47 цитат Ирвина Уэлша для тех, кто любит думать

Ирвин Уэлш — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 47 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мы, типа, никогда не сможем возлюбить этого, как его, ближнего, пока не сумеем любить, типа, братьев наших меньших, типа животных и все такое.

   Мы, типа, никогда не сможем возлюбить этого, как его, ближнего, пока не сумеем любить, типа, братьев наших меньших, типа животных и все такое.

   — На игле · книга
2. «

   Мне нужна такая близость, чтобы под кожу проникала — прямо в мозги, как в астрал выходишь.

   Мне нужна такая близость, чтобы под кожу проникала — прямо в мозги, как в астрал выходишь.

   — Экстази · книга
3. «

   Защитите меня от тех, кто хочет мне помочь.

   Защитите меня от тех, кто хочет мне помочь.

   — На игле · книга
4. «

   Большинство девушек с возрастом превращаются в женщин, но мужики навсегда остаются мальчишками. Вот почему я всегда им завидовала — из-за этой чудесной способности всю жизнь барахтаться в глупости и незрелости.

   Большинство девушек с возрастом превращаются в женщин, но мужики навсегда остаются мальчишками. Вот почему я всегда им завидовала — из-за этой чудесной способности всю жизнь барахтаться в глупости и незрелости.

   — Никки · книга
5. «

   Никогда нельзя возбудить в себе чувство там, где его нет.

   Никогда нельзя возбудить в себе чувство там, где его нет.

   — Эйсид Хаус (Кислотный дом) · книга
6. «

   Рожа такая, будто её динамитом разнесло, а зашивал слепой обдолбанный хирург.

   Рожа такая, будто её динамитом разнесло, а зашивал слепой обдолбанный хирург.

   — Альковные секреты шеф-поваров · книга
7. «

   Как же мы любим то, что нас убивает.

   Как же мы любим то, что нас убивает.

   — Преступление · книга
8. «

   И я не мог оторваться от её лица. Мне даже не хотелось ничего другого, типа обниматься и все такое. И даже трахаться или чего, а просто вот так быть с ней рядом. Я даже начал думать, как какая-то размазня. Это было совсем не... в общем, это было как... наверное, любовь, что ли.

   И я не мог оторваться от её лица. Мне даже не хотелось ничего другого, типа обниматься и все такое. И даже трахаться или чего, а просто вот так быть с ней рядом. Я даже начал думать, как какая-то размазня. Это было совсем не... в общем, это было как... наверное, любовь, что ли.

   — Экстази · книга
9. «

   Мои родные, среди которых я вырос, это не семья, а генетическая катастрофа.

   Мои родные, среди которых я вырос, это не семья, а генетическая катастрофа.

   — Кошмары аиста марабу · книга
10. «

    Если в жизни бардак, надо только найти в себе силы начать, и ты его потихонечку разберешь. Понимаешь, брат? Надо просто найти в себе силы начать, и у тебя все получится.

    Если в жизни бардак, надо только найти в себе силы начать, и ты его потихонечку разберешь. Понимаешь, брат? Надо просто найти в себе силы начать, и у тебя все получится.

    — Порно · книга
11. «

    Кстати, я не говорил тебе, что я ВИЧ-инфицированный? Видишь ли, это сейчас очень модно. В наше время иммунная система просто обязана быть нарушенной.

    Кстати, я не говорил тебе, что я ВИЧ-инфицированный? Видишь ли, это сейчас очень модно. В наше время иммунная система просто обязана быть нарушенной.

    — На игле · книга
12. «

    Всегда лучше бросать человека, когда он говорит, что хочет снова тебя увидеть, потому что ты знаешь: неизбежно наступит время, когда вы расстанетесь потому, что он больше не хочет тебя видеть. Так что первое намного приятнее.

    Всегда лучше бросать человека, когда он говорит, что хочет снова тебя увидеть, потому что ты знаешь: неизбежно наступит время, когда вы расстанетесь потому, что он больше не хочет тебя видеть. Так что первое намного приятнее.

    — Порно · книга
13. «

    Бог поглядел Бобу в глаза. Он выглядел удрученным. — Просто заткнись на минутку, парень. Давай четко определим одну вещь. Каждый чертов раз, когда я спускаюсь сюда, какие-то скоты грузят меня насчет того, что я, блядь, должен или не должен делать. Либо это, либо я вынужден вступать в какой то философский, мать его, дискурс с каким-то маленьким придурком студентом о природе самого себя, уровне моего всемогущества и всем этом дерьме. Я извлекаю из этого немного пользы, пресыщенный всем этим самооправданием; вы, мудаки, еще не доросли критиковать меня! Я сделал вас, идиотов, по моему образу и подобию. Вы это все натворили, вы, вашу мать, и разбирайтесь. Этот кретин Ницше вообще облажался, когда сказал, что я умер. Я не умер; я просто послал все на хуй. Мне больше делать нечего, чем решать проблемы каждого козла. Всем остальным наплевать, так почему должен вмешиваться я?

    Бог поглядел Бобу в глаза. Он выглядел удрученным. — Просто заткнись на минутку, парень. Давай четко определим одну вещь. Каждый чертов раз, когда я спускаюсь сюда, какие-то скоты грузят меня насчет того, что я, блядь, должен или не должен делать. Либо это, либо я вынужден вступать в какой то философский, мать его, дискурс с каким-то маленьким придурком студентом о природе самого себя, уровне моего всемогущества и всем этом дерьме. Я извлекаю из этого немного пользы, пресыщенный всем этим самооправданием; вы, мудаки, еще не доросли критиковать меня! Я сделал вас, идиотов, по моему образу и подобию. Вы это все натворили, вы, вашу мать, и разбирайтесь. Этот кретин Ницше вообще облажался, когда сказал, что я умер. Я не умер; я просто послал все на хуй. Мне больше делать нечего, чем решать проблемы каждого козла. Всем остальным наплевать, так почему должен вмешиваться я?

    — Эйсид Хаус (Кислотный дом) · книга
14. «

    Если ты позволяешь кому-то использовать свое тело или изображение — это всё фигня. Хуже, когда ты позволяешь использовать свою душу и чувства — вот это уже настоящее блядство.

    Если ты позволяешь кому-то использовать свое тело или изображение — это всё фигня. Хуже, когда ты позволяешь использовать свою душу и чувства — вот это уже настоящее блядство.

    — Порно · книга
15. «

    Это был риторический вопрос — шаблонное оружие женщин и психопатов.

    Это был риторический вопрос — шаблонное оружие женщин и психопатов.

    — На игле · книга
16. «

    Меня забавляла мысль, что в каждой моей шалости вам мерещится некий знак.

    Меня забавляла мысль, что в каждой моей шалости вам мерещится некий знак.

    — Преступление · книга
17. «

    Omnia vincit amor, любовь все побеждает. Если вы друг друга любите, все получится, а если нет – пора двигать дальше.

    Omnia vincit amor, любовь все побеждает. Если вы друг друга любите, все получится, а если нет – пора двигать дальше.

    — Порно · книга
18. «

    Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.

    Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.

    — Клей · книга
19. «

    ...мужики вообще выглядят очень странно — эти смешные, плоские тела и стрёмные головы. Как сказала Джейн, это уродливые существа, которые носят свои органы размножения снаружи. Бедненькие!

    ...мужики вообще выглядят очень странно — эти смешные, плоские тела и стрёмные головы. Как сказала Джейн, это уродливые существа, которые носят свои органы размножения снаружи. Бедненькие!

    — На игле · книга
20. «

    «Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие. — Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь. Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным. Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.

    «Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие. — Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь. Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным. Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.

    — На игле · книга