16 цитат Карена Мари Монинга — избранное

Подборка из 16 цитат Карена Мари Монинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не дай гневу взять верх над тобой. Он как бензин. Ты можешь сжечь его, как топливо, а можешь использовать для того, что спалить все, что тебе дорого, и тогда ты окажешься на выжженном поле битвы, где все вокруг будут мертвы, даже ты – только твое тело будет продолжать дышать.

   Не дай гневу взять верх над тобой. Он как бензин. Ты можешь сжечь его, как топливо, а можешь использовать для того, что спалить все, что тебе дорого, и тогда ты окажешься на выжженном поле битвы, где все вокруг будут мертвы, даже ты – только твое тело будет продолжать дышать.

   — Риодан · книга
2. «

   Она прогоняла его холод, а он охлаждал её жар.

   Она прогоняла его холод, а он охлаждал её жар.

   — Любовная горячка · книга
3. «

   Я не произнесла ни одной из тех стандартных фраз, которыми мы привыкли утешать людей в их горе. Слова не помогают, они скорее раздражают.

   Я не произнесла ни одной из тех стандартных фраз, которыми мы привыкли утешать людей в их горе. Слова не помогают, они скорее раздражают.

   — Мак · книга
4. «

   Роки имел репутацию совратителя и дамского угодника, однако к его чести нужно сказать, что он никогда не нарушал своего собственного правила: не спал с чужими женами. Никогда. Человек, который не уважал ни чужую жизнь, ни закон, трепетно относился к таинству брака.

   Роки имел репутацию совратителя и дамского угодника, однако к его чести нужно сказать, что он никогда не нарушал своего собственного правила: не спал с чужими женами. Никогда. Человек, который не уважал ни чужую жизнь, ни закон, трепетно относился к таинству брака.

   — Тайна рукописи · книга
5. «

   Существуют только оттенки серого. Чёрный и белый – это всего лишь высокие идеалы, создаваемые нами, стандарты, с помощью которых мы судим об окружающем мире, и карта, где мы в соответствии с этими стандартами пытаемся найти своё место. Добро и зло, в чистейшей своей форме, недостижимы. Мы никогда не сможем понять и удержать их, точно так же как это не получится с иллюзиями Фейри. Мы можем только стремиться к ним, стараться их достичь и надеяться на то, что мы не потеряем этих ориентиров и не заблудимся во тьме без направления и цели.

   Существуют только оттенки серого. Чёрный и белый – это всего лишь высокие идеалы, создаваемые нами, стандарты, с помощью которых мы судим об окружающем мире, и карта, где мы в соответствии с этими стандартами пытаемся найти своё место. Добро и зло, в чистейшей своей форме, недостижимы. Мы никогда не сможем понять и удержать их, точно так же как это не получится с иллюзиями Фейри. Мы можем только стремиться к ним, стараться их достичь и надеяться на то, что мы не потеряем этих ориентиров и не заблудимся во тьме без направления и цели.

   — Любовная горячка · книга
6. «

   Надо было обращать больше внимания на то, кто я по сути, а не как я выгляжу.

   Надо было обращать больше внимания на то, кто я по сути, а не как я выгляжу.

   — Мак · книга
7. «

   Солгать не трудно. Хуже то, что мы цепляемся за эту ложь. Просим дать нам иллюзию, чтобы не смотреть правде в глаза, не чувствовать себя одинокими.

   Солгать не трудно. Хуже то, что мы цепляемся за эту ложь. Просим дать нам иллюзию, чтобы не смотреть правде в глаза, не чувствовать себя одинокими.

   — Любовная горячка · книга
8. «

   Когда он снова меня целует, последняя частичка, которая могла оставаться мною, умирает.

   Когда он снова меня целует, последняя частичка, которая могла оставаться мною, умирает.

   — Мак · книга
9. «

   Я не стану лгать тебе больше, чем ты сам мне лжёшь.

   Я не стану лгать тебе больше, чем ты сам мне лжёшь.

   — Мак · книга
10. «

    Нас определяют только наши поступки. То, что мы в итоге выбираем. То, чему мы сопротивляемся. То, за что мы готовы отдать жизнь.

    Нас определяют только наши поступки. То, что мы в итоге выбираем. То, чему мы сопротивляемся. То, за что мы готовы отдать жизнь.

    — Любовная горячка · книга
11. «

    Ты взлетишь для меня, мой сокол? Я вознесу тебя высоко, выше, чем ты когда-либо была. Я научу тебя достигать высот, о которых ты могла лишь мечтать.

    Ты взлетишь для меня, мой сокол? Я вознесу тебя высоко, выше, чем ты когда-либо была. Я научу тебя достигать высот, о которых ты могла лишь мечтать.

    — За горным туманом · книга
12. «

    В этой жизни есть только два определяющих фактора: надежда и страх. Надежда дает силу, страх убивает.

    В этой жизни есть только два определяющих фактора: надежда и страх. Надежда дает силу, страх убивает.

    — Тайна рукописи · книга
13. «

    И вот в этом, заключается главная ошибка всей женской половины человечества: они влюбляются в того, кем может быть мужчина. А мы слишком редко видим в себе то, что видите вы, и слишком редко соответствуем вашему вымышленному идеалу. Перестань придумывать себе черты того, кем я мог бы быть, и внимательно, пристально, оценивающе взгляни на того, кем я являюсь.

    И вот в этом, заключается главная ошибка всей женской половины человечества: они влюбляются в того, кем может быть мужчина. А мы слишком редко видим в себе то, что видите вы, и слишком редко соответствуем вашему вымышленному идеалу. Перестань придумывать себе черты того, кем я мог бы быть, и внимательно, пристально, оценивающе взгляни на того, кем я являюсь.

    — Берронс · книга
14. «

    — Ты невозможна, — презрение отразилось на его красивом лице. — Она была совсем на тебя не похожа. Она была открыта. Ее сердце не было скрыто за семью печатями. — И что же ей это принесло? Смерть.

    — Ты невозможна, — презрение отразилось на его красивом лице. — Она была совсем на тебя не похожа. Она была открыта. Ее сердце не было скрыто за семью печатями. — И что же ей это принесло? Смерть.

    — МакКайла Лейн · книга
15. «

    Я вглядываюсь в его доверчивые глаза. Я вижу его там. Его вчера. Его сегодня. Завтра, которого никогда не будет. Я вижу его боль, и она рвет меня на куски. Я вижу его абсолютную любовь, и она стыдит меня.

    Я вглядываюсь в его доверчивые глаза. Я вижу его там. Его вчера. Его сегодня. Завтра, которого никогда не будет. Я вижу его боль, и она рвет меня на куски. Я вижу его абсолютную любовь, и она стыдит меня.

    — Берронс · книга
16. «

    Я кое-что ощущаю в своем мертвом черном сердце. Я не понимаю, как там может еще хоть что-то жить, но это так. Это не совсем полноценное чувство, а лишь его эхо. Слабое, но неоспоримое.

    Я кое-что ощущаю в своем мертвом черном сердце. Я не понимаю, как там может еще хоть что-то жить, но это так. Это не совсем полноценное чувство, а лишь его эхо. Слабое, но неоспоримое.

    — МакКайла Лейн · книга