38 афоризмов Ирвинга Стоуна

Ирвинг Стоун — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 38 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   ...именно простые вещи, где требуется предельная сдержанность, обычно труднее всего воспроизвести.

   ...именно простые вещи, где требуется предельная сдержанность, обычно труднее всего воспроизвести.

   — Жажда жизни · книга
2. «

   Быть может, все мы в той или иной мере невротики. Болен ли индивид, определяется практическими соображениями. Действительное различие между легким заболеванием и серьезной болезнью заключается лишь в локализации, топографии симптома. Если энергия патологического элемента проявляет себя в незначительных отклонениях, человек «здоров». Но если она нарушает необходимые для жизни функции, тогда человек болен. Болезнь развивается в количественном отношении.

   Быть может, все мы в той или иной мере невротики. Болен ли индивид, определяется практическими соображениями. Действительное различие между легким заболеванием и серьезной болезнью заключается лишь в локализации, топографии симптома. Если энергия патологического элемента проявляет себя в незначительных отклонениях, человек «здоров». Но если она нарушает необходимые для жизни функции, тогда человек болен. Болезнь развивается в количественном отношении.

   — Страсти ума, или Жизнь Фрейда · книга
3. «

   По собственному опыту Зигмунд знал, что множественность упреков, направляемых пациентом в адрес других, свидетельствует о его приверженности самоупрекам.

   По собственному опыту Зигмунд знал, что множественность упреков, направляемых пациентом в адрес других, свидетельствует о его приверженности самоупрекам.

   — Страсти ума, или Жизнь Фрейда · книга
4. «

   ... Необходимо поспать с женщиной, чтобы понять ее до конца.

   ... Необходимо поспать с женщиной, чтобы понять ее до конца.

   — Анри де Тулуз-Лотрек · книга
5. «

   И почему это люди, у которых есть средства, чтобы покупать картины, терпеть не могут ничего подлинно художественного? Или именно деньги сделали их тупыми? Почему же у бедняков, умеющих по-настоящему ценить искусство, нет ни фартинга за душой, чтобы украсить свое жилье гравюрой?

   И почему это люди, у которых есть средства, чтобы покупать картины, терпеть не могут ничего подлинно художественного? Или именно деньги сделали их тупыми? Почему же у бедняков, умеющих по-настоящему ценить искусство, нет ни фартинга за душой, чтобы украсить свое жилье гравюрой?

   — Жажда жизни · книга
6. «

   Боль — единственное в мире, что не имеет конца.

   Боль — единственное в мире, что не имеет конца.
7. «

   Порой люди бывают чуткими и благородными, а порой, наоборот, – слепыми и злобными.

   Порой люди бывают чуткими и благородными, а порой, наоборот, – слепыми и злобными.

   — Жажда жизни · книга
8. «

   Многие целуют руку, которую хотели бы видеть отрубленной.

   Многие целуют руку, которую хотели бы видеть отрубленной.

   — Содерини · книга
9. «

   Он был жертвой своей честной натуры, принуждавшей его делать всякую работу как можно лучше, даже в тех случаях, когда он предпочел бы бездействовать.

   Он был жертвой своей честной натуры, принуждавшей его делать всякую работу как можно лучше, даже в тех случаях, когда он предпочел бы бездействовать.

   — Муки и радости · книга
10. «

    Если ты стремишься к творчеству, обращайся к жизни. Не трать время на подражание.

    Если ты стремишься к творчеству, обращайся к жизни. Не трать время на подражание.

    — Мауве · книга
11. «

    Любовь — это как кашель, её все равно не скроешь.

    Любовь — это как кашель, её все равно не скроешь.

    — Муки и радости · книга
12. «

    Гнев — лучшее топливо, какое я только знаю. Горит и не сгорает.

    Гнев — лучшее топливо, какое я только знаю. Горит и не сгорает.

    — Микеланджело Буонарроти · книга
13. «

    Работай, Винсент, работай; только так и создаются великие произведения.

    Работай, Винсент, работай; только так и создаются великие произведения.

    — Терстех · книга
14. «

    Только любовь порождает жизнь.

    Только любовь порождает жизнь.

    — Муки и радости · книга
15. «

    Он был жаден до знаний, опыта, и это создавало впечатление о его уступчивости. Лишь одно отрицало это – выступавший вперед подбородок, когда казалось, что его ждет разочарование или поражение.

    Он был жаден до знаний, опыта, и это создавало впечатление о его уступчивости. Лишь одно отрицало это – выступавший вперед подбородок, когда казалось, что его ждет разочарование или поражение.

    — Страсти ума, или Жизнь Фрейда · книга
16. «

    Чтобы идти в этом мире верным путём, надо жертвовать собой до конца. Назначение человека состоит не только в том, чтобы быть счастливым, он приходит в мир не за тем только, чтобы быть честным, — он должен открыть для человечества что-то великое, утвердить благородство и преодолеть пошлость, среди которой влачит свою жизнь большинство людей.

    Чтобы идти в этом мире верным путём, надо жертвовать собой до конца. Назначение человека состоит не только в том, чтобы быть счастливым, он приходит в мир не за тем только, чтобы быть честным, — он должен открыть для человечества что-то великое, утвердить благородство и преодолеть пошлость, среди которой влачит свою жизнь большинство людей.

    — Винсент Ван Гог · книга
17. «

    Мой невинный друг, я тебе отвечу, что весь интерес — в самом преследовании, в охоте. Поэтому-то я и не тороплюсь, порой брожу до позднего вечера. Разнообразна только внешность — рост, очертания тела, манеры. А соитие? Да оно всегда одинаково, почти что одинаково. Это рутина. Только поиски, только охота и привлекает.

    Мой невинный друг, я тебе отвечу, что весь интерес — в самом преследовании, в охоте. Поэтому-то я и не тороплюсь, порой брожу до позднего вечера. Разнообразна только внешность — рост, очертания тела, манеры. А соитие? Да оно всегда одинаково, почти что одинаково. Это рутина. Только поиски, только охота и привлекает.

    — Бальдуччи · книга
18. «

    Для Рафаэля работа над произведением искусства — это вроде яркого весеннего дня в Кампанье. Для меня — это трамонтана, холодный ветер, дующий в долины с горных вершин. Я работаю с раннего утра до наступления темноты, потом при свечах или масляной лампе. Искусство для меня — это мучение, тяжкое и исступленно радостное, когда оно удается хорошо. Искусство держит меня в своей власти постоянно, не оставляя ни на минуту. Когда я вечером кончаю работу, я опустошен до предела.

    Для Рафаэля работа над произведением искусства — это вроде яркого весеннего дня в Кампанье. Для меня — это трамонтана, холодный ветер, дующий в долины с горных вершин. Я работаю с раннего утра до наступления темноты, потом при свечах или масляной лампе. Искусство для меня — это мучение, тяжкое и исступленно радостное, когда оно удается хорошо. Искусство держит меня в своей власти постоянно, не оставляя ни на минуту. Когда я вечером кончаю работу, я опустошен до предела.

    — Микелянджело Буонарроти · книга
19. «

    Я буду художником! Непременно буду художником. Я не могу не быть им. Вот почему раньше у меня ничего не выходило – я был не на своем месте. А теперь я нашел дело, которое мне никогда не изменит.

    Я буду художником! Непременно буду художником. Я не могу не быть им. Вот почему раньше у меня ничего не выходило – я был не на своем месте. А теперь я нашел дело, которое мне никогда не изменит.

    — Жажда жизни · книга
20. «

    Когда я в одиночестве, я не более одинок, чем на людях.

    Когда я в одиночестве, я не более одинок, чем на людях.

    — Микелянджело Буонарроти · книга