77 цитат Гилберта Кита Честертона, проверенных временем

Подборка из 77 цитат Гилберта Кита Честертона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Такова любовь. Она состоит из великих моментов и живет воспоминаниями о них. Может быть, она иллюзорна и непрочна. Может быть, напротив, она вечна и потому сильнее времени. Но дружба пожирает время.

   Такова любовь. Она состоит из великих моментов и живет воспоминаниями о них. Может быть, она иллюзорна и непрочна. Может быть, напротив, она вечна и потому сильнее времени. Но дружба пожирает время.

   — Парадоксы мистера Понда · книга
2. «

   Тяжелым человеком быть легко, легким — тяжело.

   Тяжелым человеком быть легко, легким — тяжело.
3. «

   Почему практичные люди убеждены, что зло всегда побеждает? Что умен тот, кто жесток, и даже дурак лучше умного, если он достаточно подл? Почему им кажется, что честь — это чувствительность, а чувствительность — это слабость? Потому что они, как и все люди, руководствуются своей верой. Для них, как и для всех, в основе основ лежит их собственное представление о природе вещей, о природе мира, в котором они живут; они считают, что миром движет страх и потому сердце мира — зло. Они верят, что смерть сильней жизни и потому мертвое сильнее живого.

   Почему практичные люди убеждены, что зло всегда побеждает? Что умен тот, кто жесток, и даже дурак лучше умного, если он достаточно подл? Почему им кажется, что честь — это чувствительность, а чувствительность — это слабость? Потому что они, как и все люди, руководствуются своей верой. Для них, как и для всех, в основе основ лежит их собственное представление о природе вещей, о природе мира, в котором они живут; они считают, что миром движет страх и потому сердце мира — зло. Они верят, что смерть сильней жизни и потому мертвое сильнее живого.

   — Вечный человек · книга
4. «

   История всегда кажется бессмысленной и несерьезной, если упускать из виду то, что действительно случилось. Вот почему газеты так скучны.

   История всегда кажется бессмысленной и несерьезной, если упускать из виду то, что действительно случилось. Вот почему газеты так скучны.

   — мистер Понд · книга
5. «

   Я стал вас испытывать. Когда человеку дадут солёный кофе, он обычно сердится. Если же он терпит, значит, он боится себя выдать. Я насыпал в сахарницу соль, а в солонку-сахар, и вы стерпели. Когда счёт гораздо больше, чем надо, это, конечно, вызывает недоумение. Если человек по нему платит, значит, он хочет избежать скандала. Я приписал единицу, и вы заплатили.

   Я стал вас испытывать. Когда человеку дадут солёный кофе, он обычно сердится. Если же он терпит, значит, он боится себя выдать. Я насыпал в сахарницу соль, а в солонку-сахар, и вы стерпели. Когда счёт гораздо больше, чем надо, это, конечно, вызывает недоумение. Если человек по нему платит, значит, он хочет избежать скандала. Я приписал единицу, и вы заплатили.

   — Рассказы о патере Брауне · книга
6. «

   ... сравнивать лейтенанта фон Гохеймера с собакой было бы несправедливо. Несправедливо по отношению к собаке, существу куда более восприимчивому к живому.

   ... сравнивать лейтенанта фон Гохеймера с собакой было бы несправедливо. Несправедливо по отношению к собаке, существу куда более восприимчивому к живому.

   — Парадоксы мистера Понда · книга
7. «

   Мне кажется, у вульгарности — два непременных признака: для неё нет ничего трудного и ничего чуждого. Человек вульгарный, в полном смысле слова, изливается — мысли и чувства хлещут из него, он их не отбирает, не фильтрует. Он всё на свете знает, то есть, не знает ничего. Тот, кто знает всё, утратил священный трепет... он судит обо всём нескромно, свысока, он забыл, что всё на свете по-своему священно.

   Мне кажется, у вульгарности — два непременных признака: для неё нет ничего трудного и ничего чуждого. Человек вульгарный, в полном смысле слова, изливается — мысли и чувства хлещут из него, он их не отбирает, не фильтрует. Он всё на свете знает, то есть, не знает ничего. Тот, кто знает всё, утратил священный трепет... он судит обо всём нескромно, свысока, он забыл, что всё на свете по-своему священно.
8. «

   День за днем я хотел убить вас, но меня удерживал предрассудок, который вы наконец разрушили. День за днем вы добивали те сомнения, что защищали вас от гибели. Мудрец, резонер, глупец! Сегодня вечером для вас было бы лучше, чтобы я все еще верил в Бога, и в Его заповедь «не убий». <...> Только одно защищало вас и сохраняло мир между нами — наше несогласие. Теперь мы пришли к согласию, мы едины в мнениях. <...> Мы примирились.

   День за днем я хотел убить вас, но меня удерживал предрассудок, который вы наконец разрушили. День за днем вы добивали те сомнения, что защищали вас от гибели. Мудрец, резонер, глупец! Сегодня вечером для вас было бы лучше, чтобы я все еще верил в Бога, и в Его заповедь «не убий». <...> Только одно защищало вас и сохраняло мир между нами — наше несогласие. Теперь мы пришли к согласию, мы едины в мнениях. <...> Мы примирились.

   — Роберт Ангус · книга
9. «

   Когда триумф — мерило всего, поклонникам успеха его не дождаться. Пока надежда действительно остаётся, её рассматривают как банальность и пошлость; и только когда дела безнадежны, надежда начинает набирать силу. Подобно всем христианским добродетелям, она и безрассудна, и обязательна.

   Когда триумф — мерило всего, поклонникам успеха его не дождаться. Пока надежда действительно остаётся, её рассматривают как банальность и пошлость; и только когда дела безнадежны, надежда начинает набирать силу. Подобно всем христианским добродетелям, она и безрассудна, и обязательна.

   — Еретики · книга
10. «

    Обычное мнение о безумии обманчиво: человек теряет вовсе не логику; он теряет все, кроме логики.

    Обычное мнение о безумии обманчиво: человек теряет вовсе не логику; он теряет все, кроме логики.
11. «

    Когда человек слышит нечто, переворачивающее все в мире вверх ногами: что хвост виляет собакой, что рыба поймала рыбака, что земля вращается вокруг луны, — проходит время, прежде чем он может всерьез переспросить, не ослышался ли он. Он еще держится за мысль, что все это абсолютно противоречит очевидной истине.

    Когда человек слышит нечто, переворачивающее все в мире вверх ногами: что хвост виляет собакой, что рыба поймала рыбака, что земля вращается вокруг луны, — проходит время, прежде чем он может всерьез переспросить, не ослышался ли он. Он еще держится за мысль, что все это абсолютно противоречит очевидной истине.

    — отец Браун · книга
12. «

    ... Не нужно думать, что рыцарями рождаются. Рыцарство — удел бедняков. Знати благородные заветы нипочём, их дело — мода.

    ... Не нужно думать, что рыцарями рождаются. Рыцарство — удел бедняков. Знати благородные заветы нипочём, их дело — мода.

    — Происшествие в Боэн Биконе · книга
13. «

    Человек никогда не будет хорошим, пока не поймет, какой он плохой или каким плохим он мог бы стать; пока он не поймет, как мало права у него ухмыляться и толковать о «преступниках», словно это обезьяны где-нибудь в дальнем лесу; пока он не перестанет так гнусно обманывать себя, так глупо болтать о «низшем типе» и «порочном черепе»; пока он не выжмет из своей души последней капли фарисейского елея; пока надеется загнать преступника и накрыть его сачком, как насекомое.

    Человек никогда не будет хорошим, пока не поймет, какой он плохой или каким плохим он мог бы стать; пока он не поймет, как мало права у него ухмыляться и толковать о «преступниках», словно это обезьяны где-нибудь в дальнем лесу; пока он не перестанет так гнусно обманывать себя, так глупо болтать о «низшем типе» и «порочном черепе»; пока он не выжмет из своей души последней капли фарисейского елея; пока надеется загнать преступника и накрыть его сачком, как насекомое.

    — Тайна отца Брауна · книга
14. «

    Если ты не прячешься, никто тебя искать не будет.

    Если ты не прячешься, никто тебя искать не будет.

    — Человек, который был Четвергом · книга
15. «

    Смысл Нового года не в том, чтобы получить еще один год, а в том, чтобы обрести новую душу.

    Смысл Нового года не в том, чтобы получить еще один год, а в том, чтобы обрести новую душу.
16. «

    ... представить его стоящим на голове было бы менее затруднительно, нежели вообразить, что он стремится привлечь внимание. То был спокойнейший в мире человек, слишком спокойный, чтобы зависеть от мира.

    ... представить его стоящим на голове было бы менее затруднительно, нежели вообразить, что он стремится привлечь внимание. То был спокойнейший в мире человек, слишком спокойный, чтобы зависеть от мира.

    — Парадоксы мистера Понда · книга
17. «

    Поверь, самое хорошее в человеке ты постигнешь лишь тогда, когда узнаешь о нем худшее. Мы не поймем странной человеческой души, видя в реальных людях лишь безупречный муляж, которому неведомы ни флирт, ни подкуп.

    Поверь, самое хорошее в человеке ты постигнешь лишь тогда, когда узнаешь о нем худшее. Мы не поймем странной человеческой души, видя в реальных людях лишь безупречный муляж, которому неведомы ни флирт, ни подкуп.

    — Хорн Фишер · книга
18. «

    Без образования нам угрожает ужасная, смертельная опасность — воспринимать образованных людей всерьез.

    Без образования нам угрожает ужасная, смертельная опасность — воспринимать образованных людей всерьез.
19. «

    Серьёзность — не добродетель. Это не совсем соответствует догме, но вполне верно назвать ее пороком. Человеку свойственно воспринимать себя всерьёз. Передовую статью гораздо легче сочинить, чем шутку. Важность — естественная поза; веселье — причудливо, как прыжок. Легко быть тяжёлым; тяжело быть лёгким.

    Серьёзность — не добродетель. Это не совсем соответствует догме, но вполне верно назвать ее пороком. Человеку свойственно воспринимать себя всерьёз. Передовую статью гораздо легче сочинить, чем шутку. Важность — естественная поза; веселье — причудливо, как прыжок. Легко быть тяжёлым; тяжело быть лёгким.

    — Вечный человек · книга
20. «

    Можно понять космос, но не себя; расстояние между собственно человеком и его внутренним «Я» подчас больше, чем расстояние до звезд.

    Можно понять космос, но не себя; расстояние между собственно человеком и его внутренним «Я» подчас больше, чем расстояние до звезд.