178 цитат Гюстава Флобера, которые стоит перечитать

Подборка из 178 цитат Гюстава Флобера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Она вступала в осеннюю пору женской жизни, пору нежности и размышлений, когда зрелость зажигает взгляд пламенем более глубоким, когда сила чувства сочетается с жизненным опытом, и женщина, достигнув полного расцвета, расточает сокровища гармонии и красоты.

   Она вступала в осеннюю пору женской жизни, пору нежности и размышлений, когда зрелость зажигает взгляд пламенем более глубоким, когда сила чувства сочетается с жизненным опытом, и женщина, достигнув полного расцвета, расточает сокровища гармонии и красоты.

   — Воспитание чувств · книга
2. «

   Мы похожи на ископаемых, которые продолжают существовать, затерянные в новом мире.

   Мы похожи на ископаемых, которые продолжают существовать, затерянные в новом мире.

   — Письма · книга
3. «

   Внезапно пронеслось несколько падающих звезд. — Смотри, вот исчезающие миры. — Если бы наш мир, в свою очередь, полетел кувырком, обитатели звезд были бы не больше взволнованы, чем мы в настоящую минуту. Подобные мысли отшибают всякую гордость.

   Внезапно пронеслось несколько падающих звезд. — Смотри, вот исчезающие миры. — Если бы наш мир, в свою очередь, полетел кувырком, обитатели звезд были бы не больше взволнованы, чем мы в настоящую минуту. Подобные мысли отшибают всякую гордость.

   — Бувар · книга
4. «

   Ваш капитал обеспечивается вашим положением, а ваше положение — капиталом.

   Ваш капитал обеспечивается вашим положением, а ваше положение — капиталом.

   — Дамбрёз · книга
5. «

   Ведь если бы Эмма умерла, это сквозило бы во всем! А между тем ничего необычайного вокруг не происходит: на небе ни облачка, деревья колышутся, вон прошло стадо овец.

   Ведь если бы Эмма умерла, это сквозило бы во всем! А между тем ничего необычайного вокруг не происходит: на небе ни облачка, деревья колышутся, вон прошло стадо овец.

   — Госпожа Бовари · книга
6. «

   Цели нет! Разве у Бога могла быть цель? Какой опыт мог научить его, какое размышление определит эту цель? До начала она не была бы действенна, а теперь стала бесполезна.

   Цели нет! Разве у Бога могла быть цель? Какой опыт мог научить его, какое размышление определит эту цель? До начала она не была бы действенна, а теперь стала бесполезна.

   — Дьявол · книга
7. «

   Пекюше, погруженный в своего рода забытье, грезил о бесчисленных, рассеянных вокруг него существованиях, о жужжавших насекомых, о притаившихся под муравою источниках, о соке растений, о птицах в гнездах, о ветре, облаках, о всей природе, не пытаясь проникнуть в ее тайны, увлеченный ее мощью, подавленный ее величием.

   Пекюше, погруженный в своего рода забытье, грезил о бесчисленных, рассеянных вокруг него существованиях, о жужжавших насекомых, о притаившихся под муравою источниках, о соке растений, о птицах в гнездах, о ветре, облаках, о всей природе, не пытаясь проникнуть в ее тайны, увлеченный ее мощью, подавленный ее величием.

   — Бувар и Пекюше · книга
8. «

   Любовь — это пища и как бы атмосфера для таланта. Необычайные переживания порождают высокие творения.

   Любовь — это пища и как бы атмосфера для таланта. Необычайные переживания порождают высокие творения.

   — Делорье · книга
9. «

   Убийства были в порядке вещей, роковой неизбежностью для каждого царствующего дома. В роду Иродовом им потеряли счет.

   Убийства были в порядке вещей, роковой неизбежностью для каждого царствующего дома. В роду Иродовом им потеряли счет.

   — Иродиада · книга
10. «

    Она была похожа на женщин из книг романтиков. Он ничего бы не прибавил к ее облику, ничего бы не убавил в нем. Мир внезапно расширился. Она была той лучезарной точкой, в которой сосредоточился смысл бытия.

    Она была похожа на женщин из книг романтиков. Он ничего бы не прибавил к ее облику, ничего бы не убавил в нем. Мир внезапно расширился. Она была той лучезарной точкой, в которой сосредоточился смысл бытия.

    — Воспитание чувств · книга
11. «

    Все, что ее окружало, — деревенская скука, тупость мещан, убожество жизни, — казалось ей исключением, чистой случайностью, себя она считала ее жертвой, а за пределами этой случайности ей грезился необъятный край любви и счастья.

    Все, что ее окружало, — деревенская скука, тупость мещан, убожество жизни, — казалось ей исключением, чистой случайностью, себя она считала ее жертвой, а за пределами этой случайности ей грезился необъятный край любви и счастья.

    — Госпожа Бовари · книга
12. «

    Многое можно было бы объяснить, если бы мы знали настоящую свою родословную. Элементы, составляющие человека ограничены, повторяются одни и те же комбинации.

    Многое можно было бы объяснить, если бы мы знали настоящую свою родословную. Элементы, составляющие человека ограничены, повторяются одни и те же комбинации.

    — Письма · книга
13. «

    Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

    Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

    — Госпожа Бовари · книга
14. «

    Весь мир замыкался для него в пределы шелковистого обхвата её платьев.

    Весь мир замыкался для него в пределы шелковистого обхвата её платьев.

    — Госпожа Бовари · книга
15. «

    Не трогайте кумиров руками. Позолота остаётся на пальцах.

    Не трогайте кумиров руками. Позолота остаётся на пальцах.
16. «

    Не думаешь ли ты, что теории какого-нибудь господина могут изменить мир?

    Не думаешь ли ты, что теории какого-нибудь господина могут изменить мир?

    — Бувар · книга
17. «

    Вымышленные герои преследуют меня, сводят с ума, — или, вернее, я оказываюсь в их шкуре.

    Вымышленные герои преследуют меня, сводят с ума, — или, вернее, я оказываюсь в их шкуре.
18. «

    Бесконечно — только небо со своими звездами, море — с глубиной своих вод, да сердце человека — с бесконечностью своих слез. Одно это делает его великим, — все остальное — ничтожно.

    Бесконечно — только небо со своими звездами, море — с глубиной своих вод, да сердце человека — с бесконечностью своих слез. Одно это делает его великим, — все остальное — ничтожно.
19. «

    Замечаете вы, как редко бывает в литературе здравый смысл?

    Замечаете вы, как редко бывает в литературе здравый смысл?

    — Письма · книга
20. «

    Я горю желанием увидеть вашу литературную критику, ибо это будет критика человека, который сам является писателем, а это очень важно. При вашем столь оригинальном и сильном умении чувствовать ваша критика будет на высоте ваших творений, я уверен в том...

    Я горю желанием увидеть вашу литературную критику, ибо это будет критика человека, который сам является писателем, а это очень важно. При вашем столь оригинальном и сильном умении чувствовать ваша критика будет на высоте ваших творений, я уверен в том...

    — Письма · книга