782 цитаты Игоря Ивановича Гарина про любовь, время и выбор

Игорь Иванович Гарин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 782 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Страдание не делает человека лучше, оно делает его глубже.

   Страдание не делает человека лучше, оно делает его глубже.

   — Фридрих Ницше · книга
2. «

   Я буду изучать естественные науки, математику, физику, химию, историю и политическую экономию. Я соберу громадный материал для изучения человека, буду читать старинные исторические книги, романы, воспоминания и эпистолярии... Работа предстоит трудная, но я буду не один, со мной постоянно будут Платон, Аристотель, Гёте, Шопенгауэр; благодаря моим любимым гениям я не почувствую ни тяжести труда, ни остроты одиночества.

   Я буду изучать естественные науки, математику, физику, химию, историю и политическую экономию. Я соберу громадный материал для изучения человека, буду читать старинные исторические книги, романы, воспоминания и эпистолярии... Работа предстоит трудная, но я буду не один, со мной постоянно будут Платон, Аристотель, Гёте, Шопенгауэр; благодаря моим любимым гениям я не почувствую ни тяжести труда, ни остроты одиночества.

   — Фридрих Ницше · книга
3. «

   Позор для всех социалистических систематиков, что они думают, будто возможны условия и общественные установления, при которых не будут больше расти пороки, болезни, проституция, нужда. Принципы новой жизни не должны выстраиваться на песке без учета реальных человеческих качеств и суровых реалий.

   Позор для всех социалистических систематиков, что они думают, будто возможны условия и общественные установления, при которых не будут больше расти пороки, болезни, проституция, нужда. Принципы новой жизни не должны выстраиваться на песке без учета реальных человеческих качеств и суровых реалий.

   — Ницше · книга
4. «

   Каков бы ты ни был, служи себе источником своего опыта.

   Каков бы ты ни был, служи себе источником своего опыта.

   — Фридрих Ницше · книга
5. «

   Быть может, я тебе не нужен, Ночь; из пучины мировой, Как раковина без жемчужин, Я выброшен на берег твой.

   Быть может, я тебе не нужен, Ночь; из пучины мировой, Как раковина без жемчужин, Я выброшен на берег твой.

   — Фридрих Ницше · книга
6. «

   Существуют градации между людьми и, следовательно, между видами нравственности.

   Существуют градации между людьми и, следовательно, между видами нравственности.

   — Фридрих Ницше · книга
7. «

   Мы говорим Гёте, как мы говорим Орфей.

   Мы говорим Гёте, как мы говорим Орфей.

   — Валери · книга
8. «

   Если бы тело твое было устроено согласно требованиям добродетели, ты бы не смог существовать в этом мире.

   Если бы тело твое было устроено согласно требованиям добродетели, ты бы не смог существовать в этом мире.

   — Леонардо да Винчи · книга
9. «

   Герои Достоевского еще остро переживали свою униженность и оскорбленность. Мы уже ничего не чувствуем и не переживаем.

   Герои Достоевского еще остро переживали свою униженность и оскорбленность. Мы уже ничего не чувствуем и не переживаем.

   — Пророки и поэты · книга
10. «

    Они уже вышли из того возраста, когда витают в мечтах.

    Они уже вышли из того возраста, когда витают в мечтах.

    — Ницше · книга
11. «

    Трагедия — это всегда оргия Бога.

    Трагедия — это всегда оргия Бога.

    — В. Иванов · книга
12. «

    Главное требование к истории — быть современной, отвечать потребностям времени.

    Главное требование к истории — быть современной, отвечать потребностям времени.

    — Ницше · книга
13. «

    Оздоровление философии грядет через ее жизненность, оздоровление жизни грядет через философию жизни. В жизни философия должна обрести свою плоть, а жизнь в философии — свой дух.

    Оздоровление философии грядет через ее жизненность, оздоровление жизни грядет через философию жизни. В жизни философия должна обрести свою плоть, а жизнь в философии — свой дух.

    — Ницше · книга
14. «

    Никакая фантазия никакого художника не бывает сильнее и действеннее, чем жизнь. Укус осы в глаз открывает нам мир куда шире, чем муки христианских подвижников эпохи Нерона. Страдания всего человечества менее чувствительны, чем удар кулака по лбу.

    Никакая фантазия никакого художника не бывает сильнее и действеннее, чем жизнь. Укус осы в глаз открывает нам мир куда шире, чем муки христианских подвижников эпохи Нерона. Страдания всего человечества менее чувствительны, чем удар кулака по лбу.

    — Пророки и поэты · книга
15. «

    У меня есть подозрения, что страдания свои этот чувствительнейший из людей несколько преувеличивал, ибо для тонких, нежных душ они всегда безмерны.

    У меня есть подозрения, что страдания свои этот чувствительнейший из людей несколько преувеличивал, ибо для тонких, нежных душ они всегда безмерны.

    — Ницше · книга
16. «

    Можно сколько угодно разглагольствовать об альтруизме, без эгоизма жизнь идет к своему концу.

    Можно сколько угодно разглагольствовать об альтруизме, без эгоизма жизнь идет к своему концу.

    — Фридрих Ницше · книга
17. «

    Теперь я вижу явления не в том освещении, в каком они рисовались мне раньше. Теперь я желал бы заниматься только искусством, совершенно не соприкасаясь с политикой. Только отречением от мира могу я сохранить верность моей истинной природе.

    Теперь я вижу явления не в том освещении, в каком они рисовались мне раньше. Теперь я желал бы заниматься только искусством, совершенно не соприкасаясь с политикой. Только отречением от мира могу я сохранить верность моей истинной природе.

    — Вагнер · книга
18. «

    Если уж мы должны выносить нашу жизнь, то постараемся, по крайней мере, прожить ее так, чтобы после смерти мы могли рассчитывать на уважение!

    Если уж мы должны выносить нашу жизнь, то постараемся, по крайней мере, прожить ее так, чтобы после смерти мы могли рассчитывать на уважение!

    — Фридрих Ницше · книга
19. «

    О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

    О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

    — Артюр Рембо · книга
20. «

    Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

    Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

    — Бодлер · книга