19 цитат-размышлений Грэма Грина

Грэм Грин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 19 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Несчастье, как и набожность, может войти в при­вычку.

   Несчастье, как и набожность, может войти в при­вычку.
2. «

   Возраст, Генри, не убивает чувств – он их лишь несколько видоизменяет.

   Возраст, Генри, не убивает чувств – он их лишь несколько видоизменяет.

   — Путешествия с тётушкой · книга
3. «

   У каждой шутки есть оборотная сторона – чувства того, над кем пошутили.

   У каждой шутки есть оборотная сторона – чувства того, над кем пошутили.

   — Наш человек в Гаване · книга
4. «

   Потеряв жизнь, я никогда уже больше ничего не потеряю.

   Потеряв жизнь, я никогда уже больше ничего не потеряю.

   — Томас Фаулер · книга
5. «

   Когда грань перейдена, любовная связь становится такой же прозаичной, как дружба. Пламя обожгло их и перекинулось на другую часть леса; оно оставило лишь чувство ответственности и одиночества.

   Когда грань перейдена, любовная связь становится такой же прозаичной, как дружба. Пламя обожгло их и перекинулось на другую часть леса; оно оставило лишь чувство ответственности и одиночества.

   — Суть дела · книга
6. «

   Надежда — инстинкт, убить который может только человеческий разум. Животному неведомо отчаяние.

   Надежда — инстинкт, убить который может только человеческий разум. Животному неведомо отчаяние.

   — Сила и слава · книга
7. «

   Условности были куда прочнее нравственных устоев; он ведь поймал себя на том, что ему легче дать себя убить, чем устроить скандал в гостях.

   Условности были куда прочнее нравственных устоев; он ведь поймал себя на том, что ему легче дать себя убить, чем устроить скандал в гостях.

   — Ведомство страха · книга
8. «

   Мы не принадлежим никому, даже самим себе.

   Мы не принадлежим никому, даже самим себе.

   — Конец одного романа · книга
9. «

   Природа ставит нам нашу собственную глупость в качестве западни.

   Природа ставит нам нашу собственную глупость в качестве западни.
10. «

    Сколько раз читал я, о чем думают люди, когда им страшно: о Боге, о семье, о женщине. Преклоняюсь перед такой выдержкой. Я ни о чем не мог думать, даже о двери там, наверху. В эти секунды я перестал существовать. Я превратился в сплошной страх.

    Сколько раз читал я, о чем думают люди, когда им страшно: о Боге, о семье, о женщине. Преклоняюсь перед такой выдержкой. Я ни о чем не мог думать, даже о двери там, наверху. В эти секунды я перестал существовать. Я превратился в сплошной страх.

    — Томас Фаулер · книга
11. «

    Быть может, счастье — это просто тихое дыхание рядом со мной на подушке?

    Быть может, счастье — это просто тихое дыхание рядом со мной на подушке?

    — Доктор Фишер из Женевы или ужин с бомбой · книга
12. «

    Быть может, я ненавижу так же плохо, как люблю.

    Быть может, я ненавижу так же плохо, как люблю.

    — Конец одного романа · книга
13. «

    Когда пишешь о войне, то для того, чтобы сохранить уважение к самому себе, надо время от времени подвергаться опасности наравне с другими.

    Когда пишешь о войне, то для того, чтобы сохранить уважение к самому себе, надо время от времени подвергаться опасности наравне с другими.

    — Томас Фаулер · книга
14. «

    Какой-то голос нашептывал ему: «Ты говоришь, что убил из жалости, почему бы тебе не пожалеть себя?» И правда, почему?

    Какой-то голос нашептывал ему: «Ты говоришь, что убил из жалости, почему бы тебе не пожалеть себя?» И правда, почему?

    — Ведомство страха · книга
15. «

    Ни один человек не может до конца понять другого, и никто не может устроить чужое счастье.

    Ни один человек не может до конца понять другого, и никто не может устроить чужое счастье.

    — Суть дела · книга
16. «

    У каждого из нас есть истинный возраст, не меняющийся с годами.

    У каждого из нас есть истинный возраст, не меняющийся с годами.
17. «

    Ненависть — это не такая уж и важная штука. Ненависть не заразна. Она не распространяется. Можно ненавидеть человека — и точка. Но вот когда вы начинаете презирать, вы кончаете тем, что презираете весь мир.

    Ненависть — это не такая уж и важная штука. Ненависть не заразна. Она не распространяется. Можно ненавидеть человека — и точка. Но вот когда вы начинаете презирать, вы кончаете тем, что презираете весь мир.

    — Доктор Фишер из Женевы или ужин с бомбой · книга
18. «

    Немцы знают толк в архивном деле: фотографию на документе можно переклеить, можно сделать пластическую операцию, удалить или добавить шрамы, но вот изменить размеры черепа не так-то просто, и немцы тщательно заносили в «дело» результаты таких обмеров.

    Немцы знают толк в архивном деле: фотографию на документе можно переклеить, можно сделать пластическую операцию, удалить или добавить шрамы, но вот изменить размеры черепа не так-то просто, и немцы тщательно заносили в «дело» результаты таких обмеров.

    — Десятый · книга
19. «

    Никакие книги не доставляют нам того удовольствия, как те, что нам читали в детстве, ибо там была обещана простая и ясная жизнь. В книгах же, которые читаешь потом, все сложно и противоречиво, в соответствии с нашим жизненным опытом, и мы уже не умеем отличить злодея от героя, а мир превращается в маленький, тесный закоулок.

    Никакие книги не доставляют нам того удовольствия, как те, что нам читали в детстве, ибо там была обещана простая и ясная жизнь. В книгах же, которые читаешь потом, все сложно и противоречиво, в соответствии с нашим жизненным опытом, и мы уже не умеем отличить злодея от героя, а мир превращается в маленький, тесный закоулок.

    — Ведомство страха · книга