274 цитаты от Ирвина Уэлша

Ирвин Уэлш — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 274 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Стоит только убраться из этого дурдома, как сразу начинаешь смотреть на жизнь иначе.

   Стоит только убраться из этого дурдома, как сразу начинаешь смотреть на жизнь иначе.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
2. «

   ... Сейчас только десять двадцать, а я уже определился с вечером: пойти и нажраться.

   ... Сейчас только десять двадцать, а я уже определился с вечером: пойти и нажраться.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
3. «

   Когда почти половину жизни тебя окружают смешливые идиоты, начинаешь ценить в людях это спокойное благоразумие.

   Когда почти половину жизни тебя окружают смешливые идиоты, начинаешь ценить в людях это спокойное благоразумие.

   — Порно · книга
4. «

   Почему-то тётки считают, что с другими чуваками можно разговаривать или пить чай, а с Дохлым можно только трахаться.

   Почему-то тётки считают, что с другими чуваками можно разговаривать или пить чай, а с Дохлым можно только трахаться.

   — На игле · книга
5. «

   Ну почему, если ты принимаешь тяжелые наркотики, то каждый мудак считает себя вправе анализировать и разбирать тебя по косточкам?

   Ну почему, если ты принимаешь тяжелые наркотики, то каждый мудак считает себя вправе анализировать и разбирать тебя по косточкам?

   — На игле · книга
6. «

   Я шатался по бару, неся всякий бред. Я в любом случае нес всякий бред, но теперь нес его с большей основательностью и убеждённостью.

   Я шатался по бару, неся всякий бред. Я в любом случае нес всякий бред, но теперь нес его с большей основательностью и убеждённостью.

   — Эйсид Хаус (Кислотный дом) · книга
7. «

   Баланс вероятности. С мечтами всегда так: они норовят отклониться от действительности по максимуму.

   Баланс вероятности. С мечтами всегда так: они норовят отклониться от действительности по максимуму.

   — Преступление · книга
8. «

   Впрочем, что вообще такое — удачно, неудачно? Жизнь коротка, смерть неизбежна, вот и всё, что можно сказать по поводу этого дерьма.

   Впрочем, что вообще такое — удачно, неудачно? Жизнь коротка, смерть неизбежна, вот и всё, что можно сказать по поводу этого дерьма.

   — На игле · книга
9. «

   Агрессия всегда адресуется тем, кто не в силах на неё ответить.

   Агрессия всегда адресуется тем, кто не в силах на неё ответить.

   — На игле · книга
10. «

    Я где-то читал про то, что девчонки всегда или святые, или бляди. Но, по-моему, это как-то слишком упрощенно... бред какой-то. А может, это было про то, что это так парни обычно на девчонок смотрят.

    Я где-то читал про то, что девчонки всегда или святые, или бляди. Но, по-моему, это как-то слишком упрощенно... бред какой-то. А может, это было про то, что это так парни обычно на девчонок смотрят.

    — Экстази · книга
11. «

    Можешь мне поверить, Ширли. Работая в полиции, поневоле становишься знатоком человеческой натуры.

    Можешь мне поверить, Ширли. Работая в полиции, поневоле становишься знатоком человеческой натуры.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
12. «

    Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.

    Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.

    — Клей · книга
13. «

    Вот что я тебе скажу, Рэй. Пока они девочки, они все похожи на ангелов, но потом вырастают и становятся коровами и блядями. А корова хуже бляди. С блядью по крайней мере всё ясно и понятно. А корова? С коровой никогда ни в чем нельзя быть уверенным.

    Вот что я тебе скажу, Рэй. Пока они девочки, они все похожи на ангелов, но потом вырастают и становятся коровами и блядями. А корова хуже бляди. С блядью по крайней мере всё ясно и понятно. А корова? С коровой никогда ни в чем нельзя быть уверенным.

    — Рэй Леннокс · книга
14. «

    Любить — ещё не значит хотеть постоянной близости.

    Любить — ещё не значит хотеть постоянной близости.

    — Альковные секреты шеф-поваров · книга
15. «

    Потопить печаль, так чтобы она подошла ко дну, не получается, ты просто подтапливаешь эту сумку, а на следующий день она всплывает снова.

    Потопить печаль, так чтобы она подошла ко дну, не получается, ты просто подтапливаешь эту сумку, а на следующий день она всплывает снова.

    — Клей · книга
16. «

    Неужели ни одна жопа в этой грёбаной дыре не слышала слова «ирония»?!

    Неужели ни одна жопа в этой грёбаной дыре не слышала слова «ирония»?!

    — Альковные секреты шеф-поваров · книга
17. «

    Три команды: женщины, натуралы и голубые. Голубые охотятся за натуралами — этакими клубными вышибалами с громадными бицепсами и храбростью во хмелю. Натуралы охотятся за женщинами, которые балдеют от грациозных, изнеженных гомосеков. Никто не получает того, чего хочет.

    Три команды: женщины, натуралы и голубые. Голубые охотятся за натуралами — этакими клубными вышибалами с громадными бицепсами и храбростью во хмелю. Натуралы охотятся за женщинами, которые балдеют от грациозных, изнеженных гомосеков. Никто не получает того, чего хочет.

    — На игле · книга
18. «

    Говорят, что правда освобождает, но это, по-моему, эгоистичная чушь. Того, кто откровенничает, она, может, и освобождает, а тем, кто слушает, практически всегда приходится страдать.

    Говорят, что правда освобождает, но это, по-моему, эгоистичная чушь. Того, кто откровенничает, она, может, и освобождает, а тем, кто слушает, практически всегда приходится страдать.

    — Альковные секреты шеф-поваров · книга
19. «

    «Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие. — Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь. Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным. Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.

    «Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие. — Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь. Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным. Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.

    — На игле · книга
20. «

    Однажды, помню, я признался Макензи: ненавижу Кибби за то, что он будит во мне зверя, заставляет делать вещи, которых я стыжусь. Малютка Роб, упокой боже его минималистскую душу, ответил не раздумывая: — Расквась ему нос, и все дела! Эх, надо было последовать его совету!... Я поступил гораздо хуже: расквасил Кибби душу.

    Однажды, помню, я признался Макензи: ненавижу Кибби за то, что он будит во мне зверя, заставляет делать вещи, которых я стыжусь. Малютка Роб, упокой боже его минималистскую душу, ответил не раздумывая: — Расквась ему нос, и все дела! Эх, надо было последовать его совету!... Я поступил гораздо хуже: расквасил Кибби душу.

    — Альковные секреты шеф-поваров · книга