Клайв Стейплз Льюис — 141 цитата с глубоким смыслом

Ниже 141 цитата Клайва Стейплза Льюиса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Люди вынести не могут, что кто-то честнее, культурнее, умнее или образованнее их. Приятно смотреть, как демократия (заклинание) выполняет для нас ровно ту же работу, которую выполняли древнейшие диктатуры, и теми же самыми методами. Один греческий диктатор послал гонца к другому за советом — как править людьми? Второй диктатор повел гонца в поле и сбил тростью все колосья, которые были выше прочих. Мораль ясна: не разрешай никому выделяться. Не оставляй в живых того, кто умнее, смелее, лучше, даже красивее остальных. Уравняй всех, пусть будут рабами, нулями, ничтожествами. Тогда приходилось отрубать голову, теперь все идет своим ходом. Колосья пониже сами откусят голову у высоких. Что там, высокие откусят себе голову, только бы не выделяться!

   Люди вынести не могут, что кто-то честнее, культурнее, умнее или образованнее их. Приятно смотреть, как демократия (заклинание) выполняет для нас ровно ту же работу, которую выполняли древнейшие диктатуры, и теми же самыми методами. Один греческий диктатор послал гонца к другому за советом — как править людьми? Второй диктатор повел гонца в поле и сбил тростью все колосья, которые были выше прочих. Мораль ясна: не разрешай никому выделяться. Не оставляй в живых того, кто умнее, смелее, лучше, даже красивее остальных. Уравняй всех, пусть будут рабами, нулями, ничтожествами. Тогда приходилось отрубать голову, теперь все идет своим ходом. Колосья пониже сами откусят голову у высоких. Что там, высокие откусят себе голову, только бы не выделяться!

   — бес - Баламут · книга
2. «

   Я писал такие книги, какие мне самому хотелось бы прочесть. Именно это всегда побуждало меня взяться за перо. Никто не желает писать книги, которые мне нужны, так что приходится это делать самому.

   Я писал такие книги, какие мне самому хотелось бы прочесть. Именно это всегда побуждало меня взяться за перо. Никто не желает писать книги, которые мне нужны, так что приходится это делать самому.
3. «

   В одном я не ошибся — поэты часто лгут.

   В одном я не ошибся — поэты часто лгут.

   — Лис · книга
4. «

   Никакие твари, собравшись в стадо, не производят такого отвратительного шума, как люди.

   Никакие твари, собравшись в стадо, не производят такого отвратительного шума, как люди.

   — Оруаль · книга
5. «

   Мы читаем, чтобы знать, что не одиноки.

   Мы читаем, чтобы знать, что не одиноки.
6. «

   Заснув на драконьих сокровищах с жадными, драконьими мыслями в душе, он и сам стал драконом.

   Заснув на драконьих сокровищах с жадными, драконьими мыслями в душе, он и сам стал драконом.

   — Хроники Нарнии · книга
7. «

   Основная особенность страдания и наслаждения в том, что они совершенно реальны. И пока длятся, дают человеку критерий реальности.

   Основная особенность страдания и наслаждения в том, что они совершенно реальны. И пока длятся, дают человеку критерий реальности.

   — Письма Баламута · книга
8. «

   Взрослые вечно думают самое скучное.

   Взрослые вечно думают самое скучное.

   — Дигори Керк · книга
9. «

   Ты сомневаешься, значит ты готов.

   Ты сомневаешься, значит ты готов.

   — Аслан · книга
10. «

    — А падать [ты умеешь]? — Падать умеет всякий. — Навряд ли. Ты умеешь падать, и вставать, не плача, садиться в седло, и снова падать, и не бояться?

    — А падать [ты умеешь]? — Падать умеет всякий. — Навряд ли. Ты умеешь падать, и вставать, не плача, садиться в седло, и снова падать, и не бояться?

    — Кор · книга
11. «

    ... как жестоки боги. От них нет спасения ни во сне, ни в безумии, ибо они властны даже над нашими грезами. Более того, именно тогда они обретают над нами наибольшую власть. Спастись от их могущества (если это вообще возможно) удается только тому, кто ведет трезвый образ жизни, всегда сохраняет ясный ум, постоянно трудится. Такой человек не слушает музыки и не смотрит лишком пристально ни на землю, ни на небеса и (это в первую очередь) никогда ни к кому не испытывает ни любви, ни привязанности.

    ... как жестоки боги. От них нет спасения ни во сне, ни в безумии, ибо они властны даже над нашими грезами. Более того, именно тогда они обретают над нами наибольшую власть. Спастись от их могущества (если это вообще возможно) удается только тому, кто ведет трезвый образ жизни, всегда сохраняет ясный ум, постоянно трудится. Такой человек не слушает музыки и не смотрит лишком пристально ни на землю, ни на небеса и (это в первую очередь) никогда ни к кому не испытывает ни любви, ни привязанности.

    — Оруаль · книга
12. «

    Жажда обладать тем, кому не можешь дать ничего, изнашивает сердце.

    Жажда обладать тем, кому не можешь дать ничего, изнашивает сердце.

    — Оруаль · книга
13. «

    Прекрасные чувства, большая проницательность, возросший интерес к религии не значат ничего, если поведение наше не меняется в лучшую сторону, как ничего не значит то, что больной чувствует себя лучше, если температура по-прежнему повышается.

    Прекрасные чувства, большая проницательность, возросший интерес к религии не значат ничего, если поведение наше не меняется в лучшую сторону, как ничего не значит то, что больной чувствует себя лучше, если температура по-прежнему повышается.
14. «

    — Мы оба любим погоду. Не такую или всякую, а просто погоду. Очень удобно, когда живешь в Англии. — Как же вы приучились, м-р Деннистоун? — спросила Джейн. — Никогда бы не смогла полюбить снег или дождь. — Я просто не разучился, — ответил Деннистоун. — Все дети любят погоду. Вы не заметили, что в снегопад взрослые торопятся, а дети и собаки счастливы? Они-то знают, для чего падает снег. — Я в детстве не любила сырые дни, — не согласилась Джейн. — Это потому, что взрослые держали вас дома, — заключила Камилла. — Когда шлепаешь по лужам — совсем другое дело.

    — Мы оба любим погоду. Не такую или всякую, а просто погоду. Очень удобно, когда живешь в Англии. — Как же вы приучились, м-р Деннистоун? — спросила Джейн. — Никогда бы не смогла полюбить снег или дождь. — Я просто не разучился, — ответил Деннистоун. — Все дети любят погоду. Вы не заметили, что в снегопад взрослые торопятся, а дети и собаки счастливы? Они-то знают, для чего падает снег. — Я в детстве не любила сырые дни, — не согласилась Джейн. — Это потому, что взрослые держали вас дома, — заключила Камилла. — Когда шлепаешь по лужам — совсем другое дело.

    — Космическая трилогия · книга
15. «

    Жизнь — это встреча.

    Жизнь — это встреча.

    — Мерзейшая мощь · книга
16. «

    Главное направлять его злобу на непосредственных ближних, которых он видит ежедневно, а доброту переместить на периферию так, чтобы он думал, что испытывает ее к тем, кого вообще не знает. Тогда злоба станет волне реальной, а доброта мнимой.

    Главное направлять его злобу на непосредственных ближних, которых он видит ежедневно, а доброту переместить на периферию так, чтобы он думал, что испытывает ее к тем, кого вообще не знает. Тогда злоба станет волне реальной, а доброта мнимой.

    — Баламут · книга
17. «

    О дети Адама! Как умеете вы защищаться от всего, что может принести вам добро!

    О дети Адама! Как умеете вы защищаться от всего, что может принести вам добро!

    — Племянник чародея · книга
18. «

    В смертных людях есть нечто великое, что бы об этом ни думали боги. Они способны страдать бесконечно и беспредельно.

    В смертных людях есть нечто великое, что бы об этом ни думали боги. Они способны страдать бесконечно и беспредельно.

    — Оруаль · книга
19. «

    — Ой, Аслан, прости меня!... — начал Дигори, густо краснея. — Я забыл сказать, она съела яблоко... — Он замялся, и Полли договорила за него, она гораздо меньше боялась показаться глупой. — Вот мы и подумали, Аслан, — сказала она, — что тут какая-то ошибка. Колдунья не испугалась запаха. — Почему ты так решила, дочь Евы? — спросил Лев. — Она же съела яблоко! — сказала Полли. — Дорогая моя, — ответил Лев, — потому она и боится дерева. Так бывает со всеми, кто сорвет плод не вовремя и не вовремя вкусит. Плод хорош, но он приносит благо только тогда, когда ты вправе его съесть.

    — Ой, Аслан, прости меня!... — начал Дигори, густо краснея. — Я забыл сказать, она съела яблоко... — Он замялся, и Полли договорила за него, она гораздо меньше боялась показаться глупой. — Вот мы и подумали, Аслан, — сказала она, — что тут какая-то ошибка. Колдунья не испугалась запаха. — Почему ты так решила, дочь Евы? — спросил Лев. — Она же съела яблоко! — сказала Полли. — Дорогая моя, — ответил Лев, — потому она и боится дерева. Так бывает со всеми, кто сорвет плод не вовремя и не вовремя вкусит. Плод хорош, но он приносит благо только тогда, когда ты вправе его съесть.

    — Аслан · книга
20. «

    Когда мы понимаем, что такое свобода воли, глупым представляется вопрос, который мне как-то задали: «Почему Бог создал человека из такого гнилого материала, что он сразу же пришел в негодность?» Чем лучше материал, из которого творение создано, чем оно умнее, сильнее и свободнее — тем лучше оно будет, если направится по правильному пути, и тем хуже станет, избрав неправильный путь. Корова не может быть очень хорошей или очень плохой; собака может быть и лучше и хуже; в большей степени может быть лучше или хуже ребенок; еще в большей степени, чем ребенок, может быть лучше или хуже обыкновенный взрослый человек, и еще в большей — человек гениальный; сверхчеловечесский же дух может быть либо наихудшим, либо наилучшим из всего сущего.

    Когда мы понимаем, что такое свобода воли, глупым представляется вопрос, который мне как-то задали: «Почему Бог создал человека из такого гнилого материала, что он сразу же пришел в негодность?» Чем лучше материал, из которого творение создано, чем оно умнее, сильнее и свободнее — тем лучше оно будет, если направится по правильному пути, и тем хуже станет, избрав неправильный путь. Корова не может быть очень хорошей или очень плохой; собака может быть и лучше и хуже; в большей степени может быть лучше или хуже ребенок; еще в большей степени, чем ребенок, может быть лучше или хуже обыкновенный взрослый человек, и еще в большей — человек гениальный; сверхчеловечесский же дух может быть либо наихудшим, либо наилучшим из всего сущего.

    — Просто Христианство · книга