123 цитаты Гюстава Флобера для тех, кто любит думать

Подборка из 123 цитаты Гюстава Флобера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Бувар продолжал читать Вальтер Скотта, но ему в конце концов наскучило повторение все тех же эффектов. Героиня обыкновенно живет в деревне со своим отцом, а любовник, в детстве похищенный, добивается восстановления в правах и торжествует над своими соперниками. Всегда там есть какой-нибудь нищенствующий философ, угрюмый феодал, чистая девушка, балагуры-слуги и бесконечные диалог, глупая чопорность, полное отсутствие глубины.

   Бувар продолжал читать Вальтер Скотта, но ему в конце концов наскучило повторение все тех же эффектов. Героиня обыкновенно живет в деревне со своим отцом, а любовник, в детстве похищенный, добивается восстановления в правах и торжествует над своими соперниками. Всегда там есть какой-нибудь нищенствующий философ, угрюмый феодал, чистая девушка, балагуры-слуги и бесконечные диалог, глупая чопорность, полное отсутствие глубины.

   — Бувар и Пекюше · книга
2. «

   Бесконечно — только небо со своими звездами, море — с глубиной своих вод, да сердце человека — с бесконечностью своих слез. Одно это делает его великим, — все остальное — ничтожно.

   Бесконечно — только небо со своими звездами, море — с глубиной своих вод, да сердце человека — с бесконечностью своих слез. Одно это делает его великим, — все остальное — ничтожно.
3. «

   Изнашивается всё — даже горе.

   Изнашивается всё — даже горе.
4. «

   Одиночество нельзя заполнить воспоминаниями, они только усугубляют его.

   Одиночество нельзя заполнить воспоминаниями, они только усугубляют его.
5. «

   Некоторые люди наслаждаются тем, что принуждают своих друзей делать неприятные для них вещи.

   Некоторые люди наслаждаются тем, что принуждают своих друзей делать неприятные для них вещи.

   — Воспитание чувств · книга
6. «

   В детстве я мечтал о славе, подобно всем, ни более, ни менее; благоразумие пробудилось во мне поздно, но пышно расцвело.

   В детстве я мечтал о славе, подобно всем, ни более, ни менее; благоразумие пробудилось во мне поздно, но пышно расцвело.
7. «

   С тех пор как утвердилась «лучшая из республик», состоялось тысяча двести двадцать девять процессов по делам печати, результатом которых для авторов явились три тысячи сто сорок один год тюремного заключения и небольшой штраф на сумму семь миллионов сто десять тысяч пятьсот франков.

   С тех пор как утвердилась «лучшая из республик», состоялось тысяча двести двадцать девять процессов по делам печати, результатом которых для авторов явились три тысячи сто сорок один год тюремного заключения и небольшой штраф на сумму семь миллионов сто десять тысяч пятьсот франков.

   — Делорье · книга
8. «

   Дитя! ты думаешь, что будешь любить меня всегда; всегда! как высокомерно звучит это слово в устах человека! Ведь ты любила уже и раньше, не правда ли, — как и я; вспомни, — и тогда ты говорила, — навеки. Я поступаю жестоко, я огорчаю тебя... Но предпочитаю омрачить твое счастье теперь, чем сознательно преувеличивать его, как делают все, чтобы потом утрата счастья заставляла еще больше страдать... Кто знает? Может быть, ты мне будешь благодарна потом за то, что у меня хватило мужества не быть чересчур нежным.

   Дитя! ты думаешь, что будешь любить меня всегда; всегда! как высокомерно звучит это слово в устах человека! Ведь ты любила уже и раньше, не правда ли, — как и я; вспомни, — и тогда ты говорила, — навеки. Я поступаю жестоко, я огорчаю тебя... Но предпочитаю омрачить твое счастье теперь, чем сознательно преувеличивать его, как делают все, чтобы потом утрата счастья заставляла еще больше страдать... Кто знает? Может быть, ты мне будешь благодарна потом за то, что у меня хватило мужества не быть чересчур нежным.
9. «

   Есть люди, назначение которых в том, чтобы служить посредниками для других; через них переходят, как через мост, и идут дальше.

   Есть люди, назначение которых в том, чтобы служить посредниками для других; через них переходят, как через мост, и идут дальше.

   — Воспитание чувств · книга
10. «

    Моральная чувствительность бывает четырех родов, и второй ее род — «моральные желания» — делится на пять видов, среди которых находится любовь к самому себе, склонность, несомненно законная, но которой, когда она преувеличена, дается название эгоизм.

    Моральная чувствительность бывает четырех родов, и второй ее род — «моральные желания» — делится на пять видов, среди которых находится любовь к самому себе, склонность, несомненно законная, но которой, когда она преувеличена, дается название эгоизм.

    — Бувар · книга
11. «

    Все книги, вместе взятые, не стоят одного личного наблюдения.

    Все книги, вместе взятые, не стоят одного личного наблюдения.

    — Бувар · книга
12. «

    Отнимите у меня нервное возбуждение, игру воображения, минутные иллюзии — и у меня почти ничего не останется. Вот на чем держится человек.

    Отнимите у меня нервное возбуждение, игру воображения, минутные иллюзии — и у меня почти ничего не останется. Вот на чем держится человек.
13. «

    Без денег ничего не предпримешь. Вот проклятье — растрачивать молодость в погоне за куском хлеба.

    Без денег ничего не предпримешь. Вот проклятье — растрачивать молодость в погоне за куском хлеба.

    — Делорье · книга
14. «

    По ту сторону канала, между домами, где расположены лесные склады, широкое чистое небо вырисовывалось лазурными квадратами, и в лучах солнца белые фасады, черепичные кровли, гранитные набережные слепили глаза. Смутный отдаленный гул стоял в теплом воздухе; и все словно оцепенело от воскресной праздности и грусти, свойственной летним дням.

    По ту сторону канала, между домами, где расположены лесные склады, широкое чистое небо вырисовывалось лазурными квадратами, и в лучах солнца белые фасады, черепичные кровли, гранитные набережные слепили глаза. Смутный отдаленный гул стоял в теплом воздухе; и все словно оцепенело от воскресной праздности и грусти, свойственной летним дням.

    — Бувар и Пекюше · книга
15. «

    Он думал, что оскорбил их, ибо не знал, каким широким запасом равнодушия обладает свет.

    Он думал, что оскорбил их, ибо не знал, каким широким запасом равнодушия обладает свет.

    — Воспитание чувств · книга
16. «

    Если бы от наших страданий кому-нибудь было легче, то мы бы, по крайней мере, утешались мыслью о том, что жертвуем собой ради других.

    Если бы от наших страданий кому-нибудь было легче, то мы бы, по крайней мере, утешались мыслью о том, что жертвуем собой ради других.

    — Эмма Бовари · книга
17. «

    Не бегите о общества, идите к людям. Их язык отличен от вашего, изучайте его. Подчинитесь требованиям света. Репутация и власть достигаются путем общения, и поскольку борьба является естественным состоянием общества, станьте в ряды сильных мира сего, будьте на стороне богатых, счастливых. А сокровенные свои мысли из чувства собственного достоинства и осторожности храните про себя.

    Не бегите о общества, идите к людям. Их язык отличен от вашего, изучайте его. Подчинитесь требованиям света. Репутация и власть достигаются путем общения, и поскольку борьба является естественным состоянием общества, станьте в ряды сильных мира сего, будьте на стороне богатых, счастливых. А сокровенные свои мысли из чувства собственного достоинства и осторожности храните про себя.

    — г-жа Руслен · книга
18. «

    Литература развивает ум, но возбуждает страсти.

    Литература развивает ум, но возбуждает страсти.

    — Пекюше · книга
19. «

    Итак, абсолют — это одновременно субъект и объект, единство, в котором сливаются все различия. Таким образом противоречия разрешены. Тень делает возможным свет, холод, смешанный с теплом, производит температуру, организм поддерживает себя лишь посредством разрушения организма, повсюду — начало разобщающее, начало сцепляющее.

    Итак, абсолют — это одновременно субъект и объект, единство, в котором сливаются все различия. Таким образом противоречия разрешены. Тень делает возможным свет, холод, смешанный с теплом, производит температуру, организм поддерживает себя лишь посредством разрушения организма, повсюду — начало разобщающее, начало сцепляющее.

    — Пекюше · книга
20. «

    Всё, что прекрасно, — нравственно.

    Всё, что прекрасно, — нравственно.