53 мудрых мыслей Колина Маккалоу

Колин Маккалоу — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 53 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я не считаю, что Бог сотворил людей равными, иначе откуда вокруг столько идиотов? Но я свято верю, что умных женщин на свете отнюдь не меньше, чем умных мужчин.

   Я не считаю, что Бог сотворил людей равными, иначе откуда вокруг столько идиотов? Но я свято верю, что умных женщин на свете отнюдь не меньше, чем умных мужчин.

   — Горькая радость · книга
2. «

   Память неосязаема, как ни старайся, подлинное ощущение не вернёшь, остаётся лишь призрак, тень, грустное тающее облако.

   Память неосязаема, как ни старайся, подлинное ощущение не вернёшь, остаётся лишь призрак, тень, грустное тающее облако.

   — Мэганн «Мэгги» Клири · книга
3. «

   Что толку томиться по человеку, если он все равно твоим никогда не будет?

   Что толку томиться по человеку, если он все равно твоим никогда не будет?

   — Поющие в терновнике · книга
4. «

   ... Очень часто чувства и внутренний импульс толкают нас туда, куда здравый смысл никогда бы не пустил.

   ... Очень часто чувства и внутренний импульс толкают нас туда, куда здравый смысл никогда бы не пустил.

   — Евангелие любви · книга
5. «

   Горько и страшно это, когда видишь — загублена жизнь, загублен человек.

   Горько и страшно это, когда видишь — загублена жизнь, загублен человек.

   — Поющие в терновнике · книга
6. «

   Этот тонкий изощренный ум не догадывался, что видимая откровенность может оказаться куда лживее любой уклончивости.

   Этот тонкий изощренный ум не догадывался, что видимая откровенность может оказаться куда лживее любой уклончивости.

   — Поющие в терновнике · книга
7. «

   Каждый свой день он начинал с того, что приказывал себе не умирать — и кончал торжествующим смехом оттого, что всё ещё жив.

   Каждый свой день он начинал с того, что приказывал себе не умирать — и кончал торжествующим смехом оттого, что всё ещё жив.

   — Поющие в терновнике · книга
8. «

   Забота, жертвенность в своем роде куда более веское доказательство любви, чем миллион поцелуев, они-то даются легко.

   Забота, жертвенность в своем роде куда более веское доказательство любви, чем миллион поцелуев, они-то даются легко.

   — Поющие в терновнике · книга
9. «

   Это было сказано вежливо, холодно, беспощадно.

   Это было сказано вежливо, холодно, беспощадно.

   — Поющие в терновнике · книга
10. «

    Сокровища мира достаются тому, кто умеет их разглядеть. Мало просто смотреть — надо видеть!

    Сокровища мира достаются тому, кто умеет их разглядеть. Мало просто смотреть — надо видеть!

    — Прикосновение · книга
11. «

    — Что может быть лучше, чем влюбиться!? — Да почти все!

    — Что может быть лучше, чем влюбиться!? — Да почти все!

    — Поющие в терновнике · книга
12. «

    В жизни, кажется, только и осталось, что мухи да пыль.

    В жизни, кажется, только и осталось, что мухи да пыль.

    — Поющие в терновнике · книга
13. «

    Жизнь обратно не повернёшь, что было, то прошло.

    Жизнь обратно не повернёшь, что было, то прошло.

    — Пэдди Клири · книга
14. «

    От военных лет у него сохранились два воспоминания: жестокие сражения в жестокие морозы — и лицо Ральфа де Брикассара. Ужас и красота, дьявол и Бог.

    От военных лет у него сохранились два воспоминания: жестокие сражения в жестокие морозы — и лицо Ральфа де Брикассара. Ужас и красота, дьявол и Бог.

    — Поющие в терновнике · книга
15. «

    Для женщины родиться скорпионом — это хуже нет. Дьяволовы дочки, вот они кто!

    Для женщины родиться скорпионом — это хуже нет. Дьяволовы дочки, вот они кто!

    — Кэт · книга
16. «

    Сейчас он не помнил, что отказался от неё когда то, что другой провел её до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для неё и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови.

    Сейчас он не помнил, что отказался от неё когда то, что другой провел её до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для неё и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови.

    — Поющие в терновнике · книга
17. «

    Пусть я буду гореть в аду рядом с тобой, но я знаю, какая адская мука уготована тебе — вечно гореть бок о бок со мной в том же огне и видеть, что я вечно остаюсь к тебе равнодушен…

    Пусть я буду гореть в аду рядом с тобой, но я знаю, какая адская мука уготована тебе — вечно гореть бок о бок со мной в том же огне и видеть, что я вечно остаюсь к тебе равнодушен…

    — Ральф де Брикассар · книга
18. «

    Она даже по-настоящему не знала, можно ли то, что она чувствовала к нему, назвать любовью. Он просто стал центром ее жизни. Она ни на минуту не забывала о его существовании, он приходил ей на ум тысячи раз в день, и если мысленно она говорила «Тим», то неосознанно улыбалась или чувствовала сердечную боль. Как будто он жил внутри нее, сохраняя в то же время свою отдельную сущность.

    Она даже по-настоящему не знала, можно ли то, что она чувствовала к нему, назвать любовью. Он просто стал центром ее жизни. Она ни на минуту не забывала о его существовании, он приходил ей на ум тысячи раз в день, и если мысленно она говорила «Тим», то неосознанно улыбалась или чувствовала сердечную боль. Как будто он жил внутри нее, сохраняя в то же время свою отдельную сущность.

    — Тим · книга
19. «

    Древние греки считали, безрассудная любовь — грех перед богами. И ещё, помните: если кого-то вот так безрассудно полюбить, боги ревнуют и непременно губят любимого во цвете лет. Это всем нам урок, Мэгги. Любить свыше меры — кощунство.

    Древние греки считали, безрассудная любовь — грех перед богами. И ещё, помните: если кого-то вот так безрассудно полюбить, боги ревнуют и непременно губят любимого во цвете лет. Это всем нам урок, Мэгги. Любить свыше меры — кощунство.

    — Энн Морриган · книга
20. «

    ...ей нестерпимо хочется живого чувства, волнения, которое обдало бы ее словно жарким и сильным ветром. И совсем не хочется весь свой век плестись, как заведенной, по одной и той же колее; хочется перемен, полноты жизни, любви. Да, любви, и мужа, и детей.

    ...ей нестерпимо хочется живого чувства, волнения, которое обдало бы ее словно жарким и сильным ветром. И совсем не хочется весь свой век плестись, как заведенной, по одной и той же колее; хочется перемен, полноты жизни, любви. Да, любви, и мужа, и детей.

    — Поющие в терновнике · книга