30 июля 2026, четверг
Подборка · 138 цитат автора

138 цитат Грэма Джойса для поста и дневника

Подборка из 138 цитат Грэма Джойса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

  1. Каково же быть богатым, если можешь заполучить все эти побрякушки, даже не поморщившись? Какая радость в приобретении без трудов и усилий? Наверное, дюжинами заказываешь драгоценности, чтобы внутри хоть что-то екнуло. Домогаешься лишь того, что шарахнет по твоему богатству.
  2. Не имеет смысла называть эти типы облаков грозовыми тучами. На самом деле они символизируют разлом между мирами. Они порождают молнию.
    Наставница · книга
  3. Джемс был горячим приверженцем корпоративных вечеринок. Все вместе напивались до бесчувствия и заканчивали вечер либо в бессмысленных объятиях с приглянувшейся коллегой, либо в нелепой перебранке с соперником.
  4. Когда мы беседуем о погоде, на самом деле мы обсуждаем что-то более существенное. Когда люди рассуждают о погоде, на самом деле они говорят о том, как себя чувствуют. Но они не всегда это сознают. Когда они восторгаются: «Какой чудесный день!» — они подразумевают: «Сейчас я счастлив». Когда сообщают: «На улице подмораживает», — имеют в виду: «Как я рад, что нахожусь в теплом доме». А если они говорят: «Похоже на то, что погода меняется», — это означает: «Опасаюсь, что вскоре у меня будут неприятности».
  5. Линда стала тинейджером. Произнося это слово, взрослые как-то особо его акцентировали, при этом в их голосе чувствовались настороженность, раздражение и нотка неприязни. Тинейджер. Что-то странное должно было происходить с тобой, когда ты становился тинейджером. Ты нес это слово, как горб на спине, как позорное клеймо на лбу. «Она стала тинейджером…» – говорили взрослые с той же интонацией, с какой они могли бы сказать: «Она стала вампиром…» или «Она стала оборотнем…».
    Зубная фея · книга
  6. Каждый миг, каждая частность были как кремень, высекающий искру судьбы. Каждую секунду высвечивалась новая дорога, вспыхивала под чуть иным углом, как раскрывающийся веер, веер пламени, где одни пути гасли, другие сверкали, пока веер не раскрывался полностью, и все начиналось сначала.
    Манусос · книга
  7. Да, цени каждый миг. Но что такое этот миг? Барашек волны, залитой солнцем? Лисий хвост, мелькнувший в зарослях? Метеорит, чиркнувший по ночному августовскому небу? Всё имеет начало и конец. Невозможно вцепиться в мгновение, чтоб его остановить.
  8. Уверен, что старые мастера, когда писали свои библейские полотна, смотрели на моделей сквозь бокал вина. Поди сюда, любовь моя, давай-ка украсим твою наготу соком виноградных лоз.
  9. Не существует большей внутренней близости, нежели та, которую дает близость физическая. Что бы кто ни говорил о духовном, платоническом или интеллектуальном союзе, ничто не связывает так тесно и бесповоротно, как простой, грубый половой акт. Суть в проникновении и приятии, во взаимной отдаче себя.
    Ким · книга
  10. Это была внушающая благоговейное восхищение сила юности. Она укрывала мою Чарли, как серебряный литой щит, на котором события последних месяцев оставили лишь еле заметные щербинки. Эта сила не знала пощады, ничего не прощала и никому не сдавалась. Она могла выдержать невообразимые испытания, все, что угодно, кроме отказа в праве самой решать свою судьбу.
    Курение мака · книга
  11. Я хочу быть среди людей, которым не наплевать друг на друга! А не среди снобов, которые заставляют тебя делать хорошую мину при плохой игре.
    Рэйчел · книга
  12. Я провел большую часть вечера, переключая каналы телевизора и не находя ничего занимательного. Как это ни печально, масса народа проводит вечер именно так. А что, если все это экранное мерцание, подумал я, преобразуется в мозгу в импульсы, ну вот как от опиума, и моделирует поведение зрителя, заставляя его снова и снова бессмысленно нажимать на кнопки пульта?
    Курение мака · книга
  13. Танец должен выражать веселье души, но веселье через страдание. Чтобы достичь жизни в танце, ты должен показать свое страдание и как ты преодолеваешь его.
    Манусос · книга
  14. Он испытывал необъяснимую любовь к этим двум английским детям. Его привязывало к ним не нормальное чувство симпатии и дружбы, и не страстное и плотское влечение, даже не чувство нежной родительской и семейной заботы. Его любовь к ним была подлинная христианская любовь-милосердие, когда он мог видеть все лучшее и все худшее в них, высшее и низшее. Он любил их так, как любил самое жизнь.
20 из 138
Смотрите также