93 лучших фразы Ирины Богдановы

Ирина Богданова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 93 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   В войну взрослеют рано.

   В войну взрослеют рано.

   — Сергей · книга
2. «

   Покорить Францию — это значит занять её территорию и установить свои порядки, а покорить Россию — значит убить почти всех русских, потому что русские никогда не сложат оружие перед вторжением иноплеменных. Они будут биться до последнего патрона, оставленного для себя.

   Покорить Францию — это значит занять её территорию и установить свои порядки, а покорить Россию — значит убить почти всех русских, потому что русские никогда не сложат оружие перед вторжением иноплеменных. Они будут биться до последнего патрона, оставленного для себя.

   — Дом, где тебя ждут · книга
3. «

   Всю жизнь я просидела на диете и, спрашивается, зачем? Чтобы околеть от голода? Ирония судьбы, как любил говорить наш балетмейстер.

   Всю жизнь я просидела на диете и, спрашивается, зачем? Чтобы околеть от голода? Ирония судьбы, как любил говорить наш балетмейстер.

   — Балерина · книга
4. «

   Снаряды барабанили слева и справа. Катя их не боялась, она вообще ничего не чувствовала, но, слыша раскат выстрела, наклонялась и прикрывала раненого своим телом. Не потому что она его любила, а потом что так надо, и это «надо» сейчас было самым главным на свете.

   Снаряды барабанили слева и справа. Катя их не боялась, она вообще ничего не чувствовала, но, слыша раскат выстрела, наклонялась и прикрывала раненого своим телом. Не потому что она его любила, а потом что так надо, и это «надо» сейчас было самым главным на свете.

   — Мера бытия · книга
5. «

   Да вы не бойтесь, товарищ военфельдшер, всё будет добренько. милое словечко зазвенело в воздухе, словно колокольчик, и, возвращаясь к своим, Лера повторяла про себя это «добренько», думая о том, что, несмотря на жестокую войну, мир вокруг наполнен добротой и любовью.

   Да вы не бойтесь, товарищ военфельдшер, всё будет добренько. милое словечко зазвенело в воздухе, словно колокольчик, и, возвращаясь к своим, Лера повторяла про себя это «добренько», думая о том, что, несмотря на жестокую войну, мир вокруг наполнен добротой и любовью.

   — Мера бытия · книга
6. «

   Как, когда, где, пришло понимание, что любовь — это смирение? Мария не знала ответ, но была уверена, что это самое трудное из человеческих чувств и поэтому самое благодатное.

   Как, когда, где, пришло понимание, что любовь — это смирение? Мария не знала ответ, но была уверена, что это самое трудное из человеческих чувств и поэтому самое благодатное.

   — Дом, где тебя ждут · книга
7. «

   Небо у человека не может отнять никакая власть. Оно, как и любовь, неподвластно земному притяжению, оно вне времени и вне пространства.

   Небо у человека не может отнять никакая власть. Оно, как и любовь, неподвластно земному притяжению, оно вне времени и вне пространства.

   — Юра Никольский · книга
8. «

   Огромная роль в медицинском обслуживании людей на льду принадлежала созданным в самом начале действия ледовой дороги специальным перевязочно — обогревательным пунктам. В их задачу входило обогревание людей и оказание им первой медицинской помощи. Эти пункты находились в постоянной готовности, так как противник постоянно обстреливал и бомбардировал трассу.

   Огромная роль в медицинском обслуживании людей на льду принадлежала созданным в самом начале действия ледовой дороги специальным перевязочно — обогревательным пунктам. В их задачу входило обогревание людей и оказание им первой медицинской помощи. Эти пункты находились в постоянной готовности, так как противник постоянно обстреливал и бомбардировал трассу.

   — Мера бытия · книга
9. «

   Мы, ленинградцы, все одной купелей крещены.

   Мы, ленинградцы, все одной купелей крещены.

   — Лена · книга
10. «

    Подумать только, больше года нас морили голодом, убивали снарядами и бомбами, а мы пишем стихи, издаём журналы и читаем. Жадно, взахлёб читаем.

    Подумать только, больше года нас морили голодом, убивали снарядами и бомбами, а мы пишем стихи, издаём журналы и читаем. Жадно, взахлёб читаем.

    — Варвара Николаевна · книга
11. «

    Лариса очень любила читать. Она брала книгу, забиралась с ногами в кровать, и шумный Ленинград за окном вдруг превращался в таинственный остров или пещеру Али-Бабы. В такие минуты она думала, что самое большое счастье в жизни — это когда ты одна и тебе никто не мешает.

    Лариса очень любила читать. Она брала книгу, забиралась с ногами в кровать, и шумный Ленинград за окном вдруг превращался в таинственный остров или пещеру Али-Бабы. В такие минуты она думала, что самое большое счастье в жизни — это когда ты одна и тебе никто не мешает.

    — Мера бытия · книга
12. «

    Передвигаться приходилось почти наугад, ориентируясь на светящиеся кружки на пальто прохожих. Деревянные брошки, намазанные фосфором, пользовались большим спросом.

    Передвигаться приходилось почти наугад, ориентируясь на светящиеся кружки на пальто прохожих. Деревянные брошки, намазанные фосфором, пользовались большим спросом.

    — Мера бытия · книга
13. «

    — И не стыдно тебе, комсомольцу, поповские кресты цеплять? — Отстань от него, Павлуха. Меня мать тоже крестик взять заставила, что же, мне его теперь выбрасывать? При том, что немцы мать повесили за связь с партизанами.

    — И не стыдно тебе, комсомольцу, поповские кресты цеплять? — Отстань от него, Павлуха. Меня мать тоже крестик взять заставила, что же, мне его теперь выбрасывать? При том, что немцы мать повесили за связь с партизанами.

    — Павел Уточкин · книга
14. «

    Из рассказа митрополита Ленинградского Алексия о ранней Пасхе 1942 года: «Замечательно, что в этом году, как раз в самую Пасху, исполнилось 700 лет со дня знаменитого ледового побоища, когда под руководством князя Александра Невского русские разгромили немцев на Чудском озере. За нас, как видим, история и наша нравственная сила, которая всё так же велика у русского народа и у русского воина, как и 700 лет назад».

    Из рассказа митрополита Ленинградского Алексия о ранней Пасхе 1942 года: «Замечательно, что в этом году, как раз в самую Пасху, исполнилось 700 лет со дня знаменитого ледового побоища, когда под руководством князя Александра Невского русские разгромили немцев на Чудском озере. За нас, как видим, история и наша нравственная сила, которая всё так же велика у русского народа и у русского воина, как и 700 лет назад».

    — Мера бытия · книга
15. «

    Эти прохвосты рвутся во власть исключительно ради личного блага, а на народ им наплевать. Это не царь-батюшка, рождённый и воспитанный в любви к России.

    Эти прохвосты рвутся во власть исключительно ради личного блага, а на народ им наплевать. Это не царь-батюшка, рождённый и воспитанный в любви к России.

    — Дом, где тебя ждут · книга
16. «

    В первую блокадную зиму десятки тысяч детей, потеряв родителей, стали сиротами. Необходимо было срочно создавать детские дома, которые действовали бы в условиях блокады. К 7 марта 1942 года в Ленинграде было сформировано 98 детских домов.

    В первую блокадную зиму десятки тысяч детей, потеряв родителей, стали сиротами. Необходимо было срочно создавать детские дома, которые действовали бы в условиях блокады. К 7 марта 1942 года в Ленинграде было сформировано 98 детских домов.

    — Мера бытия · книга
17. «

    В директиве Гитлера №1601 «Будущее города Петербурга» говорилось:»... стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населенного пункта не представляет никакого интереса...»

    В директиве Гитлера №1601 «Будущее города Петербурга» говорилось:»... стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населенного пункта не представляет никакого интереса...»

    — Мера бытия · книга
18. «

    Сначала топили списанными книгами, но бумага прогорала моментально. «Будем сжигать стулья из читального зала», — распорядилась заведующая библиотекой Галина Леонидовна, — пусть я за порчу имущества под суд пойду, но смерти сотрудников на моей совести не будет. Как ни странно, но работы в библиотеке было много.

    Сначала топили списанными книгами, но бумага прогорала моментально. «Будем сжигать стулья из читального зала», — распорядилась заведующая библиотекой Галина Леонидовна, — пусть я за порчу имущества под суд пойду, но смерти сотрудников на моей совести не будет. Как ни странно, но работы в библиотеке было много.

    — Мера бытия · книга
19. «

    Те люди, которым суждено встретиться, соединены между собой невидимой нитью. Нить может запутаться или растянуться, но никогда не прервётся.

    Те люди, которым суждено встретиться, соединены между собой невидимой нитью. Нить может запутаться или растянуться, но никогда не прервётся.

    — Катя · книга
20. «

    Тридцать километров пути — это много или мало? Мало, если ехать по шоссе под мирным небом да хорошей погодке. И очень много, если под полуторкой трещит тонкий лёд, чёрными провалами зияют полыньи, колёса прокручиваются на гладком льду, а сверху сыплются бомбы и стрекочут пулемётные очереди.

    Тридцать километров пути — это много или мало? Мало, если ехать по шоссе под мирным небом да хорошей погодке. И очень много, если под полуторкой трещит тонкий лёд, чёрными провалами зияют полыньи, колёса прокручиваются на гладком льду, а сверху сыплются бомбы и стрекочут пулемётные очереди.

    — Мера бытия · книга