157 мыслей Кассандры Клэра без воды

Кассандра Клэр — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 157 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Люди верят в то, во что хотят верить.

   Люди верят в то, во что хотят верить.

   — Город стекла · книга
2. «

   Вечность не заставит забыть об утрате, она умеет лишь притуплять боль.

   Вечность не заставит забыть об утрате, она умеет лишь притуплять боль.

   — Город небесного огня · книга
3. «

   Иногда, когда я должен делать что-то, чего не хочу, я представляю себя героем книги. Думаю: а вот этот герой в той-то и той-то ситуации сделал бы то-то и то-то — и мне становится легче.

   Иногда, когда я должен делать что-то, чего не хочу, я представляю себя героем книги. Думаю: а вот этот герой в той-то и той-то ситуации сделал бы то-то и то-то — и мне становится легче.

   — Механический ангел · книга
4. «

   — Извращенец, — сказала она. — Хотя, ты получаешь очки за такую честность во всем этом. — Мне семнадцать, мы все извращенцы, — сказал он, сбрасывая обувь и выбираясь из штанов.

   — Извращенец, — сказала она. — Хотя, ты получаешь очки за такую честность во всем этом. — Мне семнадцать, мы все извращенцы, — сказал он, сбрасывая обувь и выбираясь из штанов.

   — Клэри Фрэй · книга
5. «

   — Разве ты бы не пожертвовал всем ради тех, кого любишь? — Я сделаю практически все ради тебя, — тихо ответил Саймон. — Я умру за тебя. Ты знаешь это. Но если я убью кого-то, кого-то невиновного? А как насчет множества невинных жизней? А как насчет всего мира? Разве можно назвать любовью, если при выборе между ней и любым другим живым человеком на планете, ты выберешь любовь? Разве можно назвать подобное добродетельным видом любви вообще? — Любовь не может определяться моралью, — ответила Клэри. — Она просто есть. — Я знаю, — ответил Саймон. — Но те поступки, которые мы совершаем во имя любви, либо являются нравственными, либо нет. И обычно это не имеет значения. Обычно – независимо от того, что я думаю о Джейсе, хотя он раздражает, он бы не попросил тебя сделать что-либо против твоей природы. Ни для него, ни для кого-либо другого. Но ведь он уже не совсем Джейс, не правда ли? И я просто не знаю, Клэри. Не знаю, что бы он мог попросить тебя сделать.

   — Разве ты бы не пожертвовал всем ради тех, кого любишь? — Я сделаю практически все ради тебя, — тихо ответил Саймон. — Я умру за тебя. Ты знаешь это. Но если я убью кого-то, кого-то невиновного? А как насчет множества невинных жизней? А как насчет всего мира? Разве можно назвать любовью, если при выборе между ней и любым другим живым человеком на планете, ты выберешь любовь? Разве можно назвать подобное добродетельным видом любви вообще? — Любовь не может определяться моралью, — ответила Клэри. — Она просто есть. — Я знаю, — ответил Саймон. — Но те поступки, которые мы совершаем во имя любви, либо являются нравственными, либо нет. И обычно это не имеет значения. Обычно – независимо от того, что я думаю о Джейсе, хотя он раздражает, он бы не попросил тебя сделать что-либо против твоей природы. Ни для него, ни для кого-либо другого. Но ведь он уже не совсем Джейс, не правда ли? И я просто не знаю, Клэри. Не знаю, что бы он мог попросить тебя сделать.

   — Клэри Фрэй · книга
6. «

   Я не думаю, что кто-либо должен быть наказан за то, что спасает людей.

   Я не думаю, что кто-либо должен быть наказан за то, что спасает людей.

   — Эмма Карстаирс · книга
7. «

   — В пустыне ты попросил нас оставить тебя, уверяя, что решил начать новую жизнь в роли кактуса. Потом наколдовал колючек и запустил ими в нас, — бесстрастно произнесла Катарина. — Что ж, — сказал он с достоинством, — с учетом того, что я был пьян, вас, наверное, очень впечатлила моя меткость.

   — В пустыне ты попросил нас оставить тебя, уверяя, что решил начать новую жизнь в роли кактуса. Потом наколдовал колючек и запустил ими в нас, — бесстрастно произнесла Катарина. — Что ж, — сказал он с достоинством, — с учетом того, что я был пьян, вас, наверное, очень впечатлила моя меткость.

   — Магнус Бейн · книга
8. «

   ... Я хочу жить, оставаясь молодым… и быть рядом с теми, кого я люблю… Хочу путешествовать, хочу увидеть мир. Потом ещё хочу жениться и когда-нибудь обзавестись детьми… И безбожно забаловать их, превратив в изрядных засранцев… А потом отдать концы в собственной кровати — чтобы мне было при этом лет под двести и чтобы причиной моей смерти стало проклятье чьего-нибудь ревнивого мужа.

   ... Я хочу жить, оставаясь молодым… и быть рядом с теми, кого я люблю… Хочу путешествовать, хочу увидеть мир. Потом ещё хочу жениться и когда-нибудь обзавестись детьми… И безбожно забаловать их, превратив в изрядных засранцев… А потом отдать концы в собственной кровати — чтобы мне было при этом лет под двести и чтобы причиной моей смерти стало проклятье чьего-нибудь ревнивого мужа.

   — Драко · книга
9. «

   — Интересно… — сказал удивленный голос и Клэри быстро отстранилась от Джейса, чтобы увидеть Магнуса, который стоял в зазоре между двумя деревьями.

   — Интересно… — сказал удивленный голос и Клэри быстро отстранилась от Джейса, чтобы увидеть Магнуса, который стоял в зазоре между двумя деревьями.

   — Магнус Бейн · книга
10. «

    — Знаешь, ты не можешь прекратить питаться. Саймон пожал плечами. — Я ем сейчас. — Да, — сказал Джейс, — но ты вампир. Кровь не как еда для тебя. Кровь это… кровь. — Это очень все разъясняет. Саймон уселся в кресло напротив телевизора; возможно, когда-то это был бледно-золотой вельвет, но сейчас он был изношен до серой груды. — У тебя много важных мыслей вроде этой? Кровь это кровь? Тостер это тостер? Студенистый Куб это Студенистый Куб?

    — Знаешь, ты не можешь прекратить питаться. Саймон пожал плечами. — Я ем сейчас. — Да, — сказал Джейс, — но ты вампир. Кровь не как еда для тебя. Кровь это… кровь. — Это очень все разъясняет. Саймон уселся в кресло напротив телевизора; возможно, когда-то это был бледно-золотой вельвет, но сейчас он был изношен до серой груды. — У тебя много важных мыслей вроде этой? Кровь это кровь? Тостер это тостер? Студенистый Куб это Студенистый Куб?

    — Саймон Льюис · книга
11. «

    — О, Боже, я просто ходячее клише, — произнес он с отчаянием. — Почему мне не всё равно? Ведь если отец решил, что ненавидит меня из-за того, что я гей, он не стоит моих переживаний, верно? — Не смотри на меня, — сказал Джейс. — Мой приемный отец был массовым убийцей. А меня все еще волнует, что он подумал бы. Это то, на что мы запрограммированы. В сравнении с моим отцом твой, всегда казался отличным. — Конечно, он любит тебя, — ответил Алек. — Ты гетеросексуал, и на тебя не возлагали Большие Надежды. — Вероятно, они напишут это на моей могиле. «Он Был Гетеросексуалом и Не Подавал Больших Надежд».

    — О, Боже, я просто ходячее клише, — произнес он с отчаянием. — Почему мне не всё равно? Ведь если отец решил, что ненавидит меня из-за того, что я гей, он не стоит моих переживаний, верно? — Не смотри на меня, — сказал Джейс. — Мой приемный отец был массовым убийцей. А меня все еще волнует, что он подумал бы. Это то, на что мы запрограммированы. В сравнении с моим отцом твой, всегда казался отличным. — Конечно, он любит тебя, — ответил Алек. — Ты гетеросексуал, и на тебя не возлагали Большие Надежды. — Вероятно, они напишут это на моей могиле. «Он Был Гетеросексуалом и Не Подавал Больших Надежд».

    — Алек Лайтвуд · книга
12. «

    Каждая встреча вела к расставанию, включая эту, поскольку жизнь жестока. В каждой встрече таилась печаль расставания, а в каждом расставании была радость встречи.

    Каждая встреча вела к расставанию, включая эту, поскольку жизнь жестока. В каждой встрече таилась печаль расставания, а в каждом расставании была радость встречи.

    — Механическая принцесса · книга
13. «

    Он бы сжег весь мир дотла, пока он не смог бы выкопать тебя из пепла.

    Он бы сжег весь мир дотла, пока он не смог бы выкопать тебя из пепла.

    — Алек · книга
14. «

    — Вообще-то, я не называл тебя преступником.

    — Вообще-то, я не называл тебя преступником.

    — Алек Лайтвуд · книга
15. «

    Каждый раз, когда ты чуть не умираешь, я чуть не умираю сам.

    Каждый раз, когда ты чуть не умираешь, я чуть не умираю сам.

    — Джейс Эрондейл · книга
16. «

    Если ты умрешь, я не захочу жить. Но я не покончу жизнь самоубийством, ведь что бы ни ждало нас за порогом смерти, я хочу быть там с тобой. И если я убью себя, я знаю, ты никогда не заговоришь со мной снова. В любой жизни. Поэтому я буду жить и пытаться что-то сделать в своей жизни, пока снова не смогу быть с тобой. Но если я причиню тебе боль, если я стану причиной твоей смерти, не останется ничего, что бы смогло удержать меня от уничтожения самого себя.

    Если ты умрешь, я не захочу жить. Но я не покончу жизнь самоубийством, ведь что бы ни ждало нас за порогом смерти, я хочу быть там с тобой. И если я убью себя, я знаю, ты никогда не заговоришь со мной снова. В любой жизни. Поэтому я буду жить и пытаться что-то сделать в своей жизни, пока снова не смогу быть с тобой. Но если я причиню тебе боль, если я стану причиной твоей смерти, не останется ничего, что бы смогло удержать меня от уничтожения самого себя.

    — Джейс Вейланд · книга
17. «

    Не сожалейте слишком сильно о тех решениях, которые приняли в прошлом. Примите правильные решения в будущем. Мы всегда будем способны измениться и всегда способны стать лучше.

    Не сожалейте слишком сильно о тех решениях, которые приняли в прошлом. Примите правильные решения в будущем. Мы всегда будем способны измениться и всегда способны стать лучше.

    — Сесилия Херондэйл · книга
18. «

    — Я же пообещал тебе не вламываться по ночам в твою спальню с целью перерезать тебе горло. — Ты никогда мне ничего подобного не обещал. — Правильно. Спи крепко.

    — Я же пообещал тебе не вламываться по ночам в твою спальню с целью перерезать тебе горло. — Ты никогда мне ничего подобного не обещал. — Правильно. Спи крепко.

    — Draco Sinister · книга
19. «

    Я надеюсь, что реальная любовь и правда будут сильнее, чем любое зло и несчастье в мире.

    Я надеюсь, что реальная любовь и правда будут сильнее, чем любое зло и несчастье в мире.

    — Шарлотта Бранвел · книга
20. «

    Ложь и тайны разлагают душу. Они, как раковая опухоль, сжирают все лучшее, оставляя лишь злобу и гибель.

    Ложь и тайны разлагают душу. Они, как раковая опухоль, сжирают все лучшее, оставляя лишь злобу и гибель.

    — Механический принц · книга