309 цитат Иоганна Вольфганга фона Гёте, проверенных временем

Ниже 309 цитат Иоганна Вольфганга фона Гёте — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Поистине я с каждым днем убеждаюсь все более, мой друг, что глупо судить о других по себе. У меня столько хлопот с самим собой, и сердце мое так строптиво, что мне мало дела до других, только бы им не было дела до меня.

   Поистине я с каждым днем убеждаюсь все более, мой друг, что глупо судить о других по себе. У меня столько хлопот с самим собой, и сердце мое так строптиво, что мне мало дела до других, только бы им не было дела до меня.

   — Страдания юного Вертера · книга
2. «

   Кто ищет — вынужден блуждать.

   Кто ищет — вынужден блуждать.

   — Господь · книга
3. «

   В любви все риск. В беседке или перед алтарем, в объятиях или с с обручальными кольцами, под пение ли сверчка или при трубах и литаврах, — все риск, все зависит от случая.

   В любви все риск. В беседке или перед алтарем, в объятиях или с с обручальными кольцами, под пение ли сверчка или при трубах и литаврах, — все риск, все зависит от случая.

   — Фридрих · книга
4. «

   Слепец, кто гордо носится с мечтами, Кто ищет равных нам за облаками! стань твердо здесь — и вкруг следи за всем: для дельного и этот мир не нем.

   Слепец, кто гордо носится с мечтами, Кто ищет равных нам за облаками! стань твердо здесь — и вкруг следи за всем: для дельного и этот мир не нем.

   — Фауст · книга
5. «

   Каждый день следует прослушать хоть одну песенку, посмотреть на хорошую картину и, если возможно, прочитать хоть какое-нибудь мудрое изречение.

   Каждый день следует прослушать хоть одну песенку, посмотреть на хорошую картину и, если возможно, прочитать хоть какое-нибудь мудрое изречение.
6. «

   Смерти можно бояться или не бояться — придет она неизбежно.

   Смерти можно бояться или не бояться — придет она неизбежно.
7. «

   Если ты спросишь, каковы здесь люди, мне придется ответить: «Как везде!» Удел рода человеческого повсюду один! В большинстве своем люди трудятся по целым дням, лишь бы прожить, а если остается у них немножко свободы, они до того пугаются ее, что ищут, каким бы способом от нее избавиться. Вот оно — назначение человека!

   Если ты спросишь, каковы здесь люди, мне придется ответить: «Как везде!» Удел рода человеческого повсюду один! В большинстве своем люди трудятся по целым дням, лишь бы прожить, а если остается у них немножко свободы, они до того пугаются ее, что ищут, каким бы способом от нее избавиться. Вот оно — назначение человека!

   — Страдания юного Вертера · книга
8. «

   В ком больше силы — тот и прав. Никто не спросит: «Чьё богатство? Где взято и какой ценой?» Война, торговля и пиратство — Три вида сущности одной.

   В ком больше силы — тот и прав. Никто не спросит: «Чьё богатство? Где взято и какой ценой?» Война, торговля и пиратство — Три вида сущности одной.

   — Мефистофель · книга
9. «

   Прекрасное не может быть познано, его необходимо чувствовать.

   Прекрасное не может быть познано, его необходимо чувствовать.
10. «

    Жизнь — шутка, скверная притом. Тем — ничего, тем — полный дом.

    Жизнь — шутка, скверная притом. Тем — ничего, тем — полный дом.
11. «

    Не следует думать, что совершенствованию способствует только безупречно чистое и высоконравственное. Все великое формирует человека.

    Не следует думать, что совершенствованию способствует только безупречно чистое и высоконравственное. Все великое формирует человека.
12. «

    Как жаль, что природа сделала из тебя одного человека: материала в тебе хватило бы и на праведника, и на подлеца.

    Как жаль, что природа сделала из тебя одного человека: материала в тебе хватило бы и на праведника, и на подлеца.
13. «

    Жил-был король державный С любимицей блохой.

    Жил-был король державный С любимицей блохой.

    — Мефистофель · книга
14. «

    Кто хочет пить — пусть гроздья давит. Кто ждёт чудес — пусть чудо славит.

    Кто хочет пить — пусть гроздья давит. Кто ждёт чудес — пусть чудо славит.

    — Астролог · книга
15. «

    Сознание своего несовершенства приближает к совершенству.

    Сознание своего несовершенства приближает к совершенству.
16. «

    Но если кто в смирении своем понимает, какая всему этому цена, кто видит, как прилежно всякий благополучный мещанин подстригает свой садик под рай и как терпеливо даже несчастливец, сгибаясь под бременем, плетется своим путем и все одинаково жаждут хоть на минуту дольше видеть свет нашего солнца, — кто все это понимает, тот молчит и строит свой мир в самом себе и счастлив уже тем, что он человек. И еще тем, что, при всей своей беспомощности, в душе он хранит сладостное чувство свободы и сознание, что может вырваться из этой темницы, когда пожелает.

    Но если кто в смирении своем понимает, какая всему этому цена, кто видит, как прилежно всякий благополучный мещанин подстригает свой садик под рай и как терпеливо даже несчастливец, сгибаясь под бременем, плетется своим путем и все одинаково жаждут хоть на минуту дольше видеть свет нашего солнца, — кто все это понимает, тот молчит и строит свой мир в самом себе и счастлив уже тем, что он человек. И еще тем, что, при всей своей беспомощности, в душе он хранит сладостное чувство свободы и сознание, что может вырваться из этой темницы, когда пожелает.

    — Вертер · книга
17. «

    Несчастные влюбленные! Отказ Вам не урок. Вы рады без ответа Смотреть, свернувши шею, вслед предмету.

    Несчастные влюбленные! Отказ Вам не урок. Вы рады без ответа Смотреть, свернувши шею, вслед предмету.

    — Мефистофель · книга
18. «

    Природа — это единственная книга с великим содержанием на каждом листе.

    Природа — это единственная книга с великим содержанием на каждом листе.
19. «

    Ничего не потеряно, пока не потеряно все.

    Ничего не потеряно, пока не потеряно все.
20. «

    Отношение знатных к людям более низкого положения и друг к другу измеряется внешними преимуществами, они за каждым готовы признать его звание, положение, его одежду и обстановку, но только не заслуги.

    Отношение знатных к людям более низкого положения и друг к другу измеряется внешними преимуществами, они за каждым готовы признать его звание, положение, его одежду и обстановку, но только не заслуги.

    — Вильгельм Мейстер · книга