11 мудрых мыслей Керстина Гира

Керстин Гир — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 11 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Что, если ты Во сне, В обычном самом, Что, если ты Во сне своем, Самом обычном, Попал на небеса И там сорвал цветок И странный, и красивый. Что, если ты, Проснувшись, Увидишь сей цветок в своей руке? Что, если?..

   Что, если ты Во сне, В обычном самом, Что, если ты Во сне своем, Самом обычном, Попал на небеса И там сорвал цветок И странный, и красивый. Что, если ты, Проснувшись, Увидишь сей цветок в своей руке? Что, если?..

   — Сэмюэль Тэйлор Кольридж · книга
2. «

   А мне вдруг стало интересно, мучили ли Золушку угрызения совести, ну хотя бы немножко, когда принц увёз её на своём белом коне далеко-далеко.

   А мне вдруг стало интересно, мучили ли Золушку угрызения совести, ну хотя бы немножко, когда принц увёз её на своём белом коне далеко-далеко.

   — Гвендолин Шеферд · книга
3. «

   — Ты готова? — Если ты готов, то и я тоже.

   — Ты готова? — Если ты готов, то и я тоже.

   — Гвендолин Шеферд · книга
4. «

   Секрет, известный всем: чем увереннее предъявляешь окружающей среде свои недостатки, тем менее они воспринимаются как таковые.

   Секрет, известный всем: чем увереннее предъявляешь окружающей среде свои недостатки, тем менее они воспринимаются как таковые.

   — Чистосердечно привирая · книга
5. «

   — Он и я — мы знаем об этой истории всё. Мы учились вместе для наших будущих совместных путешествий во времени. Вы бы видели, как он танцует менуэт. И ездит верхом. И фехтует. И играет на фортепиано. Гидеон почти до неё добрался. — Всё, что он делает, он делает лучше всех. Он может объясняться в любви на восьми языках, — сказала мечтательным голосом Шарлотта, и впервые в жизни я увидела, что на глаза у неё навернулись слёзы. — Но я не услышала ни одного из этих объяснений, о нет! Он смотрит только на мою ужасную сестрицу.

   — Он и я — мы знаем об этой истории всё. Мы учились вместе для наших будущих совместных путешествий во времени. Вы бы видели, как он танцует менуэт. И ездит верхом. И фехтует. И играет на фортепиано. Гидеон почти до неё добрался. — Всё, что он делает, он делает лучше всех. Он может объясняться в любви на восьми языках, — сказала мечтательным голосом Шарлотта, и впервые в жизни я увидела, что на глаза у неё навернулись слёзы. — Но я не услышала ни одного из этих объяснений, о нет! Он смотрит только на мою ужасную сестрицу.

   — Шарлотта Монтроуз · книга
6. «

   Я ведь буду не первой, кого любовь довела до трагического конца. И компания у меня не самая захудалая: Русалочка, Джульетта, Покахонтас, дама с камелиями, мадам Баттерфляй, — а теперь к ним присоединюсь и я, Гвендолин Шеферд. Было бы неплохо, однако, отказаться от рокового удара кинжалом в сердце. Я чувствовала себя такой разбитой, что вполне могла бы умереть от чахотки, а это гораздо возвышенней и романтичней. Бледная и прекрасная, как Белоснежка, я буду лежать на кровати, волосы красиво струятся по подушке. Гидеон встанет предо мной на колено и предастся горьким стенаниям, что же он наделал, ах, если бы он только прислушался к моим последним словам…

   Я ведь буду не первой, кого любовь довела до трагического конца. И компания у меня не самая захудалая: Русалочка, Джульетта, Покахонтас, дама с камелиями, мадам Баттерфляй, — а теперь к ним присоединюсь и я, Гвендолин Шеферд. Было бы неплохо, однако, отказаться от рокового удара кинжалом в сердце. Я чувствовала себя такой разбитой, что вполне могла бы умереть от чахотки, а это гораздо возвышенней и романтичней. Бледная и прекрасная, как Белоснежка, я буду лежать на кровати, волосы красиво струятся по подушке. Гидеон встанет предо мной на колено и предастся горьким стенаниям, что же он наделал, ах, если бы он только прислушался к моим последним словам…

   — Гвендолин Шеферд · книга
7. «

   — Я готов. А ты, принцесса? — Если ты готов, то готова и я.

   — Я готов. А ты, принцесса? — Если ты готов, то готова и я.

   — Люси Монтроуз · книга
8. «

   Чрезмерная забота и обилие сладкой еды частенько нас утешали.

   Чрезмерная забота и обилие сладкой еды частенько нас утешали.

   — Лив Зильбер · книга
9. «

   — Ты необыкновенная девочка, Гвендолин, — шептал он, гладя меня по волосам. — Ты очень, очень необычная. И не нужно никакой магии ворона, чтобы быть для меня особенной, — его лицо оказалось совсем близко. Когда его губы прикоснулись к моим, я закрыла глаза.

   — Ты необыкновенная девочка, Гвендолин, — шептал он, гладя меня по волосам. — Ты очень, очень необычная. И не нужно никакой магии ворона, чтобы быть для меня особенной, — его лицо оказалось совсем близко. Когда его губы прикоснулись к моим, я закрыла глаза.

   — Гидеон де Виллер · книга
10. «

    Если ты спросишь меня, закаты солнца слишком переоценивают.

    Если ты спросишь меня, закаты солнца слишком переоценивают.

    — Генри · книга
11. «

    Мы сами ведь шли на ощупь в том, что касалось деталей.

    Мы сами ведь шли на ощупь в том, что касалось деталей.

    — Лив Зильбер · книга