334 цитаты Гийома Мюссо — подборка на все случаи

Ниже 334 цитаты Гийома Мюссо — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я со вздохом вспомнил Набокова, называвшего своих персонажей «каторжниками», невольниками в мире, в котором он был «абсолютным диктатором, единственным ответственным за стабильность и правду».

   Я со вздохом вспомнил Набокова, называвшего своих персонажей «каторжниками», невольниками в мире, в котором он был «абсолютным диктатором, единственным ответственным за стабильность и правду».

   — Ромен Озорски · книга
2. «

   Сегодня первый день из тех, что тебе осталось прожить.

   Сегодня первый день из тех, что тебе осталось прожить.

   — Спаси меня · книга
3. «

   Никогда нельзя быть уверенным в женщине, которую любишь.

   Никогда нельзя быть уверенным в женщине, которую любишь.

   — Леопольд фон Захер-Мазох · книга
4. «

   Всегда найдутся люди, готовые сопротивляться, сражаться с общественными несправедливостями, не мириться с объявленными катастрофами.

   Всегда найдутся люди, готовые сопротивляться, сражаться с общественными несправедливостями, не мириться с объявленными катастрофами.

   — Квартира в Париже · книга
5. «

   Не знаю, кто сказал, что люди достойны той судьбы, которую они способны претерпеть, только это неправда. Чаще всего судьба выступает в роли эдакой продувной, порочной бестии, которой в радость ломать жизнь слабейшим, в то время как бессчетное число безмозглых подонков живут долго и счастливо.

   Не знаю, кто сказал, что люди достойны той судьбы, которую они способны претерпеть, только это неправда. Чаще всего судьба выступает в роли эдакой продувной, порочной бестии, которой в радость ломать жизнь слабейшим, в то время как бессчетное число безмозглых подонков живут долго и счастливо.

   — Тома Дегале · книга
6. «

   Кто управляет прошлым, тот управляет будущим.

   Кто управляет прошлым, тот управляет будущим.

   — Олдос Хексли · книга
7. «

   Жизнь иногда поворачивает на 180 градусов, и когда она это делает, это называется крутой вираж.

   Жизнь иногда поворачивает на 180 градусов, и когда она это делает, это называется крутой вираж.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   Книги — особый предмет, сродни волшебной палочке. Пропуск в иной мир. Бегство. Книги могут стать лекарством и помочь справиться с житейскими передрягами.

   Книги — особый предмет, сродни волшебной палочке. Пропуск в иной мир. Бегство. Книги могут стать лекарством и помочь справиться с житейскими передрягами.

   — Рафаэль · книга
9. «

   Для меня любовь была как кислород, единственное, что придавало жизни немного блеска, сияния и интенсивности. Для Авроры, какой бы волшебной ни была любовь, она в конечном итоге оказывалась только иллюзией и обманом.

   Для меня любовь была как кислород, единственное, что придавало жизни немного блеска, сияния и интенсивности. Для Авроры, какой бы волшебной ни была любовь, она в конечном итоге оказывалась только иллюзией и обманом.

   — Том Бойд · книга
10. «

    Для тех, кто наверху, Франция несет золотые яйца. А тем, кто внизу, — жрать свою лапшу и не трепыхаться!

    Для тех, кто наверху, Франция несет золотые яйца. А тем, кто внизу, — жрать свою лапшу и не трепыхаться!

    — Жизнь как роман · книга
11. «

    Великие преступники нужны человечеству хотя бы для того, чтобы оно могло понять, что такое Зло. Добро существует только потому, что есть Зло. Если нет болезни, то нет врачей, если не пожара, нет спасателей, без врага нет солдата.

    Великие преступники нужны человечеству хотя бы для того, чтобы оно могло понять, что такое Зло. Добро существует только потому, что есть Зло. Если нет болезни, то нет врачей, если не пожара, нет спасателей, без врага нет солдата.

    — Спаси меня · книга
12. «

    Я хотел разделить с тобой жизнь, в глубине души я верю, что это и есть любовь: желание проживать все вместе, делая свою жизнь богаче благодаря отличиям в характере твоей «второй половины». Я был готов к этому союзу, готов преодолевать препятствия бок о бок с тобой. Едва ли нам было бы легко — легко никогда не бывает, — но именно этого мне хотелось: повседневности, торжествующей над препятствиями, которыми усеяно наше существование.

    Я хотел разделить с тобой жизнь, в глубине души я верю, что это и есть любовь: желание проживать все вместе, делая свою жизнь богаче благодаря отличиям в характере твоей «второй половины». Я был готов к этому союзу, готов преодолевать препятствия бок о бок с тобой. Едва ли нам было бы легко — легко никогда не бывает, — но именно этого мне хотелось: повседневности, торжествующей над препятствиями, которыми усеяно наше существование.

    — Том Бойд · книга
13. «

    Многие считают, что самые прекрасные истории любви не могут длиться долго. Если это действительно так, то пламенные поцелуи — те, которые не состоялись.

    Многие считают, что самые прекрасные истории любви не могут длиться долго. Если это действительно так, то пламенные поцелуи — те, которые не состоялись.

    — Мартен. · книга
14. «

    Мифология, возможно, уместна в твоих романах, но в реальности все действует совершенно по-другому.

    Мифология, возможно, уместна в твоих романах, но в реальности все действует совершенно по-другому.

    — Мило Ломбардо · книга
15. «

    Тут я вспомнил притчу о скорпионе и лягушке: «Зачем ты ужалил меня? — спрашивает лягушка скорпиона, когда они вдвоем оказались на середине реки, — ведь ты умрешь вместе со мной». «Потому что я скорпион», — отвечает ей тот».

    Тут я вспомнил притчу о скорпионе и лягушке: «Зачем ты ужалил меня? — спрашивает лягушка скорпиона, когда они вдвоем оказались на середине реки, — ведь ты умрешь вместе со мной». «Потому что я скорпион», — отвечает ей тот».

    — Тома Дегале · книга
16. «

    Любви с первого взгляда не существует. Это обычные биологические процессы.

    Любви с первого взгляда не существует. Это обычные биологические процессы.

    — Спаси меня · книга
17. «

    Сколько себя помню, я всегда чувствовал себя одиноким, немного чужим в этом шумном, обыденном мире, который поражал, как заразная болезнь. Одно время я убеждал себя, что от тоскливого чувства одиночества могут избавить книги, но от книг нельзя требовать слишком многого. Они пичкают разными историями, как бы по доверенности вынуждают проживать обрывки чужих жизней, но они никогда не обнимут и не утешат, когда станет страшно.

    Сколько себя помню, я всегда чувствовал себя одиноким, немного чужим в этом шумном, обыденном мире, который поражал, как заразная болезнь. Одно время я убеждал себя, что от тоскливого чувства одиночества могут избавить книги, но от книг нельзя требовать слишком многого. Они пичкают разными историями, как бы по доверенности вынуждают проживать обрывки чужих жизней, но они никогда не обнимут и не утешат, когда станет страшно.

    — Девушка и ночь · книга
18. «

    Аудитория снова зааплодировала, когда в зале выключили свет, и метрдотель подошел к столику Авроры и Рафаэля Барроса. Он нес на серебряном подносе кольцо с бриллиантом. Рафаэль опустился на одно колено, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. В стороне стоял официант, готовый открыть шампанское, чтобы отпраздновать «да» Авроры. Все было идеально продумано и просчитано, в духе любителей слюнявого романтизма и праздников, продаваемых по каталогу.

    Аудитория снова зааплодировала, когда в зале выключили свет, и метрдотель подошел к столику Авроры и Рафаэля Барроса. Он нес на серебряном подносе кольцо с бриллиантом. Рафаэль опустился на одно колено, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. В стороне стоял официант, готовый открыть шампанское, чтобы отпраздновать «да» Авроры. Все было идеально продумано и просчитано, в духе любителей слюнявого романтизма и праздников, продаваемых по каталогу.

    — Том Бойд · книга
19. «

    Чаще всего судьба выступает в роли эдакой продувной, порочной бестии, которой в радость ломать жизнь слабейшим, в то время как бессчетное число безмозглых подонков живут долго и счастливо.

    Чаще всего судьба выступает в роли эдакой продувной, порочной бестии, которой в радость ломать жизнь слабейшим, в то время как бессчетное число безмозглых подонков живут долго и счастливо.

    — Девушка и ночь · книга
20. «

    Франсис давно свыкся с мыслью, что жизнь посылает человеку только такие испытания, какие ему по силам. Добро влечет за собой зло, а зло влечет за собой добро.

    Франсис давно свыкся с мыслью, что жизнь посылает человеку только такие испытания, какие ему по силам. Добро влечет за собой зло, а зло влечет за собой добро.

    — Девушка и ночь · книга