркотик: знание последствий никому не мешает продолжать разрушать себя, сунув палец в шестеренку.

    — Том Бойд · книга