Что говорил Харуки Мураками: 348 цитат

Харуки Мураками — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 348 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Не надо было ей такого мне говорить. Есть слова, которые остаются в душе на всю жизнь.

   Не надо было ей такого мне говорить. Есть слова, которые остаются в душе на всю жизнь.

   — Хадзимэ · книга
2. «

   Эти чувства из прошлого иногда ко мне возвращаются. Вместе с тогдашним шумом дождя, тогдашним запахом ветра...

   Эти чувства из прошлого иногда ко мне возвращаются. Вместе с тогдашним шумом дождя, тогдашним запахом ветра...

   — Дэнс, дэнс, дэнс · книга
3. «

   Такое чувство, что у меня в душе твердый панцирь, и лишь очень немногие могут его пробить и забраться внутрь.

   Такое чувство, что у меня в душе твердый панцирь, и лишь очень немногие могут его пробить и забраться внутрь.

   — Тоору Ватанабэ · книга
4. «

   В конце мая сдохла кошка. Совершенно внезапно – без всяких предварительных симптомов. Проснувшись однажды утром, я нашел ее на кухне – лежала в углу, свернувшись калачиком, и уже не дышала. Наверно, и сама не заметила, как умерла. Ее тело наощупь напомнило мне вареную курицу из холодильника, а шерсть казалась грязней, чем при жизни. Кошку звали Селедка. Жизнь она прожила, что и говорить, не очень счастливую. Никто ее не любил, да и сама никого особенно не любила. В глаза людям смотрела всегда с какой-то тревогой. Таким взглядом, будто хотела сказать: «ну вот, сейчас опять что-нибудь потеряю...» Вряд ли на свете найдется еще одна кошка с такими глазами. И вот – сдохла. Сдохни всего один раз – и больше никогда ничего не потеряешь. В этом, надо признать, большое достоинство смерти.

   В конце мая сдохла кошка. Совершенно внезапно – без всяких предварительных симптомов. Проснувшись однажды утром, я нашел ее на кухне – лежала в углу, свернувшись калачиком, и уже не дышала. Наверно, и сама не заметила, как умерла. Ее тело наощупь напомнило мне вареную курицу из холодильника, а шерсть казалась грязней, чем при жизни. Кошку звали Селедка. Жизнь она прожила, что и говорить, не очень счастливую. Никто ее не любил, да и сама никого особенно не любила. В глаза людям смотрела всегда с какой-то тревогой. Таким взглядом, будто хотела сказать: «ну вот, сейчас опять что-нибудь потеряю...» Вряд ли на свете найдется еще одна кошка с такими глазами. И вот – сдохла. Сдохни всего один раз – и больше никогда ничего не потеряешь. В этом, надо признать, большое достоинство смерти.

   — Дэнс, дэнс, дэнс · книга
5. «

   У детей все не так просто, — вздохнула она. — Достаточно быть не таким как все, — и ты уже изгой. Все совсем как у взрослых, но в более трагических проявлениях.

   У детей все не так просто, — вздохнула она. — Достаточно быть не таким как все, — и ты уже изгой. Все совсем как у взрослых, но в более трагических проявлениях.

   — Замужняя дама · книга
6. «

   Абсолютная нормальность — это уже само по себе отклонение в психике.

   Абсолютная нормальность — это уже само по себе отклонение в психике.

   — Дэнс, дэнс, дэнс · книга
7. «

   Всё-таки разным людям плевать на совершенно разные вещи...

   Всё-таки разным людям плевать на совершенно разные вещи...

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
8. «

   Найду человека, который круглый год все сто процентов обо мне будет думать и меня любить, и сама сделаю так, что он будет мой.

   Найду человека, который круглый год все сто процентов обо мне будет думать и меня любить, и сама сделаю так, что он будет мой.

   — Мидори Кобаяси · книга
9. «

   Есть на свете такая тоска — от неспособности плакать

   Есть на свете такая тоска — от неспособности плакать

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
10. «

    Удивительно, как легкая смена настроения влияет на оттенки человеческого голоса.

    Удивительно, как легкая смена настроения влияет на оттенки человеческого голоса.

    — Хроники Заводной Птицы · книга
11. «

    Бывает, утром проснусь, посмотрю в зеркало и вижу не себя, а совершенно незнакомого человека. Того и гляди, отстану от себя, как от поезда.

    Бывает, утром проснусь, посмотрю в зеркало и вижу не себя, а совершенно незнакомого человека. Того и гляди, отстану от себя, как от поезда.

    — Мой любимый sputnik · книга
12. «

    Вообще, в мире крайне мало вещей, о которых мы действительно что-то знаем. В большинстве случаев нам только кажется, что мы знаем.

    Вообще, в мире крайне мало вещей, о которых мы действительно что-то знаем. В большинстве случаев нам только кажется, что мы знаем.

    — Охота на овец · книга
13. «

    Истинный страх — тот, что человек придумывает себе сам.

    Истинный страх — тот, что человек придумывает себе сам.

    — Все божьи дети могут танцевать · книга
14. «

    И я провожу день за днем, почти не поднимая лица. В моих глазах отражается лишь бескрайняя трясина. Ставлю вперед правую ногу, поднимаю левую, ставлю ее и опять поднимаю правую. Я не могу определить, где нахожусь сейчас, не могу проверить, туда ли вообще я иду. Просто нужно куда-нибудь идти — и я иду. Шаг за шагом.

    И я провожу день за днем, почти не поднимая лица. В моих глазах отражается лишь бескрайняя трясина. Ставлю вперед правую ногу, поднимаю левую, ставлю ее и опять поднимаю правую. Я не могу определить, где нахожусь сейчас, не могу проверить, туда ли вообще я иду. Просто нужно куда-нибудь идти — и я иду. Шаг за шагом.

    — Тоору Ватанабэ · книга
15. «

    Человеческая память есть не что иное, как личная интерпретация имевшего место события. Так, например, через механизм памяти мы иногда редактируем события так, чтобы они стали более понятны, опускаем нежелательные моменты, меняем события местами по времени, делаем дополнения, смешиваем свои воспоминания с воспоминаниями других. И все это происходит совершенно естественно и бессознательно.

    Человеческая память есть не что иное, как личная интерпретация имевшего место события. Так, например, через механизм памяти мы иногда редактируем события так, чтобы они стали более понятны, опускаем нежелательные моменты, меняем события местами по времени, делаем дополнения, смешиваем свои воспоминания с воспоминаниями других. И все это происходит совершенно естественно и бессознательно.

    — Подземка · книга
16. «

    Мне было тяжело с ней рядом — грудь разрывалась от боли, словно кто-то вонзил в нее ледяное лезвие. Острая боль пронизывала до костей, но я был даже благодарен за это. Я сливал себя с ее пронизывающим холодом, и боль становилась якорем, который притягивал меня к этому месту.

    Мне было тяжело с ней рядом — грудь разрывалась от боли, словно кто-то вонзил в нее ледяное лезвие. Острая боль пронизывала до костей, но я был даже благодарен за это. Я сливал себя с ее пронизывающим холодом, и боль становилась якорем, который притягивал меня к этому месту.

    — Кафка Тамура · книга
17. «

    От себя ты не уйдешь никуда. Ты — это ты. Нужно только верить в себя. Иначе тебя унесет во внешний, чужой мир, и ты не найдешь дорогу обратно до конца жизни.

    От себя ты не уйдешь никуда. Ты — это ты. Нужно только верить в себя. Иначе тебя унесет во внешний, чужой мир, и ты не найдешь дорогу обратно до конца жизни.

    — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
18. «

    Я вижу сны. Иногда мне кажется, что это единственное правильное занятие на свете.

    Я вижу сны. Иногда мне кажется, что это единственное правильное занятие на свете.

    — Мой любимый sputnik · книга
19. «

    Реальность только одна. Всегда. Что бы с тобой ни происходило.

    Реальность только одна. Всегда. Что бы с тобой ни происходило.

    — 1Q84 · книга
20. «

    Причина моего провала очевидна: я мало тренировался. И кроме того, я мало тренировался. И еще — я мало тренировался. Это если так, вкратце.

    Причина моего провала очевидна: я мало тренировался. И кроме того, я мало тренировался. И еще — я мало тренировался. Это если так, вкратце.

    — О чём я говорю, когда говорю о беге · книга