Гийом Мюссо: 300 высказываний о главном

Ниже 300 цитат Гийома Мюссо — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Нет ничего более обманчивого, чем фотография. Мы думаем, что навсегда запечатлели счастливый момент, а на самом деле лишь прибавляем грусти, которой и так хватает в этом мире. Мы нажимаем на кнопку, а счастливое мгновение уже закончилось.

   Нет ничего более обманчивого, чем фотография. Мы думаем, что навсегда запечатлели счастливый момент, а на самом деле лишь прибавляем грусти, которой и так хватает в этом мире. Мы нажимаем на кнопку, а счастливое мгновение уже закончилось.

   — Спаси меня · книга
2. «

   Сочинять роман — дело хитрое и сложное.

   Сочинять роман — дело хитрое и сложное.

   — Девушка и ночь · книга
3. «

   Холодной рассудочности я всегда предпочитал безрассудную страсть.

   Холодной рассудочности я всегда предпочитал безрассудную страсть.

   — Анатоль Франс · книга
4. «

   Жизнь переделать нельзя, ее можно только продолжать.

   Жизнь переделать нельзя, ее можно только продолжать.

   — Потому что я тебя люблю · книга
5. «

   Я не хочу строить свою жизнь на чувствах, потому что чувства меняются. Они хрупкие и неопределенные. Ты их считаешь глубокими, а они устремляются за первой попавшейся юбкой или призывной улыбкой. Занимаюсь музыкой, потому что она никогда не уйдет из моей жизни. Люблю книги, потому что книги всегда будут со мной.

   Я не хочу строить свою жизнь на чувствах, потому что чувства меняются. Они хрупкие и неопределенные. Ты их считаешь глубокими, а они устремляются за первой попавшейся юбкой или призывной улыбкой. Занимаюсь музыкой, потому что она никогда не уйдет из моей жизни. Люблю книги, потому что книги всегда будут со мной.

   — Аврора · книга
6. «

   Не думай о вещах, которые тебе не принадлежат, будто они у тебя уже есть; лучше проведи подсчет самого ценного своего имущества и подумай, стал бы ты стремиться к его обладанию и на что готов был бы пойти, чтобы иметь эти вещи, если бы у тебя их не было.

   Не думай о вещах, которые тебе не принадлежат, будто они у тебя уже есть; лучше проведи подсчет самого ценного своего имущества и подумай, стал бы ты стремиться к его обладанию и на что готов был бы пойти, чтобы иметь эти вещи, если бы у тебя их не было.

   — Марк Аврелий · книга
7. «

   Замёрзнув ночью, я встал и накрыл его вторым одеялом.

   Замёрзнув ночью, я встал и накрыл его вторым одеялом.

   — Бумажная девушка · книга
8. «

   На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.

   На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.

   — Флора Конвей · книга
9. «

   В голове вертелась строчка Арагона: «Быть человеком значит бесконечно падать».

   В голове вертелась строчка Арагона: «Быть человеком значит бесконечно падать».

   — Марк · книга
10. «

    Есть ли все-таки у людей право защищать своих друзей от самих себя?

    Есть ли все-таки у людей право защищать своих друзей от самих себя?

    — Мило Ломбардо · книга
11. «

    Что проку в свободе мертвецу?

    Что проку в свободе мертвецу?

    — Клэр Жульяни · книга
12. «

    – Мне сейчас не нужен мужчина! – сказала она вслух, чтобы убедить в этом саму себя. – Тем лучше, милочка! Нам больше достанется, – раздался женский голос из кабинки.

    – Мне сейчас не нужен мужчина! – сказала она вслух, чтобы убедить в этом саму себя. – Тем лучше, милочка! Нам больше достанется, – раздался женский голос из кабинки.

    — Жюльет Бомон · книга
13. «

    Я не щадил Билли в моих историях, но для меня это не имело никаких последствий. Она была вымышленным персонажем, чистой абстракцией, существовавшей исключительно в моем воображении и в воображении читателей. Героиня, чье материальное существование сводилось всего лишь к нескольким строчкам, напечатанным на листках бумаги. И вот теперь создание восстало против своего создателя!

    Я не щадил Билли в моих историях, но для меня это не имело никаких последствий. Она была вымышленным персонажем, чистой абстракцией, существовавшей исключительно в моем воображении и в воображении читателей. Героиня, чье материальное существование сводилось всего лишь к нескольким строчкам, напечатанным на листках бумаги. И вот теперь создание восстало против своего создателя!

    — Том Бойд · книга
14. «

    Взрослые любят поиграть в страшилки. Им нужны страшные сказки, чтобы совладать с собственными страхами.

    Взрослые любят поиграть в страшилки. Им нужны страшные сказки, чтобы совладать с собственными страхами.

    — Рафаэль · книга
15. «

    Я хотел разделить с тобой жизнь, в глубине души я верю, что это и есть любовь: желание проживать все вместе, делая свою жизнь богаче благодаря отличиям в характере твоей «второй половины». Я был готов к этому союзу, готов преодолевать препятствия бок о бок с тобой. Едва ли нам было бы легко — легко никогда не бывает, — но именно этого мне хотелось: повседневности, торжествующей над препятствиями, которыми усеяно наше существование.

    Я хотел разделить с тобой жизнь, в глубине души я верю, что это и есть любовь: желание проживать все вместе, делая свою жизнь богаче благодаря отличиям в характере твоей «второй половины». Я был готов к этому союзу, готов преодолевать препятствия бок о бок с тобой. Едва ли нам было бы легко — легко никогда не бывает, — но именно этого мне хотелось: повседневности, торжествующей над препятствиями, которыми усеяно наше существование.

    — Том Бойд · книга
16. «

    Чтение — это пакт щедрости между автором и читателем; один доверяет другому, один рассчитывает на другого.

    Чтение — это пакт щедрости между автором и читателем; один доверяет другому, один рассчитывает на другого.

    — Жан-Поль Сартр · книга
17. «

    Гегель, кажется, утверждал, что мы думаем словами; только облаченная в словесную форму, мысль обретает настоящий смысл и истинное значение. Но слова часто оставались пустым звуком. Стала больше доверять не словам, а языку тела, выражению лица, взглядам, жестам...

    Гегель, кажется, утверждал, что мы думаем словами; только облаченная в словесную форму, мысль обретает настоящий смысл и истинное значение. Но слова часто оставались пустым звуком. Стала больше доверять не словам, а языку тела, выражению лица, взглядам, жестам...

    — Габриэль · книга
18. «

    Я снимаю с ручки колпачок и начинаю писать. Всю жизнь я только этим и занимался. Писал, влекомый двойным противоречивым порывом: воздвигать стены и распахивать двери. Стены — чтобы оградить действительность от разрушительной жестокости, а двери — чтобы вырваться в параллельный мир, ту же действительность, но не такую, какая она есть, а такую, какой она должна быть.

    Я снимаю с ручки колпачок и начинаю писать. Всю жизнь я только этим и занимался. Писал, влекомый двойным противоречивым порывом: воздвигать стены и распахивать двери. Стены — чтобы оградить действительность от разрушительной жестокости, а двери — чтобы вырваться в параллельный мир, ту же действительность, но не такую, какая она есть, а такую, какой она должна быть.

    — Девушка и ночь · книга
19. «

    Мир не сделает тебе подарка, поверь мне. Если хочешь иметь полноценную жизнь, укради ее сам.

    Мир не сделает тебе подарка, поверь мне. Если хочешь иметь полноценную жизнь, укради ее сам.

    — Лу Андреас-Саломе · книга
20. «

    На родине Нико даже защитила диссертацию по истории искусств, но на жизнь не хватало, поэтому переехала из Киева в Москву, где опять еле сводила концы с концами, работая манекенщицей в каком-то мелком агентстве. Кто-то посулил ей золотые горы на Западе, и Нико отправилась в Париж. Эдем оказался адом, когда она столкнулась с реальностью.

    На родине Нико даже защитила диссертацию по истории искусств, но на жизнь не хватало, поэтому переехала из Киева в Москву, где опять еле сводила концы с концами, работая манекенщицей в каком-то мелком агентстве. Кто-то посулил ей золотые горы на Западе, и Нико отправилась в Париж. Эдем оказался адом, когда она столкнулась с реальностью.

    — Я не могу без тебя · книга