Ирвин Ялом — 282 цитаты с глубоким смыслом

Ниже 282 цитаты Ирвина Ялома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Тревожно осознавать, что реальность – не более чем иллюзия, в лучшем случае – согласование восприятий разных участников.

   Тревожно осознавать, что реальность – не более чем иллюзия, в лучшем случае – согласование восприятий разных участников.

   — Палач любви · книга
2. «

   Свобода как данность существования кажется прямой противоположностью смерти. Смерти мы страшимся, а свободу считаем чем-то безусловно положительным. (…) Но с экзистенциальной точки зрения свобода неразрывно связана с тревогой, поскольку предполагает, в противоположность повседневному опыту, что тот мир, в который мы пришли и когда-нибудь покинем, не является упорядоченным, он не был раз и навсегда создан по некоему грандиозному проекту. Свобода означает, что человек сам отвечает за свои решения, поступки, за свою жизненную ситуацию.

   Свобода как данность существования кажется прямой противоположностью смерти. Смерти мы страшимся, а свободу считаем чем-то безусловно положительным. (…) Но с экзистенциальной точки зрения свобода неразрывно связана с тревогой, поскольку предполагает, в противоположность повседневному опыту, что тот мир, в который мы пришли и когда-нибудь покинем, не является упорядоченным, он не был раз и навсегда создан по некоему грандиозному проекту. Свобода означает, что человек сам отвечает за свои решения, поступки, за свою жизненную ситуацию.

   — Палач любви · книга
3. «

   … какими бы убедительными ни были мои доводы, они не смогут проникнуть достаточно глубоко, чтобы вызвать какие-либо изменения. Этого почти никогда не случается. Когда я сам проходил терапию, такое никогда не срабатывало. Только когда человек переживает истину (инсайт) всем своим существом, он может принять её. Только тогда он может последовать ей и измениться. Психологи-популяризаторы всегда говорят о «принятии ответственности», но всё это – только слова: невероятно трудно, даже невыносимо узнать, что ты, и только ты сам строишь свой жизненный проект.

   … какими бы убедительными ни были мои доводы, они не смогут проникнуть достаточно глубоко, чтобы вызвать какие-либо изменения. Этого почти никогда не случается. Когда я сам проходил терапию, такое никогда не срабатывало. Только когда человек переживает истину (инсайт) всем своим существом, он может принять её. Только тогда он может последовать ей и измениться. Психологи-популяризаторы всегда говорят о «принятии ответственности», но всё это – только слова: невероятно трудно, даже невыносимо узнать, что ты, и только ты сам строишь свой жизненный проект.

   — Палач любви · книга
4. «

   Вся моя жизнь превратилась в путешествие, и мне начинает казаться, что мой единственный дом, единственное родное место, куда я всегда могу вернуться, – это моя болезнь.

   Вся моя жизнь превратилась в путешествие, и мне начинает казаться, что мой единственный дом, единственное родное место, куда я всегда могу вернуться, – это моя болезнь.

   — Фридрих Ницше · книга
5. «

   Нельзя бороться с человеческими проблемами животными методами.

   Нельзя бороться с человеческими проблемами животными методами.

   — Когда Ницше плакал · книга
6. «

   Мы все в одной лодке, и не найдётся ни психотерапевта, ни обычного человека, обладающего иммунитетом к трагедиям, неизбежным в нашей жизни.

   Мы все в одной лодке, и не найдётся ни психотерапевта, ни обычного человека, обладающего иммунитетом к трагедиям, неизбежным в нашей жизни.

   — Дар психотерапии · книга
7. «

   Быть по-настоящему любимым и незабвенным, слиться с другим человеком навсегда – значит быть нетленным и защищённым от одиночества человеческого существования.

   Быть по-настоящему любимым и незабвенным, слиться с другим человеком навсегда – значит быть нетленным и защищённым от одиночества человеческого существования.

   — Палач любви · книга
8. «

   Единственное утешение, которое может сопровождать нас в умирании, это знание, что мы жили хорошо.

   Единственное утешение, которое может сопровождать нас в умирании, это знание, что мы жили хорошо.

   — Как я стал собой. Воспоминания · книга
9. «

   Мы – в самом глубоком смысле этих слов – ответственны за самих себя. Мы, как выразился Сартр, являемся авторами самих себя. Посредством приращения своих выборов, своих поступков, своих отказов действовать мы в конечном счёте создаём самих себя. По словам Сартра, мы «обречены на свободу».

   Мы – в самом глубоком смысле этих слов – ответственны за самих себя. Мы, как выразился Сартр, являемся авторами самих себя. Посредством приращения своих выборов, своих поступков, своих отказов действовать мы в конечном счёте создаём самих себя. По словам Сартра, мы «обречены на свободу».

   — Дар психотерапии · книга
10. «

    Существование не может быть отложено. Когда мы оглядываемся назад на свою жизнь — даже в самый последний момент, — мы находимся здесь, проживаем жизнь, живём. Настоящее, а не будущее, есть вечное время. Смерть напоминает нам, что существование не может быть отложено. И что ещё есть время для жизни. Если вам посчастливилось встретиться со своей смертью и ощутить жизнь как «возможность возможности», и узнать смерть как «невозможность дальнейшей возможности», то вы осознаёте, что, пока живы, вы обладаете возможностью — можете изменить свою жизнь до того, как наступит конец — но только до того.

    Существование не может быть отложено. Когда мы оглядываемся назад на свою жизнь — даже в самый последний момент, — мы находимся здесь, проживаем жизнь, живём. Настоящее, а не будущее, есть вечное время. Смерть напоминает нам, что существование не может быть отложено. И что ещё есть время для жизни. Если вам посчастливилось встретиться со своей смертью и ощутить жизнь как «возможность возможности», и узнать смерть как «невозможность дальнейшей возможности», то вы осознаёте, что, пока живы, вы обладаете возможностью — можете изменить свою жизнь до того, как наступит конец — но только до того.

    — Экзистенциальная психотерапия · книга
11. «

    Потерять родителей или старого друга часто означает потерять прошлое: человек, который умер, может быть, был единственным свидетелем золотых дней далёкого прошлого. Но потерять ребёнка – значит, потерять будущее: потерянное есть не что иное, как жизненный проект – то, для чего человек живёт, как он проецирует себя в будущее, как он надеется обмануть смерть (ведь ребёнок – это залог нашего бессмертия). Таким образом, на профессиональном языке утрата родителей – это «утрата объекта» (где «объект» является фигурой, играющей важную роль во внутреннем мире человека), в то время как утрата ребёнка есть «утрата проекта» (утрата главного организующего жизненного принципа человека, определяющего не только зачем, но и как жить). Неудивительно, что потеря ребёнка – это самая тяжёлая утрата из всех, и что многие родители скорбят и через пять лет, а некоторые так и не могут оправиться.

    Потерять родителей или старого друга часто означает потерять прошлое: человек, который умер, может быть, был единственным свидетелем золотых дней далёкого прошлого. Но потерять ребёнка – значит, потерять будущее: потерянное есть не что иное, как жизненный проект – то, для чего человек живёт, как он проецирует себя в будущее, как он надеется обмануть смерть (ведь ребёнок – это залог нашего бессмертия). Таким образом, на профессиональном языке утрата родителей – это «утрата объекта» (где «объект» является фигурой, играющей важную роль во внутреннем мире человека), в то время как утрата ребёнка есть «утрата проекта» (утрата главного организующего жизненного принципа человека, определяющего не только зачем, но и как жить). Неудивительно, что потеря ребёнка – это самая тяжёлая утрата из всех, и что многие родители скорбят и через пять лет, а некоторые так и не могут оправиться.

    — Палач любви · книга
12. «

    … с самого детства мне казалось, что жизнь – это вспышка между двумя абсолютно идентичными пустотами, темнотой до рождения и темнотой после смерти.

    … с самого детства мне казалось, что жизнь – это вспышка между двумя абсолютно идентичными пустотами, темнотой до рождения и темнотой после смерти.

    — доктор Брейер · книга
13. «

    … самые сильные деревья должны пустить корни глубоко, глубоко во тьму, глубоко во зло.

    … самые сильные деревья должны пустить корни глубоко, глубоко во тьму, глубоко во зло.

    — Лжец на кушетке · книга
14. «

    — Прекордиальное давление мучает вас потому, что грудь вашу разрывает эта не прожитая вами жизнь. И сердце ваше отстукивает время. А скупость времени неизбывна. Время берет, берет – и никогда ничего не отдает обратно. Как ужасно слышать, что вы прожили назначенную вам жизнь! И как ужасно встречаться со смертью, никогда не высказав даже претензии на свободу при всех с этим связанных опасностях!

    — Прекордиальное давление мучает вас потому, что грудь вашу разрывает эта не прожитая вами жизнь. И сердце ваше отстукивает время. А скупость времени неизбывна. Время берет, берет – и никогда ничего не отдает обратно. Как ужасно слышать, что вы прожили назначенную вам жизнь! И как ужасно встречаться со смертью, никогда не высказав даже претензии на свободу при всех с этим связанных опасностях!

    — Фридрих Ницше · книга
15. «

    Фрейд был прав: в мозгу должен быть резервуар для хранения сложных мыслей, не подвластных сознанию, но в состоянии полной боевой готовности – в любой момент готовых к выступлению на фронт его сознания.

    Фрейд был прав: в мозгу должен быть резервуар для хранения сложных мыслей, не подвластных сознанию, но в состоянии полной боевой готовности – в любой момент готовых к выступлению на фронт его сознания.

    — доктор Брейер · книга
16. «

    – Почему я ничего не чувствую? – Чувство здесь. Оно прорывается во сне. Может быть, его слишком больно испытывать. Может быть, боль выбирает более короткий маршрут и обращается на другие вещи.

    – Почему я ничего не чувствую? – Чувство здесь. Оно прорывается во сне. Может быть, его слишком больно испытывать. Может быть, боль выбирает более короткий маршрут и обращается на другие вещи.

    — Марвин · книга
17. «

    Я обнаружил, что для психотерапии имеют особое значение четыре данности: неизбежность смерти каждого из нас и тех, кого мы любим; свобода сделать нашу жизнь такой, какой мы хотим; наше экзистенциальное одиночество; и, наконец, отсутствие какого-либо безусловного и самоочевидного смысла жизни.

    Я обнаружил, что для психотерапии имеют особое значение четыре данности: неизбежность смерти каждого из нас и тех, кого мы любим; свобода сделать нашу жизнь такой, какой мы хотим; наше экзистенциальное одиночество; и, наконец, отсутствие какого-либо безусловного и самоочевидного смысла жизни.

    — Лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы · книга
18. «

    — Никто и никогда не делал ничего только для других. Все действия направлены на нас самих, все услуги — это услуги самому себе, любовь может быть только любовью к себе. Кажется, вас удивляет это замечание? Наверное, вы подумали о тех, кого любите. Копните глубже, и вы увидите, что вы любите не их, а любите те приятные ощущения, которые любовь вызывает. Вы любите влечение, а не того, к кому вас влечет.

    — Никто и никогда не делал ничего только для других. Все действия направлены на нас самих, все услуги — это услуги самому себе, любовь может быть только любовью к себе. Кажется, вас удивляет это замечание? Наверное, вы подумали о тех, кого любите. Копните глубже, и вы увидите, что вы любите не их, а любите те приятные ощущения, которые любовь вызывает. Вы любите влечение, а не того, к кому вас влечет.

    — Фридрих Ницше · книга
19. «

    Задумайтесь о его [Шопенгауэра] взгляде на человеческие отношения, изложенном в хорошо известной притче о дикобразах: холод побуждает дикобразов прижиматься друг к другу в поисках тепла, но при сближении они колют друг друга своими иглами. В итоге они выясняют, что им лучше держаться на некотором расстоянии друг от друга. Так и человеку (вроде Шопенгауэра), полному внутреннего жара, рекомендуется держаться подальше от других.

    Задумайтесь о его [Шопенгауэра] взгляде на человеческие отношения, изложенном в хорошо известной притче о дикобразах: холод побуждает дикобразов прижиматься друг к другу в поисках тепла, но при сближении они колют друг друга своими иглами. В итоге они выясняют, что им лучше держаться на некотором расстоянии друг от друга. Так и человеку (вроде Шопенгауэра), полному внутреннего жара, рекомендуется держаться подальше от других.

    — Как я стал собой. Воспоминания · книга
20. «

    Как и вы, во сне я давлюсь ночными страхами. Как и вы, я часто задавался вопросом, почему страхи правят по ночам. После двадцати лет размышлений на эту тему я пришёл к выводу, что не ночь порождает страхи; скорее, они, как звёзды, есть всегда, но сияние дня скрывает их из вида.

    Как и вы, во сне я давлюсь ночными страхами. Как и вы, я часто задавался вопросом, почему страхи правят по ночам. После двадцати лет размышлений на эту тему я пришёл к выводу, что не ночь порождает страхи; скорее, они, как звёзды, есть всегда, но сияние дня скрывает их из вида.

    — Фридрих Ницше · книга