Кэмерон Джейс: 41 фраза, которые разошлись на цитаты

Кэмерон Джейс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 41 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Так сказки — это нечто вроде выдумок? — спросила я. — Сказки — это истории, — ответила Зола. — Каждая жизнь, что мы проживаем — своего рода история. Если мы будем считать чужие истории выдумками, кто знает, вдруг наша собственная история тоже всего лишь чья-то выдумка?

   — Так сказки — это нечто вроде выдумок? — спросила я. — Сказки — это истории, — ответила Зола. — Каждая жизнь, что мы проживаем — своего рода история. Если мы будем считать чужие истории выдумками, кто знает, вдруг наша собственная история тоже всего лишь чья-то выдумка?

   — Кровь, молоко и шоколад (Дневники Братьев Гримм 3) · книга
2. «

   Забавно, как боль и смех подчас звучат одинаково.

   Забавно, как боль и смех подчас звучат одинаково.

   — Скорбь Белоснежки · книга
3. «

   Если хочешь узнать судьбу мертвеца, морг — хорошее начало.

   Если хочешь узнать судьбу мертвеца, морг — хорошее начало.

   — Профессор Пиллар · книга
4. «

   ... Локи, которого она знала, исчез. Тот, что стоял перед ней, был Охотником, которого все боялись в Королевстве Скорби. Он выглядел таким могущественным, таким дерзким и уверенным в себе. ... Боже мой, подумала Белоснежка, когда Локи снял капюшон толстовки. Она увидела, что его волосы снова стали белоснежными, как прежде у Охотника, еще до того, как Чармвилль вызволил его у теней.

   ... Локи, которого она знала, исчез. Тот, что стоял перед ней, был Охотником, которого все боялись в Королевстве Скорби. Он выглядел таким могущественным, таким дерзким и уверенным в себе. ... Боже мой, подумала Белоснежка, когда Локи снял капюшон толстовки. Она увидела, что его волосы снова стали белоснежными, как прежде у Охотника, еще до того, как Чармвилль вызволил его у теней.

   — Золушка, облаченная в пепел (Дневники Братьев Гримм 2) · книга
5. «

   — Значит, ты идешь со мной на свидание? — говорит он. — Только не начинай, — вздыхаю я. — Почему ты хочешь, чтобы я пошла с тобой на свидание? Я тебя даже не знаю. — Давай посмотрим. Мы вместе спасли девочку, сражались с чудищами в красных плащах, а теперь сбежали от старухи, которая считает себя кошкой. Раньше я целовал девушек, еще не успев поздороваться. Ты, практически, уже моя жена. У нас и дети есть. — Он подмигивает Констанции.

   — Значит, ты идешь со мной на свидание? — говорит он. — Только не начинай, — вздыхаю я. — Почему ты хочешь, чтобы я пошла с тобой на свидание? Я тебя даже не знаю. — Давай посмотрим. Мы вместе спасли девочку, сражались с чудищами в красных плащах, а теперь сбежали от старухи, которая считает себя кошкой. Раньше я целовал девушек, еще не успев поздороваться. Ты, практически, уже моя жена. У нас и дети есть. — Он подмигивает Констанции.

   — Джек Даймондс · книга
6. «

   ... Ты хотел узнать, кто ты такой на самом деле, Локи. Ты хотел узнать, за что тебя изгнали и кем была та девушка. Более того, ты хотел узнать о тьме, что сокрыта внутри тебя... Вот все ответы, которых ты так хотел. Ты просто напросто Охотник. Всегда был и будешь...

   ... Ты хотел узнать, кто ты такой на самом деле, Локи. Ты хотел узнать, за что тебя изгнали и кем была та девушка. Более того, ты хотел узнать о тьме, что сокрыта внутри тебя... Вот все ответы, которых ты так хотел. Ты просто напросто Охотник. Всегда был и будешь...

   — Скорбь Белоснежки · книга
7. «

   Ты — не прошлое, неважно, можешь ли ты стыдиться за него или гордиться. Ты — не имя, не взгляд, не походка. Ты тот, кем ты сам себя выбрал.

   Ты — не прошлое, неважно, можешь ли ты стыдиться за него или гордиться. Ты — не имя, не взгляд, не походка. Ты тот, кем ты сам себя выбрал.

   — Локи Блекстар · книга
8. «

   Вот поэтому я и жру. Это заменяет мне секс, которого у меня никогда не будет.

   Вот поэтому я и жру. Это заменяет мне секс, которого у меня никогда не будет.

   — Аксель Крамблвуд · книга
9. «

   Мир оказался безумнейшим местом. Боги прятались за личиной зла. Счастливые концы были всего лишь сказкой. Выживание требовало каждодневного труда. Ни черного, ни белого. Большинство вещей скрывались за вуалью серого. Не существовало оттенков шоколада или молока. Повсюду властвовала кровь, цвет жизни. Кровь хороша только тогда, когда дана тебе во спасение жизни, но берегись, если ты растратил ее слишком много. Я потихоньку училась играть в жизнь. Порой у меня все же возникало ощущение, что в этой игре я так и останусь новичком.

   Мир оказался безумнейшим местом. Боги прятались за личиной зла. Счастливые концы были всего лишь сказкой. Выживание требовало каждодневного труда. Ни черного, ни белого. Большинство вещей скрывались за вуалью серого. Не существовало оттенков шоколада или молока. Повсюду властвовала кровь, цвет жизни. Кровь хороша только тогда, когда дана тебе во спасение жизни, но берегись, если ты растратил ее слишком много. Я потихоньку училась играть в жизнь. Порой у меня все же возникало ощущение, что в этой игре я так и останусь новичком.

   — Кровь, молоко и шоколад (Дневники Братьев Гримм 3) · книга
10. «

    Поделитесь со мной тем, что Вы курите. Кажется, Вас неплохо накрывает.

    Поделитесь со мной тем, что Вы курите. Кажется, Вас неплохо накрывает.

    — Безумие (Безумная в Стране Чудес 1) · книга
11. «

    — Почему ты продолжаешь преследовать меня? — У сердца есть причины, которым разум не подвластен.

    — Почему ты продолжаешь преследовать меня? — У сердца есть причины, которым разум не подвластен.

    — Безумие (Безумная в Стране Чудес 1) · книга
12. «

    Его улыбка — это дьявол, а ямочки — ангелы.

    Его улыбка — это дьявол, а ямочки — ангелы.

    — Алиса · книга
13. «

    Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

    Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

    — Адам · книга
14. «

    Интересно, а что если эволюция происходила не от обезьяны к человеку, а от безумия к здравомыслию.

    Интересно, а что если эволюция происходила не от обезьяны к человеку, а от безумия к здравомыслию.

    — Безумие (Безумная в Стране Чудес 1) · книга
15. «

    — ....если я вспомню тебя — с воспоминаниями нахлынет боль, а если забуду — наступит безумие... — Если забвение сделает тебя счастливой, я не возражаю, — отвечает он. — ... Я люблю тебя, Адам. — Ты даже не помнишь меня. — Из-под капюшона раздается его смех. — Я не помню твоего лица, но помню тебя своим сердцем, — говорю я. — От этого чувства мне не скрыться. — Тогда я всегда буду с тобой...

    — ....если я вспомню тебя — с воспоминаниями нахлынет боль, а если забуду — наступит безумие... — Если забвение сделает тебя счастливой, я не возражаю, — отвечает он. — ... Я люблю тебя, Адам. — Ты даже не помнишь меня. — Из-под капюшона раздается его смех. — Я не помню твоего лица, но помню тебя своим сердцем, — говорю я. — От этого чувства мне не скрыться. — Тогда я всегда буду с тобой...

    — Джек Даймондс · книга
16. «

    Плитка на полу черно-белая, словно шахматная доска. Я никогда не наступаю на черные. Только на белые. Не уверена почему.

    Плитка на полу черно-белая, словно шахматная доска. Я никогда не наступаю на черные. Только на белые. Не уверена почему.

    — Алиса · книга
17. «

    Положи, пожалуйста, свою мораль в задний карман, достанешь ее потом позже.

    Положи, пожалуйста, свою мораль в задний карман, достанешь ее потом позже.

    — Профессор Пиллар · книга
18. «

    — Льюис, ты напишешь книгу? Напишешь обо мне, пожалуйста? — О чем книга, Алиса? — О Безумии, Льюис. Ты напишешь книгу о прекрасном безумии.

    — Льюис, ты напишешь книгу? Напишешь обо мне, пожалуйста? — О чем книга, Алиса? — О Безумии, Льюис. Ты напишешь книгу о прекрасном безумии.

    — Льюис Кэррол · книга
19. «

    Никто не поранился, потому что зло не ранит. Оно остается и созревает внутри до того момента, пока полностью не завладеет сознанием.

    Никто не поранился, потому что зло не ранит. Оно остается и созревает внутри до того момента, пока полностью не завладеет сознанием.

    — Золушка, облаченная в пепел (Дневники Братьев Гримм 2) · книга
20. «

    — Очень скоро, один из нас сделает нечто ужасное, — произнес он. — О чем ты говоришь? — Когда придет время, сделай это, — прошептал он ей на ухо. — Сделай выбор мудро и помни, что бы ни произошло, каким бы злом я не был, я люблю тебя, — он приложил ладонь к ее губам, в то время как солнце начало стремительно уходить с голубого небосклона, повергая мир в сумерки, словно кто-то опустил занавеси и свет исчез из комнаты. Маковое поле вокруг нее побледнело и увяло само по себе, медленно, цветы упали к их ногам, словно были пьяны. ... — Это настоящий я, Шу, прежде чем все не пошло наперекосяк. Быть может, это последний раз, когда ты видишь меня вот так, пока Охотник во мне не обрел власть надо мною.

    — Очень скоро, один из нас сделает нечто ужасное, — произнес он. — О чем ты говоришь? — Когда придет время, сделай это, — прошептал он ей на ухо. — Сделай выбор мудро и помни, что бы ни произошло, каким бы злом я не был, я люблю тебя, — он приложил ладонь к ее губам, в то время как солнце начало стремительно уходить с голубого небосклона, повергая мир в сумерки, словно кто-то опустил занавеси и свет исчез из комнаты. Маковое поле вокруг нее побледнело и увяло само по себе, медленно, цветы упали к их ногам, словно были пьяны. ... — Это настоящий я, Шу, прежде чем все не пошло наперекосяк. Быть может, это последний раз, когда ты видишь меня вот так, пока Охотник во мне не обрел власть надо мною.

    — Локи Блекстар · книга