61 мыслей Ирины Богдановы без воды

Ирина Богданова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 61 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Радуйся малым бедам, когда-нибудь ты вспомнишь их с любовью.

   Радуйся малым бедам, когда-нибудь ты вспомнишь их с любовью.

   — Священник · книга
2. «

   В январе и феврале сорок второго года от истощения погибло 199187 человек.

   В январе и феврале сорок второго года от истощения погибло 199187 человек.

   — Мера бытия · книга
3. «

   Делай добро, даже если не хочется или не можется, и тогда рядом с тобой будет стоять Бог.

   Делай добро, даже если не хочется или не можется, и тогда рядом с тобой будет стоять Бог.

   — Варвара Юрьевна Никольская · книга
4. «

   Подумать только, больше года нас морили голодом, убивали снарядами и бомбами, а мы пишем стихи, издаём журналы и читаем. Жадно, взахлёб читаем.

   Подумать только, больше года нас морили голодом, убивали снарядами и бомбами, а мы пишем стихи, издаём журналы и читаем. Жадно, взахлёб читаем.

   — Варвара Николаевна · книга
5. «

   Любовь — это как дотянуться до звезды, главное, чтоб она не оказалась головешкой, а горела всю жизнь.

   Любовь — это как дотянуться до звезды, главное, чтоб она не оказалась головешкой, а горела всю жизнь.

   — Аглая Леонидовна Мезенцева · книга
6. «

   — Зачем стучит в репродукторе? — Метроном стучит. Это чтоб население знало, что радио работает. Круглосуточно диктора не посадишь, им тоже спать надо. В Ленинграде запрещено радио выключать, чтоб народ вовремя оповестить о воздушной тревоге. Медленно стучит — отбой, а быстро, значит жильцам бежать в бомбоубежище.

   — Зачем стучит в репродукторе? — Метроном стучит. Это чтоб население знало, что радио работает. Круглосуточно диктора не посадишь, им тоже спать надо. В Ленинграде запрещено радио выключать, чтоб народ вовремя оповестить о воздушной тревоге. Медленно стучит — отбой, а быстро, значит жильцам бежать в бомбоубежище.

   — Егор Андреевич · книга
7. «

   Небо у человека не может отнять никакая власть. Оно, как и любовь, неподвластно земному притяжению, оно вне времени и вне пространства.

   Небо у человека не может отнять никакая власть. Оно, как и любовь, неподвластно земному притяжению, оно вне времени и вне пространства.

   — Юра Никольский · книга
8. «

   У меня пока небольшой педагогический опыт, но, знаешь, сразу видно, когда у родителей на первом месте свои интересы. Вот, например, женщина говорит: «Ребёнок самое дорогое», а жизнь свою ради него менять не желает. Пальцем не шевелит, чтобы понять ребенка, почувствовать душу, да просто поговорить, в лучшем случае — в магазин сводит.

   У меня пока небольшой педагогический опыт, но, знаешь, сразу видно, когда у родителей на первом месте свои интересы. Вот, например, женщина говорит: «Ребёнок самое дорогое», а жизнь свою ради него менять не желает. Пальцем не шевелит, чтобы понять ребенка, почувствовать душу, да просто поговорить, в лучшем случае — в магазин сводит.

   — Аглая Леонидовна Мезенцева · книга
9. «

   В директиве Гитлера №1601 «Будущее города Петербурга» говорилось:»... стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населенного пункта не представляет никакого интереса...»

   В директиве Гитлера №1601 «Будущее города Петербурга» говорилось:»... стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населенного пункта не представляет никакого интереса...»

   — Мера бытия · книга
10. «

    Без культуры люди дичают, превращаются в зверей. Если человек читает великие книги, слушает прекрасную музыку, то и душа у него становится лучше, добрее.

    Без культуры люди дичают, превращаются в зверей. Если человек читает великие книги, слушает прекрасную музыку, то и душа у него становится лучше, добрее.

    — Василий · книга
11. «

    Ежедневно у театрального подъезда вывешивалась афиша, которая в те дни писалась от руки. Спектакли давались дважды в день. Билеты — нарасхват.

    Ежедневно у театрального подъезда вывешивалась афиша, которая в те дни писалась от руки. Спектакли давались дважды в день. Билеты — нарасхват.

    — Директор театра · книга
12. «

    Покорить Францию — это значит занять её территорию и установить свои порядки, а покорить Россию — значит убить почти всех русских, потому что русские никогда не сложат оружие перед вторжением иноплеменных. Они будут биться до последнего патрона, оставленного для себя.

    Покорить Францию — это значит занять её территорию и установить свои порядки, а покорить Россию — значит убить почти всех русских, потому что русские никогда не сложат оружие перед вторжением иноплеменных. Они будут биться до последнего патрона, оставленного для себя.

    — Дом, где тебя ждут · книга
13. «

    В последнее время бомбить стали меньше, а обстрелы, наоборот, усилились. Из-за внезапности горожане обстрелов боялись больше, потому что проход по городу становился чем-то вроде лотереи: убьёт — не убьёт.

    В последнее время бомбить стали меньше, а обстрелы, наоборот, усилились. Из-за внезапности горожане обстрелов боялись больше, потому что проход по городу становился чем-то вроде лотереи: убьёт — не убьёт.

    — Мера бытия · книга
14. «

    Какая бы власть ни была, а болезни — дело неистребимое. Хороший доктор дорого стоит.

    Какая бы власть ни была, а болезни — дело неистребимое. Хороший доктор дорого стоит.

    — Гришин · книга
15. «

    Нет, когда придёт час, там, наверху, не спросят, сколько ты прочитал книг и можешь ли отличить Моцарта от Брамса. В том мире это не имеет значения. Спросят, есть ли на земле кто-то, кому ты помог, защитил, накормил. И будет счастье, если ты хоть один раз честно и прямо сможешь ответить: «Да».

    Нет, когда придёт час, там, наверху, не спросят, сколько ты прочитал книг и можешь ли отличить Моцарта от Брамса. В том мире это не имеет значения. Спросят, есть ли на земле кто-то, кому ты помог, защитил, накормил. И будет счастье, если ты хоть один раз честно и прямо сможешь ответить: «Да».

    — Сергей · книга
16. «

    Мы, ленинградцы, все одной купелей крещены.

    Мы, ленинградцы, все одной купелей крещены.

    — Лена · книга
17. «

    Он метнулся в комнату, торопливыми движениями разломал сухарь, бросил его в кружку с кипятком, размешал. «Мама, возьми. Тебе надо поесть.»

    Он метнулся в комнату, торопливыми движениями разломал сухарь, бросил его в кружку с кипятком, размешал. «Мама, возьми. Тебе надо поесть.»

    — Мера бытия · книга
18. «

    Они сидели на ступенях собора, смотрели на раскинувшийся внизу Монмартр, ели багет и были безмерно счастливы тем особым счастьем, когда знаешь, что небо ясное, птицы поют, а впереди жизнь без конца и без края.

    Они сидели на ступенях собора, смотрели на раскинувшийся внизу Монмартр, ели багет и были безмерно счастливы тем особым счастьем, когда знаешь, что небо ясное, птицы поют, а впереди жизнь без конца и без края.

    — Дом, где тебя ждут · книга
19. «

    Сегодня это кажется невероятным, но осаждённый город давал фронту танки. За первые полгода блокады — более 700 машин!

    Сегодня это кажется невероятным, но осаждённый город давал фронту танки. За первые полгода блокады — более 700 машин!

    — Мера бытия · книга
20. «

    Стрелок-радист пикирующего бомбардировщика не мог сказать, что ненавидит русских и убивает их с удовольствием. Совсем нет! Они не были для него людьми в буквальном смысле этого слова, он воспринимал их примерно как саранчу, размножившуюся на самом жирном куске Европы. По отношению к немецкой нации это казалось возмутительной несправедливостью.

    Стрелок-радист пикирующего бомбардировщика не мог сказать, что ненавидит русских и убивает их с удовольствием. Совсем нет! Они не были для него людьми в буквальном смысле этого слова, он воспринимал их примерно как саранчу, размножившуюся на самом жирном куске Европы. По отношению к немецкой нации это казалось возмутительной несправедливостью.

    — Мера бытия · книга